Договор с вампиром - Калогридис Джинн - Страница 71

Он водрузил свой черный саквояж на пуфик возле постели Мери и повернулся к нам спиной. Нагнувшись, Коль что-то достал оттуда и, продолжая улыбаться, зашел с той стороны, где сидела Дуня.

Горничная ничего не заподозрила. Все ее внимание было поглощено моей женой, которая находилась не в лучшем состоянии. Коль наклонился к моей жене, якобы протягивая ей лекарство, но в последнее мгновение резко повернулся и платком зажал Дуне рот и нос.

Она вскочила, сдавленно вскрикнула и с неподдельным изумлением взглянула на врача и платок. Не прошло и нескольких секунд, как горничная закрыла глаза и обмякла. Сильные руки Коля подхватили ее.

– Зачем вы это сделали? – закричала Мери. – Она ни в чем не виновата!

Мери судорожно схватила меня за руку и наконец-то дала волю слезам. Меня тоже душили рыдания. Коль, равнодушный к нашим эмоциям, осторожно опустил обезвреженную Дуню на пол, после чего подошел к постели:

– Не волнуйтесь, я не сделал вашей горничной ничего дурного. Поспит несколько часов и проснется. Девушка и в самом деле сильно устала.

– Мери, тебе и Стефану нельзя оставаться здесь. Вы должны немедленно уехать с доктором, – сказал я жене. – Это единственная возможность уберечь вас от вампира.

– Тебе тоже нельзя здесь оставаться!

Мери попыталась сесть на постели. Спавший младенец беспокойно шевельнулся. Коль мягко, но требовательно заставил мою жену снова лечь.

– Мери, ты ведь прочла мои записи. Теперь ты понимаешь: он не причинит мне вреда. Это не в его интересах. Зато я смогу отвлечь его внимание и тем самым помочь вам добраться до безопасного места. Потом я тоже покину замок.

Мери была очень слаба, но голос ее звучал твердо и сердито:

– Возможно, вампир не убьет тебя. Ему действительно это невыгодно. Он поступит по-другому – искалечит тебе душу, а это гораздо страшнее смерти.

Я погладил ее лоб, провел рукой по все еще влажным ее волосам.

– Мери, пойми: рядом со мной ты подвергаешься опасности.

– Едва ли, – возразила она. – Возможно, это чудовище и убьет меня. Но пока мы вместе, мне все равно, что будет со мною дальше. Я не хочу одновременно потерять и мужа, и сына. Влад знает: без меня и ребенка у него нет власти над тобой, и ты не сможешь удержать его здесь – он обязательно пустится за нами в погоню. Он сделает все, чтобы мы снова оказались у него в руках, иначе он не сможет шантажировать тебя, заставляя совершить преступление. Дорогой, мне не надо таких жертв. Ты – мой муж, и я не оставлю тебя. Мы будем вместе выбираться отсюда.

Я отвернулся, не желая, чтобы Мери видела сейчас мое лицо. Мне было не скрыть отчаяния и безысходности, вдруг овладевших мною. Я прекрасно сознавал: Мери права. Едва проснувшись, Влад бросится за ними в погоню, и последствия будут самыми чудовищными. Поеду ли я вместе с женой и сыном или останусь здесь – это уже не играло никакой роли.

Я попытался отбросить эмоции и заставить себя думать спокойно и отстраненно. Оставаться в замке предельно опасно – здесь мы в находимся в полной власти вампира. Уезжать тоже опасно – с его возможностями он непременно догонит нас. Еще недавно бегство из замка представлялось мне единственным шансом спастись. Теперь я видел в нем лишь отсрочку неумолимого приговора.

И вдруг меня осенило. Выход из этой ужасающей ситуации был совсем простой, но, чтобы им воспользоваться, от нас потребовалось бы все наше мужество. Однако для начала мне предстояло собраться с силами и рассказать о своей идее Мери, а я никак не мог решиться, представляя, сколько боли принесут ей мои слова.

Она опередила меня! Наверное, эта мысль пришла к нам одновременно. Не могу даже представить, насколько трудно было Мери принять это решение, но недаром я всегда восхищался твердостью и хладнокровием своей жены.

– Аркадий, мы оба не хотим, чтобы наш сын попал в руки вампира. Сам Бог послал нам господина Коля, который сумеет вызволить нашего малыша. Я верю ему.

