Никола и его друзья - Семпе Жан Жак - Страница 55

Конечно, как всегда, Альцест и Аньян не дрались. Аньян, потому что он повторял урок, и потому еще что из-за очков его нельзя даже стукнуть. А Аль— цестш до конца перемены надо было съесть еще два куска хлеба с вареньем.

Потом прибежал мсье Мушабьер. Это наш новый воспитатель, он не очень старый и помогает Бульону, нашему настоящему воспитателю, за нами присматривать. Потому что за нами и правда надо следить на перемене, даже если мы себя хорошо ведем. Тоже, ничего себе, работа!

— Ну что еще, — сказал мсье Мушабьер, — что еще случилось, банда маленьких дикарей? Я вас всех оставлю после уроков!

— Только не меня, — сказал Руфус. — Я заболел.

— Неужели? — спросил Жоффруа.

— Ты у меня сейчас получишь! — сказал Руфус.

— Прекратите! — закричал мсье Мушабьер. — Немедленно прекратите, или я обещаю, что вы заболеете!

Тогда мы замолчали, и мсье Мушабьер попросил Руфуса к нему подойти.

— Что с вами? — спросил у него мсье Мушабьер.

Руфус ответил, что он плохо себя чувствует.

— Вы сказали об этом родителям? — спросил мсье Мушабьер.

— Да, — ответил Руфус, — сегодня утром я сказал маме.

— Тогда почему, — спросил мсье Мушабьер, — она разрешила вам пойти в школу?

— Ну, — объяснил Руфус, — потому что я ей говорю каждое утро, что я плохо себя чувствую. Конечно, она же не может знать, но на этот раз я не обманываю.

Мсье Мушабьер посмотрел на Руфуса, почесал затылок и сказал, что ему надо пойти в медпункт.

— Нет! — закричал Руфус.

— Почему нет? — спросил мсье Мушабьер. — Если вы больны, то должны пойти в медпункт. И когда я вам что-нибудь говорю, надо меня слушаться.

И мсье Мушабьер взял Руфуса за руку. Тогда Руфус закричал:

— Нет, нет, я не пойду! Я не пойду! — И с плачем бросился на пол.

— Не бейте его, — сказал Альцест, он как раз доел свой хлеб с вареньем. — Разве вы не видите, что он болен?

Мсье Мушабьер с удивлением посмотрел на Альцеста:

— Но я же его не… — начал он говорить, но вдруг весь покраснел и закричал на Альцеста, чтобы он не вмешивался не в свое дело. И велел ему остаться после уроков.

— Это уж слишком! — крикнул Альцест. — Значит, теперь я должен оставаться после уроков из-за того, что этот дурак заболел?

— Ты что, в нос захотел? — спросил Руфус. Он перестал плакать.

— Ага! — сказал Жоффруа.

И все сразу закричали и заспорили. Руфус присел, чтобы на нас посмотреть. И тут прибежал Бульон.

— Что случилось, мсье Мушабьер, у вас неприятности?

— Это из-за Руфуса, он заболел, — сказал Эд.

— Я вас ни о чем не спрашивал, — сказал Бульон, — мсье Мушабьер, прошу вас, накажите этого ученика.

И мсье Мушабьер велел Эду остаться после уроков. Альцест обрадовался, потому что гораздо веселее когда после уроков остается сразу несколько ребят.

Потом мсье Мушабьер объяснил Бульону, что Руфус не хотел идти в медпункт и что Альцест позволил себе ему сказать, чтобы он не бил Руфуса, и что он никогда его не бил, и что мы несносны, несносны, несносны. Он повторил это три раза, и в последний раз голосом похожим на мамин, когда я ее вывожу из себя.

Бульон провел рукой по подбородку, потом взял мсье Мушабьера под руку, отвел немного в сторону, положил ему руку на плечо и долго совсем тихо о чем-то с ним говорил.

А потом Бульон и мсье Мушабьер вернулись к нам.

— Вы сейчас увидите, мой друг, — сказал Бульон и широко улыбнулся. Потом он пальцем поманил Руфуса.

— Сейчас вы пойдете со мной в медпункт. И не разыгрывайте комедию. Договорились?

— Нет, — крикнул Руфус. И он бросился на пол с плачем и криком. — Никогда! Никогда! Никогда!

— Не надо его заставлять, — сказал Жоаким.

И тут началось! Бульон покраснел, он велел остаться после уроков Жоакиму, потом Мексану за то, что тот смеялся. Я очень удивился, но теперь во весь рот улыбался мсье Мушабьер.

