Самопознание шута - Калмыков Юрий - Страница 19

– Об этом никогда никого не спрашивают! – ответила она. – Об этом нельзя спрашивать!

– Дурак ты, что ли?! – Это Антонио получил подзатыльник от брата Сергея. Хотя старшие братья уже знали, что нельзя обидеть Антонио безнаказанно – он всегда так или иначе ответит, и с ним лучше не связываться. Но тем не менее подзатыльник он получил.

Вечером, когда вся семья ужинала, Антонио всё-таки потребовал разъяснений: «Почему нельзя спрашивать?»

– А всё равно никто не знает! – спокойно разъяснил отец. – Зачем же беспокоить человека вопросом, если он не знает ответ?!

И стал говорить о здоровье, чистке зубов, о правильном питании, физкультуре и о долголетии. Приводил яркие жизненные примеры, так что становилось ясно, к чему нужно стремиться и чего избегать.

Всегда, когда говорил отец, всё было просто и понятно, он всегда был уверен в том, что он говорит. Ему никто и никогда не возражал – он всегда до конца прояснял самые сложные вопросы.

Старшие братья и сейчас любили с ним советоваться. Для них «отец сказал» – это неоспоримая истина, выше которой ничего нет.

Другое дело Антонио. Он прекрасно понимал логику отца, против которой ему нечего было возразить. Он только опускал глаза в землю и упрямо твердил про себя: «Всё не так! Всё совсем не так!»

Ярким солнечным днём Антонио с отцом пилили доски двуручной пилой на их обширном дачном участке. Некоторые картины детства почему-то запоминаются на всю жизнь. Братья в это время что-то строили в сарае или в гараже. Отец всё время что-нибудь строил, переделывал, совершенствовал. В общем, все были при деле.

Вдруг по улице с волнующими криками пробежали приятели Антонио.

– Папа! Там в казаки-разбойники играют!!! – вскричал Антонио.

– Беги! – сказал отец.

Старшие братья и помыслить не могли бы, чтобы во время работы с отцом куда-то отпрашиваться!

– А как же ты один с пилой? – спросил Антонио.

– Беги! – повторил отец. – Наша жизнь не для тебя, может быть, ты из неё сможешь вырваться.

И Антонио побежал.

«Почему он так сказал? Куда вырваться? – много раз спрашивал себя Антонио. – Что отец имел в виду? Уж, конечно, не деньги, не положение в обществе! Но что?»

Отца он об этом ни разу не спросил. До сих пор не спросил.

Отец был разносторонним человеком, но он никогда ничего не делал просто так, даже все его увлечения подчинялись железной логике, они всегда были для чего-то. Его никогда нельзя было застать врасплох, он всегда знал, что он делает и зачем. Старшие братья старались во всём походить на отца.

«Они схвачены обыденной логикой жизни, которая заставляет знать, что нужно и целесообразно делать сегодня, завтра, через неделю, через год. От неё можно слегка убежать, расслабиться, но совсем она не отпустит никогда и благополучно приведёт туда, куда надо».

– Это вначале ждёшь, ждёшь её – недождёшься! А потом как замелькает, так не заметишь, как прожила! – говорила бабушка. – Как будто и не было ничего! Остались вот одни фотографии! Не хочу я помнить о ней ничего!

Незадолго до своей смерти бабушка перестала понимать человеческую речь. Она просила, чтобы ей говорили громко и чётко, тогда она всё понимала.

– Я совсем не понимаю, о чём вы говорите между собой. Я хорошо слышу звуки, но смысла никакого не улавливаю. Для меня ваша речь, как звуки дождя или плеск моря. Может быть, и морские волны друг с другом разговаривают?

Константину и Антонио было о чём поговорить. Они встретились около дома Людмилы Петровны и решили вначале прогуляться и обсудить…

– Кстати, что обсудить? – спросил Антонио.

– Вот! – сказал Константин. – Даже этот вопрос требует правильной постановки, не говоря уже о тех вопросах, которые мы будем задавать зеркалу. Мы должны обсудить то, что каждый из нас уже знает о себе. Мы же живём не первый день, и каждый из нас имеет какое-то представление о себе и о мире. Эти представления в чём-то неверные, но не может же быть такого, чтобы всё было неверным!

