Гильдия магов - Канаван Труди - Страница 84

Ее охватили болезненные сомнения. А что, если, несмотря на ее помощь, Фергун проиграет процесс? Позволит ли он Сири уйти?

Сири…

Сонеа покачала головой, вспомнив его признание: «Я и слышать не хотел, что Гильдия на самом деле хочет тебе помочь. Ты так неожиданно вернулась к нам, и я не хотел снова тебя потерять». Он боялся ее потерять.

Сири любит ее. От удивления она поначалу потеряла дар речи, но потом ей на ум пришли воспоминания о том, как Сири всегда смотрел на нее и как вел себя Фарен, явно считая, что Сири не просто ее преданный друг. Все встало на свои места.

А отвечает ли она ему взаимностью? С момента их встречи Сонеа задавала себе этот вопрос бессчетное количество раз, но так и не смогла дать на него точный ответ. Она не чувствовала себя влюбленной, но, может быть, тот страх, охвативший ее, когда она узнала, что Сири в опасности, и означает любовь? Или так было бы, если бы дело касалось любого близкого человека — не важно, просто друга или более чем друга.

Если она любила его, забилось бы от радости ее сердце при виде его? Почувствовала бы она благодарность за то, что он, рискуя собой, пробрался в Гильдию, пытаясь ее спасти? И перевесила бы эта благодарность чувство вины, что из-за этой попытки он сам оказался в плену?

Одно точно — если бы она действительно любила его, то не задавала бы себе все эти вопросы.

Отбросив в сторону подобные размышления, Сонеа сделала глубокий вдох, медленно выдохнула и постаралась взять себя в руки.

Таниа ободряюще похлопала ее по плечу.

— Надеюсь, это не затянется надолго, но кто его знает?

Раздался щелчок, и дверь, на которую до этого указала ей Таниа, распахнулась. Оттуда вышел один маг, за ним другой. Постепенно Сонеа начала волноваться: почему уходит столько народу? Неужели Слушание отменили?

— Куда это они все?

— Останутся только те, кто непосредственно заинтересован в Слушании.

Некоторые маги покинули Главный Холл, но основная масса осталась, распределившись по нему небольшими группками. Кое-кто бросал на нее любопытные взгляды. Занервничав, Сонеа старалась не поднимать глаз.

— Сонеа?

Она вздрогнула и посмотрела в сторону Гилдхолла.

— Ротан?

— Собрание вышло коротким. Скоро тебя позовут .

Взглянув на открытую дверь Холла Гильдии, Сонеа заметила темную фигуру. От узнавания сердце екнуло и сжалось.

Убийца!

Она уставилась на него и не могла отвести глаз, убежденная, что именно этого человека она видела в ту ночь, когда они с Сири пробрались в Гильдию.

На его лице царило то же мрачное отрешенное выражение, что и тогда. Его черная мантия развевалась на ходу, когда он быстрыми шагами пересекал Главный Холл.

Маги оборачивались и кивали ему, демонстрируя такое же осторожное уважение, какое Сонеа как-то видела на лице Фарена, когда он приветствовал убийцу, работавшего на Воров. Он кивал им в ответ, но не останавливался. Девушка понимала, что должна перестать пялиться на него, но ей никак не удавалось оторвать взгляд. Его глаза скользнули по ней и, на мгновение задержавшись, скользнули дальше.

Сонеа подпрыгнула от неожиданности, когда ее плеча коснулась ладонь Таниа.

— Это лорд Оузен, помощник Распорядителя.

В дверях показался молодой человек. Он остановился и взглянул на Сонеа. Встретившись с ней глазами, лорд Оузен подозвал девушку к себе.

— Ну, вперед, — Таниа легонько подтолкнула Сонеа к нему. — Все будет хорошо.

Сонеа глубоко вздохнула и заставила себе двинуться к двери Гилдхолла. Когда она подошла к молодому магу, он вежливо склонил голову.

— Приветствую тебя, Сонеа. Добро пожаловать в Гилдхолл.

— Благодарю, лорд Оузен, — она неловко отвесила быстрый поклон.

Улыбаясь, помощник Распорядителя пригласил ее следовать за ним.

Ноздри заполнил запах дерева. Внутри Холл казался больше, чем снаружи. Стены тянулись высоко вверх к темному потолку. Наверху парили магические шары, заливая помещение золотистым сиянием.