Потом Бульон сказал Руфусу:

— В медпункт! Тотчас же и без разговоров!

И Руфус, увидев, что теперь не до шуток, сказал, что хорошо, он согласен и даже очень хочет туда пойти, но только пусть ему не мажут йодом коленку.

— Иодом? — спросил Бульон. — Иодом мазать не будут. Но когда вы выздоровеете, вы ко мне придете. Нам надо будет кое-что уладить. Теперь идите с мсье Мушабьером.

И мы пошли в медпункт. Тогда Бульон закричал:

— Не все! Только Руфус! Медпункт не двор для игр! А потом, ваш товарищ может быть заразным!

Мы все засмеялись. Нас развеселило это слово, всех, кроме Аньяна. Он всегда боится, что другие его заразят. Потом Бульон дал звонок на урок, и мы пошли в класс. А мсье Мушабьер пошел проводить Руфуса домой. Руфусу повезло, у нас был урок грамматики.

А болезнь, к счастью, оказалась несерьезная. Руфус и мсье Мушабьер оба заболели корью.

Легкоатлеты

Не знаю, говорил ли я вам, что недалеко от нашего дома есть пустырь. Иногда мы с ребятами ходим туда играть.

И чего только там нет! Трава, камни, старый матрац, отличная машина без колес, в ней мы летим, как в самолете — ж-ж-ж, или едем, как в автобусе — дрр-дрр-дрр. Есть и ящики, а иногда даже встречаются кошки. Только с кошками не поиграешь, они, как только нас видят, сразу разбегаются.

Мы собрались с ребятами на пустыре и не знали, чем бы заняться, потому что футбольный мяч у Альцеста отобрали до конца четверти.

— Может, поиграем в войну? — сказал Руфус.

— Нет уж. Ты же прекрасно знаешь, — сказал Эд, — ведь никто не хочет быть врагами, и мы сразу начинаем из-за этого драться.

— А я придумал, — сказал Клотер. — Давайте устроим соревнования по легкой атлетике!

Клотер объяснил, что по телевизору это было здорово интересно: много разных состязаний, чего только все не делают в одно и то же время! Лучшие становятся чемпионами, потом они поднимаются на скамейку и им вручают медали.

Откуда же все это возьмешь — и скамейку, и медали? — спросил Жоаким.

— Все будет понарошку, — ответил Клотер. Всем понравилось, и мы согласились.

— Ну ладно, — сказал Клотер. — Первое состязание — прыжки в высоту.

— Я не буду прыгать, — сказал Альцест.

— Нет, надо, чтобы ты прыгал, — ответил Клотер. — Все должны прыгать.

— Нет, — возразил Альцест. — Я сейчас ем, а если начну прыгать, то меня может стошнить, а тогда я не съем до ужина хлеб с вареньем. Нет, я не прыгаю.

— Ладно, — сказал Клотер. Ты подержишь веревку, а мы будем через нее перепрыгивать. Теперь нам нужна веревка.

Мы начали рыться в карманах. Нашли шарики, пуговицы, марки и ириску, но веревки не было.

— Придется взять ремень, — сказал Жоффруа.

— Ну нет, — возразил Руфус. — Разве можно хорошо прыгнуть, когда надо одновременно держать штаны?

— Альцест не прыгает, — сказал Эд. — Пусть даст свой ремень.

— У меня его нет, — ответил Альцест. — У меня штаны сами держатся.

— Пойду поищу, может быть, найду на земле! кусок веревки, — предложил Жоаким.

Мексан сказал, что искать на земле веревку — работа для дураков и что нельзя же на это потратить все время. Лучше уж придумать что-нибудь другое.

— Эй, ребята! — крикнул Жоффруа. — Давайте устроим соревнования, кто дольше всех проходит на руках! Глядите на меня! Глядите на меня!

И Жоффруа начал ходить на руках, у него это здорово получается! Но Клотер сказал, что он никогда не видел таких упражнений на соревнованиях по легкой атлетике и что Жоффруа дурак.

— Дурак?! Это кто дурак? — спросил Жоффруа.

Он встал на ноги и пошел драться с Клотером.

— Послушайте, ребята, — сказал Руфус. — Если мы пришли сюда только драться, то этим можно заниматься и в школе!

Он все правильно сказал, поэтому Клотер и Жоффруа перестали драться, но Жоффруа сказал Клотеру, что он ему все-таки покажет, только где когда и как, он еще посмотрит.