Черная книга колдуна - Вихарева Анастасия - Страница 49

— Ну ладно тебе! — Кирилл показал ей козу, пощекотав и усмехнувшись. — Там ручей есть, заедем… Но о нас уже знают, Сашка рассказал! И про скандал в клубе.

— Да? — Мирка выжидательно и испуганно уставилась на него, слегка побледнев. — Ой, что будет! — он готова была пролить слезу. Наверное, все-таки больше от боли, Кирилл понял это по ее прикусыванию губ, когда очередной камень истязал ее. — Тебе влетит? Сильно?

Кирилл презрительно фыркнул, закрепляя рюкзаки на багажнике.

О том, что тетя Вера заботливо напомнила о презервативах, прочитав целую лекцию о вреде аборта, Кирилл благоразумно решил промолчать. Но по интонации понял, что мерзавцем она его не считает. Настроение у него поднялось, когда он вернулся к мыслям о приятном. Обоим им предстояло раздеться, чтобы отмыть с себя грязь — и тяжело вздохнул, запретив себе на эту тему даже думать, как раз таки из-за отсутствия оных презервативов. Своим умом не дошел, и в мыслях про них не имел. И тут же поклялся прикупить коробку и поставить на самом видном месте, научившись ими пользоваться.

— Тетя Вера самолет забодает, если на меня полетит!

— Повезло тебе, — согласилась Мирослава. — А у меня нет родственников… Вернее, есть, но…

— Отказались?

Мирка кивнула.

— Помогали отцу выгнать нас из дома. На суде такой грязью облили, мама не выдержала. Тогда у нее случился первый сердечный приступ.

— Сожалею, — посочувствовал Кирилл и внезапно подумал, боль Мирки идет из сердца.

Он напряженно поскрипел извилинами, сочиняя богохульное слово против Грифона, но чернить людей, пусть и тех, кто причинил боль, оказалась целая наука — вышло криво и не совсем уверенно.

— А все из-за этой кошки драной. С братом твоим, с отцом, с моим братом, и бог знает с кем еще… Мы переживать не будем, — Кирилл прижал девушку к себе. — Штерны, конечно же, по горам не стали бы лазить — менталитет другой.

— Да, Кирилл, только нашему менталитету тоже не позавидуешь, — с досадой сердито сказала Мирка печально рассматривала подогнутый каблук. — Брюки можно выбрасывать и туфли тоже! Ты хотя бы предупредил!

— Брось, твои брюки на рынке стоят пятьсот рублей и туфли столько же!

— А еще дорога до рынка и обратно восемьсот! Кирилл, я зарабатываю не как твоя мама! — напомнила она. — Это треть моей зарплаты!

— Я что-нибудь придумаю, — виновато пообещал он, взяв из рук Мирки туфель и рассматривая его. — Кстати, мне тоже в город надо, мы с тетей Верой поедем, она часто туда-сюда мотается. Сэкономим.

Кирилл наморщил лоб, туго соображая, где достать деньги. Тысяч пять у него в копилке было. Те, что выдали в лесничестве за весенние посадки деревьев на вырубках. Но надолго ли их хватит? Дверь, за которой лежали сокровища, встала перед глазами, как наяву. Впрочем, какие там могли лежать сокровища? У кота мерило ценностей было другим, не человеческим. И тут же пожалел, что не успел собрать коллекцию камней.

Мирка не сдержалась, усмехнувшись.

— Это тебя твоя тетя Вера повезет туда и обратно, а я для нее чужой человек.

— Уже нет, — уверенно сказал Кирилл, вдруг воспрянув духом. — Послушай-ка, нам нужно смотаться в горы… У тети Веры есть дружок… У него ювелирная лавка… вернее, ювелирный салон. Каждое лето он с мужиками промышляет где-то здесь, в горах, у каждого свои тайники. А потом творят — бусы, серьги, картины из камней… Если собрать коллекцию и показать, может быть что-то возьмет. Копейки, но на туфли должно хватить. Ты работаешь сутки через двое?

— Ну да… — Мирка недоверчиво покосилась на Кирилла.

— Вот и славно! Завтра начнем!

— Я завтра по веники собиралась и за грибами, — неуверенно запротестовала Мирка. — Скоро лист станет жестким.

— Одно другому не мешает! Не пойдем, а поедем! Здорово я придумал?

