Познание тайн - Вэнь-цзин Янь - Страница 14

Поэтому мудрецы следуют женскому началу и избавляются от сумасбродства и высокомерия; они не осмеливаются действовать силой. Поскольку они следуют женскому началу, они упрочивают начало мужское; поскольку они не осмеливаются быть сумасбродными и высокомерными, они способны продержаться долго.»

40

Лао-цзы говорил: «Дао неба состоит в том, чтобы повернуть назад после достижения высшей точки, и уменьшиться после достижения полноты, как это демонстрируют солнце и луна. Поэтому мудрецы ежедневно унижают себя и опустошают свое расположение духа; не смея пребывать в самоудовлетворенности, они ежедневно развивают покорность, дабы не истощить свою добродетель. Именно в этом состоит Дао неба.

Это в природе человека, что всем нравится занимать высокое положение и не нравится занимать низкое; каждому нравится приобретать и никому не нравится терять; всем нравится процветание и никому не нравится бедствие; все любят почет и не любят унижение. По этой причине обыкновенные люди вступают в борьбу друг с другом, а потому не могут добиться успеха; поскольку они захватывают что-то, они не могут с этим справиться.

Поэтому мудрецы подражают небу, действуя без борьбы и достигая без захвата. Они имеют те же чувства, что и обыкновенные люди, однако используют их иначе; поэтому и живут долго.

Поэтому древние правители пользовались следующим боевым приемом – выпрямляться, когда опустошен, и опрокидываться, когда полон. Главное состоит в том, что когда вещи достигают расцвета, они начинают клониться к закату; когда солнце достигает середины неба, оно начинает садиться; когда наступает полнолуние, луна начинает идти на убыль; когда счастье заканчивается, оно превращается в несчастье.

Поэтому блеск ума и обширные знания оберегаются невежеством; ученость и красноречие оберегаются бережливостью; воинская сила и мужество оберегаются страхом; богатство, величие и общественное положение оберегаются ограничением; благожелательность, распространяющаяся на весь мир, оберегается уважением. Эти пять вещей являются теми средствами, с помощью которых правители древности сохраняли свой мир. Те, кто выбирает этот путь, не хотят полноты; лишь не обладая полнотой можно использовать полностью и не делать заново.»

41

Лао-цзы говорил: «Мудрецы закрываются с темнотой и раскрываются со светом. Способные достичь того пункта, где не существует удовольствия, они обнаруживают, что не существует ничего, что не могло бы доставить им удовольствие. А поскольку они могут наслаждаться всем на свете, они достигают пика наслаждения.

Они используют внутреннее, чтобы превратить в наслаждение внешнее, и не используют внешнее, чтобы превратить в наслаждение внутреннее; поэтому они обретают непосредственное удовольствие в самих себе и, таким образом, имеют собственную волю, которую уважает весь мир. Причина состоит в том, что с точки зрения мира это для него жизненно необходимо.

Это нужно не для другого, это нужно для себя; это нужно не кому-то, это нужно личности. Когда личность достигает этого, она все в себя вмещает.

Таким образом, те, кто понимает механизм действия ума, рассматривают желания, стремления, влечения и отвращения как внешнее. Поэтому ничто их не радует, ничто не гневит, ничто не причиняет удовольствия или боли. Все таинственным образом оказывается одним и тем же; ничто не является правильным, ничто не является неправильным.

Итак, существует последовательная логика для мужчин и последовательный образ действия для женщин: они не нуждаются во власти, чтобы быть благородными, они не нуждаются в богатстве, чтобы процветать, они не нуждаются в силе, чтобы быть могущественными; они не используют материальные блага, не жаждут общественного признания, не считают высокое социальное положение гарантом безопасности, а низкое социальное положение – источником опасности; их тело, дух, энергия и воля сохраняют надлежащее им положение.

Тело – это вместилище жизни, энергия – это основа жизни, дух – это регулятор жизни: если что-то одно утрачивает свое положение, то это приносит вред всем троим. Поэтому, когда дух ведет, а тело следует, это приносит положительные результаты, но когда тело ведет, а дух следует, это причиняет вред.

Те люди, которые живут ради обжорства и похоти, настолько сбиты с толку и ослеплены властью и выгодой, настолько прельщены и очарованы славой и высоким социальным положением, что это находится почти за гранью человеческого понимания.

Когда вы занимаете высокую должность, то ваша жизненная сила и дух ежедневно истощаются, со временем они рассеиваются и не возвращаются в тело. Если вы замкнулись в себе, и не допускаете их, у них нет возможности войти. По этой причине иногда возникает рассеянность и забывается работа.

Когда жизненная сила, дух, воля и энергия пребывают в спокойствии, то они наполняют вас день за днем и делают сильными. Когда они являются слишком активными, то истощаются день за днем, делая вас старыми.

Поэтому мудрецы заботятся о своем духе, делают свою энергию послушной, а тело – естественным, и раскачиваются вместе с Дао. Благодаря этому они развиваются вместе со всем остальным миром и реагируют на все происходящие в нем изменения.»

42

Лао-цзы говорил: «Те, кто известен в качестве истинных людей, в сущности, едины с Дао, поэтому они имеют дарования, но кажется, что они не имеют ничего; они полны, но кажутся совсем пустыми. Они управляют внутренним, а не внешним. Ясные, безупречные и абсолютно простые, они не придумывают ничего искусственного, но возвращаются к простоте.

Понимая самое основное и заключая в себе дух, они достигают основания неба и земли, странствуют за пределами грязи и пыли и путешествуют, чтобы оказывать воздействие без вовлеченности. Механический интеллект не отягощает их умы, они наблюдают то, что вневременно и не приводится в движение вещами.

Наблюдая за развитием событий, они придерживаются источника.

Их внимание сосредоточено на внутреннем, они понимают беды и радости в контексте единства. Делая что-то, они сидят бессознательно; отправляясь куда-то, идут бессознательно.

Они знают без изучения, видят без зрения, преуспевают без борьбы, различают без сравнения. Они реагируют, когда испытывают ощущения, действуют, когда вынуждены, и идут, когда нет выбора, подобно сиянию света или отбрасыванию тени. Они берут Дао в качестве проводника; когда встречается какое-то сопротивление, они остаются пустыми и открытыми, ясными и спокойным, и тогда сопротивление исчезает.

Они рассматривают тысячу жизней в качестве одной эволюции, а десять тысяч различий исходящими из одного источника. Они обладают жизненной силой, но не эксплуатируют ее; они обладают духом, но не задают ему работу. Они придерживаются простоты целого и стоят в центре самого существенного.

Их сны без сновидений, их знание бесследно, их действие бесформенно, их неподвижность бестелесна. Когда они присутствуют, то это выглядит так, как если бы они отсутствовали; они живы, но как если бы были мертвы. Они могут мгновенно появляться и исчезать и использовать призраков и духов.

Возможности духа и жизненной энергии возвышают их до Дао, заставляя дух и жизненную энергию действовать с максимальной эффективностью, не утрачивая при этом источника. День и ночь напролет они подобны весне для всех живых существ. Это приводит сердце в гармонию и создает в нем времена года.

Итак, физическое тело может умереть, но душа остается неизменной. Используйте неизменное, чтобы реагировать на изменения, и не будет никаких ограничений. То, что изменяется, возвращается к бесформенному, в то время как то, что не изменяется, живет вместе с вселенной.

Итак, то, что производит на свет жизнь, само не является рожденным; то, чему оно дает жизнь, является тем, что рождено. То, что производит изменения, само не изменяется, а то, что оно изменяет, является тем, что изменяется. Здесь истинные люди бредут дорогой абсолютной сущности.»