Ее бледное лицо совершенно преобразилось! Я увидел прежнюю, безмятежно спокойную Мери и вновь поразился ее стойкости. Коль с нескрываемым восхищением встал перед постелью на колени.

– Миссис Цепеш, – растроганно произнес он, взяв своей ручищей ее хрупкую ладонь. – Меня восхищает ваша сила духа, и я приложу все силы, чтобы оправдать ваше доверие. Скажите, что от меня требуется, и я это сделаю.

– Вы нам поможете? – спросила Мери, повторив вопрос, который я задал Колю, когда мы находились в "спальне" стригоя.

И вновь Коль коротко и быстро ответил:

– Да.

Тогда я еще не осознавал, что это решение навсегда изменит наши судьбы. Я с благодарностью поцеловал тонкие пальцы Мери, и мы втроем принялись обсуждать детали нашего бегства из логова вампира.

Не прошло и часа, как мы покинули замок, взяв с собой лишь самое необходимое (мы все-таки надеялись остаться в живых). Коль поехал на север, мы с Мери – на юго-запад, в сторону Бистрица. Дождь прекратился, но воздух был сырым и прохладным.

Небо по-прежнему затягивали плотные облака, и создавалось впечатление, будто вечер уже наступил. При малейшем дуновении ветра с высоких деревьев падали скопившиеся там дождевые капли, напоминая мне о другом времени и другом Стефане. Выехав на лесную дорогу, я невольно подумал о своем брате.

Потом мне вспомнился Пастух, которому мы доверяли, как преданному другу, но у которого оказалось волчье сердце.

Я сидел на козлах коляски. Отцовский кольт был заткнут за пояс на случай появления волков. Мери лежала на сиденье, укутанная в теплое одеяло. Чтобы хоть немного уменьшить тряску, мы захватили несколько мягких подушек. В руках Мери держала тщательно запеленутый продолговатый сверток, который она бережно прижимала к груди.

По моим подсчетам, до захода солнца оставалось не больше часа. К этому времени Коль успеет пересечь реку Муреш. Мери рассказала мне, что вампиры не в состоянии перебираться через водные преграды иначе как в ящике, наполненном землей. Раньше я бы только посмеялся над "крестьянскими россказнями", но теперь мне было совсем не до смеха.

Я прикинул: нам до моста через Муреш ехать дольше – не менее двух часов. Мы с Мери сознательно пошли на этот риск, чтобы Коль и наш маленький Стефан сумели благополучно выбраться из лап вампира.

Меня снедал такой же панический страх, что и двадцать лет назад, когда я побежал в мокрый лес вслед за братом. Чтобы отвлечься, я окликнул Мери. Я опасался, что в дороге у нее может открыться кровотечение. Коль предупреждал меня об этом и дал подробные указания, как действовать в подобном случае.

Мери отозвалась, уверяя, что с ней все в порядке. Правда, голос у нее был слабый. Я гнал лошадей. Коляска подпрыгивала на рытвинах и ухабах. Я морщился и оглядывался на Мери. Она стоически переносила все толчки и крепко прижимала к себе сверток. Однако по ее плотно сжатым губам я понимал, каково ей сейчас.

Лес ненадолго расступился. Мы проехали мимо деревни. В последний раз я оглянулся на опустевший домик Машики Ивановны и на скромное кладбище возле церкви. Весь дальнейший путь от деревни до ущелья Борго проходил по лесу. Дорога сузилась; она спускалась вниз наподобие серпантина, делая виток за витком. Вдали темнели острые пики гор. Небо очистилось. Взошла луна, и на деревьях вспыхнули мириады серебристых капелек.

Темнота пробудила во мне еще одно страшное воспоминание о том, как "призрак" Стефана заманил меня в ночной лес, где меня вместе с лошадьми едва не растерзали волки.

Но сейчас вокруг царила тишина, которую нарушало лишь натужное дыхание подуставших лошадей да скрип колес по песчаной дороге. Так мы ехали около часа, и в моей душе начала зарождаться надежда на спасение.

Неожиданно к этим мирным звукам добавился еще один: одинокий волчий вой. Сначала вдалеке, потом ближе. Завывшему волку ответил другой, третий, четвертый.

Я щелкнул поводьями и прикрикнул на лошадей, чтобы бежали резвее. Напрасные усилия – до спасительной реки было еще около получаса пути. И все равно я продолжал гнать лошадей, молясь, чтобы Коль успел пересечь Муреш и наша с Мери жертва оказалась бы не напрасной.