— Ну не знаю, — засомневалась Мирка, повторив его же слова: — Если здесь что-то ценное было, давно собрали…

— Ты рассуждаешь, как Леха с Серегой, — усмехнулся Кирилл. — Если промышленные разработки не велись, откуда карьеры? За сотни лет на поверхность могло выйти все, что угодно. Что-то же должно было остаться! Попробуем понять, чем тут промышляли. Если нет, пойду работать в бригаду к Матвею Васильевичу.

— Из-за меня? — испугалась Мирка, взглянув с благодарностью.

— Из-за любимой девушки, которая не должна переживать о китайских туфлях и пропитанных ядовитыми красками бриджах, — Кирилл шмыгнул носом, завел мотоцикл, поджидая, когда Мирка устроится позади. — Черепная коробка у нас твердая, пробьемся!

Глава 8. Куда ведет дверца…

Мать и тетка с полотенцами на головах пили чай, болтая ни о чем. Разговор прекратился сразу же, как только его заметили, в воздухе повисла осуждающее и выжидательное молчание, и было слышно, как стрекочут за открытым окном цикады, и жужжит за стеклом шмель, застряв за створкой. Разогрев в микроволновке борщ и котлеты, Кирилл присел рядом, чувствуя некоторую неловкость. По счастью, Александра рядом не оказалось, но он был дома: на спинке дивана лежали солнцезащитные очки, которые он всегда таскал с собой, и стояли в прихожей синие сланцы.

— Расспрашивайте! — согласно кивнул Кирилл, не сомневаясь, что именно это собирались сделать непререкаемые авторитеты.

— А в баню не пойдешь? — тетя Вера, как ни в чем не бывало, похрустела пальцами, ехидно ухмыльнувшись. — Мы думали, ты уже не вернешься!

— Вечером, — ответил Кирилл, заметив, что мать старается в его сторону не смотреть. Вспомнив, как мать вела душеспасительные беседы с Александром, Кирилл мысленно усмехнулся. Она заходила издалека, долго подбирая слова, понижала голос, проявляя излишнюю озабоченность, в конце концов, смиренно принимала похождения брата, переживая больше, чем он, когда его очередной роман заканчивался.

— И кто она?! — не выдержала тетя Вера. — Мира не от мира? Почему она? С тобой, Кир, не соскучишься, — тетя Вера недоуменно обиженно взмахнула ресницами. — Сане решил насолить?

— Почему не от мира? Нормальная девчонка… — Кирилл пожал плечами, чувствуя, что краснеет. — Плевал я на Сашку!

— Кир, давай, теперь еще ты с ума сойди! — проговорила мать расстроено, испытующе взглянув на него. — Она замуж собралась, а ты девушку выставил в неприглядном свете. Видели вас.

— Ну, во-первых, я этого не допущу, — бросил Кирилл с вызовом. — Во-вторых, брак фиктивный… Из-за денег, он гражданство покупает, даром этот козел Мирке не нужен. В-третьих… Мам, стоит ли нам бояться Мирки?! Если на то пошло, она нас не разденет, как семейка Штерн.

— Звучит, как Адамс, — усмехнулась тетя Вера, мягко похлопав по плечу. — Но все же, Кир, ты хорошо подумал?

— Да, Мирка нуждается в помощи… Мам, мы еще поговорим об этом, но помочь и раздеться догола — разные вещи!

— Ну-ка, ну-ка… О чем это мы поговорим? — тетя Вера нахмурилась.

В душе Кирилла шевельнулся червячок. Ясно, что мать и тетка думали о чем угодно, но только не о деле — обе насторожились, и, возможно, испугались.

— Мам, о законной помощи, без которой Мирке не выжить, — раздосадовано бросил Кирилл. Там, вдали от матери объяснить ей Миркины проблемы казалось легко, но здесь его идея уже виделась ему с другой стороны.

— Что ты имеешь в виду? — сама не своя, нахмурилась мать.

— Начнем с того, что дом их скоро развалится, — с упреком буркнул Кирилл. — В Черемушках сколько угодно домов без хозяев, лучше, чем их дом. Пусть бы им дали квартиру или помогли переехать в другой, или, на худой конец, отремонтировали бы старый. Мирка работает в больнице, а ты главврач. Неужели тебя устраивает, что она сутками пашет за копейки, а потом замерзает в землянке?

— Они и так стоят на очереди! — охрипшим голосом взвизгнула мать.

— Подожди, Анюта, я мимо проходила, в их доме и вправду жить нельзя… Разобраться надо, — тетя Вера повернулась к Кириллу. — Что ты там предложил?

Кирилл слегка растерялся, почувствовав поддержку.