– Нам этого хватит на сто лет! На то и зеркало, чтобы не тратить время впустую! Нам нужны правильные вопросы!

Они знали, что зеркало может ответить на любой вопрос. В ответ на вопрос с ними и вокруг них будет что-то происходить. Когда зеркало отвечает, то ничего случайного с человеком произойти не может, во всём происходящем нужно искать правильный ответ зеркала. Но нужно ещё и понимать эти ответы! А понять можно совсем неправильно! Вот почему важно задать вопрос, ответ на который сам смог бы понять.

Они были предупреждены, что опрометчивым вопросом можно разрушить весь мир, не говоря уже о жизни, здоровье и судьбе отдельных, ничего для зеркала не значащих людей.

– Пойду и спрошу его, например, «есть ли Бог?» или «кто я?», нужно же начинать с чего-то!

– Ты решил начать с простеньких вопросов? Я думаю, оно на такие вопросы будет двести лет отвечать!

Побеседовав таким образом пару часов и не придя ни к чему, они пришли к Людмиле Петровне. Чтобы с чего-то начать, Константин сразу же задал зеркалу свой вопрос. Никто даже не успел его остановить.

Мужик

Это был высокого роста, крепкий, коренастый мужик, но удивительно мягкий и беззлобный. Казалось, в нём не было ничего такого, что можно было задеть и разозлить его. Кружка в его руках казалась какой-то детской. Пили чай на кухне.

Он приехал в Москву вместе с бухгалтером покупать какой-то подержанный бульдозер для своего хозяйства и остановился, как обычно, у двоюродного брата Константина. Жена брата из тех же краёв, из Вологодской области. Она давно рассказывала Константину про этого удивительного мужика, который ей приходится каким-то родственником. Рассказывала, что он разговаривает с Богом, исцеляет людей от болезней, предсказывает будущее, спрашивает у Бога совета, что делать в какой-нибудь сложной ситуации.

– Может спросить про будущее, узнать прошлое, но не просто так, из любопытства, а если очень нужно… Он раньше пил, и крепко! Я помню, как он здесь валялся. До ручки дошёл и обратился к Богу. С тех пор разговаривает с Богом. Пить бросил – ни капли в рот больше не брал! Взял хозяйство в свои руки. Сам попросил людей, чтобы его назначили председателем, про Бога им рассказал, его избрали. У них тоже других надежд не было… Поднял хозяйство, всё у них наладилось. Сколько раз его по дороге ограбить пытались – ни разу не ограбили. Это сейчас немножко стихло, а то какие грабежи были на дорогах! А они всё время продукты в Москву возят, а обратно технику.

– И что, исцеляет?

– Конечно! Много кого он уже исцелил. Как исцеляет? Спросит совета, а потом говорит, что нужно делать, – выздоравливают люди! Вон моя соседка, как она, бедная, страдала…

Константин давно собирался встретиться с этим человеком, и, конечно же, на это не было времени, но иногда вдруг время странным образом само откуда-то появляется, особенно когда о чём-нибудь спросишь у зеркала. Этого времени, видимо, нужно было дождаться.

Мужик неторопливо рассказывал о хозяйстве:

– Ну, рэкетиры тоже были. Приезжали из города на легковушке, стращать пытались. Я им сразу сказал: «Ещё раз вас здесь увижу – убью! И никаких следов никто не найдёт!» Больше не приезжали. Ну, а районное начальство – куда ж от него денешься?! У нас сейчас есть свой фонд на взятки, а раньше и давать было нечего.

Он сделал паузу.

– Ты про свою жизнь хотел узнать? Сейчас уже Марина должна подъехать, моя ученица, наш главбух, она тебе всё расскажет, как есть, это у неё хорошо получается.

– Нет, – ответил Константин. – Мне это неинтересно. Я тоже хочу с Богом разговаривать.

– Э–э–э! – с сомненьем покачал головой мужик. – Это ж надо так!!! Хотеть!!! – с силой сказал он.

Было ясно, что этого «так» у Константина сейчас нет.

– То есть нужно абсолютно верить… – начал было Константин, но мужик замахал руками и замотал головой.

– Даже не произноси этого слова! Мне все про веру сказки рассказывают, не ты один. Ни у кого этой веры нет!