По обеим сторонам Холла вытянулись расположенные ярусами ряды деревянных сидений. При виде рассматривающих ее мужчин и женщин у Сонеа пересохло во рту. Она сглотнула слюну и опустила глаза.

Оузен остановился и, указав, где ей следует встать, подошел к расположенным справа креслам Верховных Магов. Готовясь к Слушанию, Ротан нарисовал Сонеа схему Холла и обозначил, кто где сидит, чтобы она смогла запомнить имена и титулы магов.

Подняв голову, девушка увидела, что кресла в верхней части президиума пустуют. Ротан сказал, что Король редко посещает церемонии Гильдии. Его стоящее по центру кресло было больше соседних, а на спинке красовался вышитый инкол королевского Дома.

Чуть ниже стояло еще одно кресло. Сонеа ощутила разочарование — в нем тоже никто не сидел, а ей так хотелось хоть одним глазком взглянуть на Высокого Лорда!

В центре среднего ряда сидел Распорядитель Лорлен. Кресла рядом с ним также были не заняты. Распорядитель разговаривал с Оузеном и длиннолицым мужчиной, сидящим в кресле чуть ниже. На мужчине была алая мантия, подвязанная черным поясом. Сонеа вспомнила, что это — лорд Балкан, Глава Воинов.

Слева от Балкана сидела строгая леди Винара, Глава Целителей, она приходила к Ротану, когда тот объявил о намерении Сонеа остаться в Гильдии. Справа девушка увидела старика с угловатым морщинистым лицом и длинным заостренным носом — лорда Саррина, Главу Алхимиков. Верховные Маги внимательно смотрели на Лорлена.

В нижнем ряду сидений устроились деканы — маги, организующие и контролирующие занятия в Университете. В их ряду было занято только два кресла. Сонеа нахмурилась, пытаясь вспомнить почему. Потом посмотрела на лорда Балкана и вспомнила — он совмещал две должности.

Оузен выпрямился и спустился с президиума. Распорядитель Лорлен поднялся с кресла, вздернул подбородок и оглядел присутствующих в зале.

— Слушание о назначении наставника Сонеа считаю открытым, — объявил он. — Прошу лорда Ротана и лорда Фергуна, как претендентов на эту роль, подойти к президиуму.

Услышав звук шагов, Сонеа повернулась к сиденьям для рядовых членов Гильдии. Со своего места вниз пробиралась знакомая фигура. Ротан остановился в нескольких шагах от Оузена и улыбнулся девушке.

Неожиданно ее пронзила острое чувство нежности к учителю, и губы ее тоже начали растягиваться в ответной улыбке, но тут Сонеа вспомнила, что собиралась сейчас совершить и потупилась. Он будет так разочарован в ней…

Снова послышались шаги. Рядом с Ротаном остановился Фергун и тоже улыбнулся ей. Девушку пробила дрожь, и она перевела взгляд на Распорядителя.

— И лорд Ротан, и лорд Фергун заявили о своем желании стать наставниками Сонеа, — продолжал Лорлен. — Оба они считают себя первыми магами, распознавшими ее магические способности. Сейчас нам надлежит решить, кто из них получит эту почетную роль. Я оставляю ведение Слушания моему помощнику, лорду Оузену.

Молодой человек выступил вперед. Стараясь дышать глубоко, Сонеа впилась глазами в пол, настраиваясь на то, что ей предстояло сделать.

— Лорд Ротан.

Ротан посмотрел на Оузена.

— Будьте добры изложить нам свою версию событий, благодаря которым вы распознали в Сонеа магический потенциал.

Ротан откашлялся:

— В тот день, когда я заметил в Сонеа способности к магии, — в день Чистки — я был в паре с лордом Фергуном. Мы прибыли на Северную Площадь и участвовали в создании защитного барьера. Как всегда, группа подростков начала бросать в нас камнями. Тогда я стоял лицом к лорду Фергуну, а щит находился в трех шагах слева от меня. Краем глаза я заметил вспышку света у щита и почувствовал его колебание. Я увидел летящий камень прямо перед тем, как он ударил лорда Фергуна в висок и тот потерял сознание, — Ротан помолчал и быстро взглянул на Фергуна. — Он начал падать, и я подхватил его. Уложив лорда Фергуна на землю, я поднял голову, чтобы найти того, кто бросил камень. Тогда я увидел Сонеа.

Оузен шагнул к Ротану: