Некромант из провинции (Шериф для мертвецов) - Вильгоцкий Антон Викторович - Страница 13

– Ты пока займись подготовкой закуски, – сказал Вадим, приближая горлышко бутылки к первой из рюмок. Егор взял красивый охотничий нож Вадима и принялся нарезать сыр. Потом – разрезал надвое вдоль несколько колбасок. Тирольский хлеб, внешне чем-то напоминавший привычные ростовчанам кавказские лаваши, был уже вполне готов к употреблению.

– Зелени, разве что, не хватает, – посетовал некромант. – А так – отличный набор.

– Да, кстати, и впрямь не мешало бы витаминчиков прибавить, – кивнул Орвиланд. И тут же сверкнул очами, материализовав на конторке небольшую тарелку с листочками салата, петрушки и базилика.

– Приступим? – Вадим закончил разливать напиток и поднял одну из рюмок. Егор, успевший уже соорудить несколько бутербродов, сделал то же самое. Последним рюмку взял Орвиланд.

Темно-красная жидкость очень напоминала кровь. Темные недаром высоко ценили «Ягермайстер». Даже не из-за оригинального вкуса, а как раз в силу этой его особенности. В употреблении классического германского напитка присутствовал определенный символический шарм – сходный с тем, что связан с красным вином в движении готов, но значительно более глубокий. Ведь немалая часть Темной братии нередко использовала кровь – в том числе и человеческую – для совершения разнообразных ритуалов, а кое-кто, так и вовсе питался ею.

Егор, которому по роду занятий, также приходилось практиковать подобное, не был в восторге от вкуса крови. Однако ж, мистический смысл употребления напоминавших ему напитков был некроманту безмерно приятен. Как и многие другие аллюзии на тайную жизнь, присутствующие в явной.

– Вздрогнем, друзья мои, – Вадим приподнял руку с рюмкой. Фраза эта заставила Киреева вновь улыбнуться. Пожалуй, в устах Дороги почти любое привычное выражение приобретало некий потаенный смысл. Вздрогнем… Любой из скрытых обликов, которые умел принимать Вадим, заставил бы вздрогнуть даже закаленного в смертельных схватках грозного бойца воздушно-десантных войск. Что уж и говорить о давешнем похмельном побирушке с улицы… «Дьявол! – оборвал себя некромант. – Почему же мысли мои все время возвращаются к тому ублюдку? Он явно этого недостоин».

– Погнали, – кивнул некромант. Орвиланд промолчал.

Серебряные сосуды соприкоснулись, издав мелодичный звон. Компаньоны выпили и потянулись за закуской.

– Что нового в старой доброй Европе? – полюбопытствовал Орвиланд, сжевав бутерброд. Вопрос, разумеется, был обращен к Вадиму.

– Странное что-то творится, – Дорога поставил рюмку и взял с тарелки с зеленью лист базилика. – Сказочные создания готовы выйти на улицы городов и заявить о себе во всеуслышание. Маги с большим трудом удерживают их от этого. Да что там Европа – по дороге в город из аэропорта я видел в парке нескольких леших. Конечно, простому человеку куда труднее их разглядеть, но у меня сложилось впечатление, что ребята не особо-то и маскировались.

– Да, есть такое дело, – признал Орвиланд. – Правда, в нашей-то местности к тому имеются весьма серьезные предпосылки.

– Морлок?

– Он самый.

При звуке имени, от которого в помещении, казалось, дохнуло могильной гнилью, Егор заскрипел зубами. Морлок Хнарт был самым ненавидимым и презираемым существом среди всех магов, которые знали о его существовании – как Светлых, так и Темных. Белых и Черных Егор просто не брал в расчет, хотя как раз для последних Морлок должен был, по идее, являться кем-то вроде кумира.

Меньше, чем за год активной деятельности Хнарт сумел обрести самую дурную славу, какая только возможна. Барону Жилю де Рэ, графине Эльжбет Батори, или скромному работнику сферы образования, Андрею Романовичу Чикатило, и в страшном сне не смогла бы привидеться та критическая масса мерзости, которую накопил за своей душой Морлок. Заказные убийства при помощи черной магии, а также многочисленные осквернения, изнасилования, похищения душ и доведения до самоубийства – все это колдун совершал уже просто ради собственного развлечения – сделали его подлинным воплощением мирового зла. Особенно задевал магов тот факт, что Морлок Хнарт (чье имя переводилось с Наречия как «Гниющая Тень») действовал практически в открытую, вовсю рекламируя свой гнусный бизнес через Интернет и городскую прессу.

Разобраться с гадом пытались неоднократно. Да только ему то ли феноменально везло, то ли он пользовался чьей-то поддержкой, а может, просто был хитрее и дальновиднее всех прочих. Стоило реально сильным волшебникам начать охоту за Хнартом, как он, мастерски ускользнув от слежки или преследования, исчезал, чтобы залечь на дно. Ну а в тех случаях, когда покарать мерзавца, не заручившись не то что поддержкой, но даже обычной санкцией свыше, брались горячие головы из молодых да ранних… головы свои они очень быстро складывали: если уж Хнарт вступал в бой, то, как и свойственно титану подлости, не брезговал абсолютно ничем.

Но доказать вину Морлока в этих убийствах, опять-таки, еще никому не удалось. Слишком уж хитро все было обставлено – всякий раз находились случайные свидетели, которые «видели», как жертву пырнул ножом маньяк, или сбил автомобиль. Проведенное опытными магами сканирование сознаний этих людей показывало, что «свидетели» были загипнотизированы. И, хотя в личности осуществлявшего ментальное вторжение сомневаться не приходилось, напрямую на Морлока ничто не указывало. А то, что Черные маги попросту не способны так хорошо затирать следы своих деяний, было общеизвестным фактом. Так что формально Хнарт был виновен лишь в преступлениях против обычных людей…

Фантастическая удача и полная безнаказанность, сопутствовавшие Морлоку, выглядели особенно подозрительно на фоне обострившегося в последние годы извечного конфликта между Темными и Светлыми магами. «Как же я сам не пришел к такому выводу? – подумал Егор, вспомнив предшествовавшую появлению Вадима беседу с Орвиландом. – А впрочем, часто сложнее всего бывает заметить как раз очевидные вещи».

– Я, в общем-то, как раз для того и приехал в Ростов, чтобы покончить с этим, – сказал Вадим, разливая по рюмкам новые порции «Ягермайстера».

Повисла пауза.

«Ничего себе! – подумал Киреев. – Значит, у Морлока и впрямь есть могучие покровители среди Светлых, раз потребовалось его вмешательство. Вот ведь как бывает – мы просто живем себе, никого не обижаем, если не трогать нас, и даже наоборот – стараемся по мере возможности помогать людям. А эти… Тьфу!».

– Что ж, этого следовало ожидать, – кивнул Орвиланд. – Если мы сами до сих пор не сумели его остановить, логично предположить, что не смогли бы и в дальнейшем. С чего думаешь начать?

– Нужно будет провести тщательное расследование и выйти на тех, кто прикрывает Морлока. Сам-то он мне не слишком интересен – в любой момент успею прихлопнуть. Хотя, как раз этого и не следует делать – Хнарт пригодится нам как свидетель. Главное – разыскать того, кто против кого он мог бы свидетельствовать…

– Мне кажется, ниточки потянутся гораздо дальше Ростова, – произнес Орвиланд.

– Да, возможно они доведут нас до самого Лос-Анджелеса, – кивнул Вадим. – Посмотрим. А сейчас – давайте вернемся к нашим возлияниям.

– С тобой, Орв, мне тоже нужно бы переговорить, – промолвил Дорога после второй рюмки. – По твоей теме. Есть что-нибудь?

– Кажется, началось какое-то шевеление на окраинах, – сказал волшебник. – Я навещал тот мир, и вроде, все успокоилось даже без моего вмешательства, но… недавно там снова начались неприятные события глобального масштаба. Тамошний народец еще не подозревает, насколько все серьезно. Ты знаешь, так было уже не раз… Надеюсь, что и нынешняя заваруха не имеет отношения к тому… чего мы опасаемся.

– Рано или поздно это, все же, должно будет произойти, – пожал плечами Вадим. – Поскольку мы с тобой, мой друг, бессмертны, нам все равно придется с этим разбираться, хотим мы того или нет.

Егор понял, что собеседники говорят о вещах, понятных только двоим из троицы. Возможно, даже, о таких делах, которым присутствие поблизости лишних ушей может только повредить. Но сомневаться в его, Киреева, лояльности, у Вадима и Орвиланда поводов не было. Человек, заслуживший право именоваться Темным магом и некромантом, по определению не способен предать дело Тьмы…