Закат Америки. Уже скоро - Капхен Чарльз - Страница 93

Облегчение доступа к образованию окажет положительное воздействие и на здоровье, так как информированность означает большую заботу о профилактике заболеваний; кроме того, школы обеспечивают централизованную вакцинацию и распределение лекарств. Но крайне необходимо и прямое вмешательство извне. На создание современной системы здравоохранения уйдет несколько поколений, но международное сообщество может предпринять срочные меры для борьбы с наиболее «насущными» заболеваниями – причем при умеренных затратах. Отсутствие вакцин и лекарств, высокий уровень инфекционных заболеваний, разрушительное влияние последних на молодежь – все это определяет приоритетность борьбы со СПИДом. В качестве первых шагов в этой борьбе выступают повышение информированности населения (особенно среди социальных групп, где вероятность заражения наиболее высока) о способах предупреждения заболеваний, а также принуждение фармацевтических компаний к предоставлению лекарств по значительно сниженным ценам. Уменьшить количество случаев заболевания туберкулезом, дизентерией, малярией вполне реально, если у населения развивающихся стран появится доступ к медикаментам.

Основной вклад международного сообщества в экономическую инфраструктуру возможен в форме экономической помощи и увеличения товарооборота. Повышение эффективности помощи в преодоле нии бедности и обеспечении экономического роста возможно в случае пересмотра взаимоотношений стран-доноров и реципиентов. На смену «инсталляции» программ, разработанных страной-донором, должны прийти собственные предложения страны-реципиента, которые затем будут рассматриваться оказывающей помощь стороной на конкурсной основе.

Такой подход, основанный на реальных потребностях, будет иметь несколько преимуществ. Инициатива, ответственность и отчетность станут заботой местного населения, а не чиновников, находящихся за тысячи миль от места событий. Программы будут составляться в соответствии с местными условиями, что, скорее всего, приведет к более эффективным реформам. Новые идеи и способы действия, исходящие от местного населения, будут приниматься с большей охотой, чем идеи, навязываемые внешними источниками. Прямое финансирование ряда проектов снизит необходимость большого штата сотрудников как в стране-доноре, так и в стране-реципиенте43. Сокращение числа посредников и целевые проекты делают более вероятным попадание помощи по назначению. Финансирование на конкурсной основе поможет избежать коррупции и дурного менеджмента; организации и группы, использовавшие помощь не по назначению, больше ее не получат(44).

Более эффективное использование помощи даст странам-донорам новый стимул для увеличения фондов развития. Расходы США на международную помощь до сих пор были относительно низкими и составляли около 0,1 % ВНП. В среднем одна африканская страна получала от США около 20 миллионов долларов в год (для сравнения, один реактивный военный самолет обходится США в 30 миллионов долларов). Если пересчитать эту сумму на душу населения, каждый американец вносит ежегодно 29 долларов на гуманитарную помощь, в то время как жители других промышленно развитых стран тратят около 70 долларов в год. В марте 2002 года администрация Буша объявила, что планирует увеличить ежегодные расходы на международную помощь с 10 миллиардов долларов до 15 миллиардов долларов к 2006 году. Это весьма значительное увеличение; тем не менее здесь американцы по-прежнему отстают от других наций(45).

Вслед за предоставлением помощи необходимо развивать торговые связи, чтобы обеспечить стабильную основу длительного развития. США и другие богатые страны должны устранить экономические барьеры на пути развивающихся стран. Это вряд ли будет иметь заметные последствия для развитой экономики, но может значительно стимулировать рост экспорта в странах Третьего мира. Прибыль от открытия рынков Севера в абсолютном выражении значительно превзойдет выгоды прямой экономической помощи. Как заметил один экономист: «Развитые страны сохраняют наиболее высокие торговые ограничения в тех областях (например, сельском хозяйстве), где бедные страны имели бы наилучший шанс выбраться из нищеты собственными силами»(46).

США также следует увеличить использование предпринимательских фондов – инвестиционных фондов под управлением советов директоров, подотчетных Конгрессу США. Эти фонды уже доказали свою эффективность в поддержке малого бизнеса в Центральной Европе. Сотрудничество между организациями-донорами и частными компаниями должно использоваться для расширения частного сектора в странах с развивающейся экономикой. Это необходимо и для обучения менеджменту, и для создания среднего класса, заинтересованного в стабильной экономике и хорошем управлении. Влиятельный местный электорат, а не давление со стороны международного сообщества – вот что крайне необходимо для ускорения экономических и политических реформ.

Политическая компетентность – последнее, что необходимо Югу, чтобы преодолеть всеохватывающую бедность. Экономисты обнаружили четкую связь между компетентным управлением и возможностью стимулировать рост посредством экономической помощи(47). И наоборот, плохое управление и несогласованное руководство всегда стояли на пути развития, даже в странах с образованным населением и огромными природными ресурсами, таких как Бразилия, Аргентина и Россия. В Африке и Южной Азии цена дурного управления еще выше, так как здесь решения властей влияют не просто на уровень жизни, но на жизнеспособность государства и на обеспечение основных потребностей. Как отмечает Ланкастер: «Там, где экономическое развитие загнано в угол политикой государства, неэффективными и коррумпированными общественными институтами, политическими репрессиями и нестабильностью в обществе, иностранная помощь вряд ли принесет выгоду и значительно изменит ситуацию»(48). Многие африканские правительства, например, продолжают применять высокие таможенные пошлины для пополнения бюджета, хотя эти пошлины существенно замедляют развитие торговли и экономический рост.

В какой-то степени политическая реформа может происходить сверху вниз, через совместные усилия местных лидеров, давление со стороны международного сообщества и создание «класса» хорошо обученных технократов. Но поскольку должностные лица зачастую неохотно отходят от сложившейся линии поведения и рискуют потерять привилегии, предоставляемые должностью, реформа также должна идти снизу вверх. Одна из наиболее показательных политических и экономических реформ недавнего прошлого началась именно на уровне рядовых членов общества. В России местные власти и предприниматели взяли на себя лидирующую роль в продвижении демократических рыночных реформ – несмотря на сопротивление со стороны Кремля(49). Бурный рост независимых организаций, приверженных гражданскому обществу, сыграл важную роль в переходе к демократии в Центральной Европе. Международное сообщество, поощряя институциональные реформы в национальных столицах, одновременно должно предоставлять адресную помощь организациям на местах, поддерживать проекты широкого общественного участия и содействовать увеличению гражданской активности населения.

Важные сами по себе, эти усилия окажутся полезными и с точки зрения противодействия исламскому экстремизму. Например, создание местных начальных школ не только ускоряет экономический прогресс и социальную мобильность, но и сдерживает религиозный экстремизм. Многие пакистанские Дети посещают медресе – школы, где занятия проводят священники-фундаменталисты, – потому, что У них нет возможности обучаться в иной школе. Инвестиции в начальное образование, таким образом, являются инвестициями в развитие плюрализма и религиозной терпимости.

Связь между образованием и плюрализмом ведет к более широкому контексту, к вопросу о взаимоотношении ислама и политической модернизации. После сентября 2001 года многие комментаторы предполагали, что рост экстремизма вызвал ислам как та ковой и что именно он ответствен за «неспешность» политического и экономического развития на Ближнем Востоке50. На самом деле все наоборот. Именно слабые политические и экономические институты привели к росту исламского фундаментализма. Религиозный абсолютизм и насилие, часто его сопровождающее, в меньшей степени присущи иудео-христианскому социуму во многом потому, что этот социум прошел через Реформацию, эпоху Просвещения, научную и индустриальную революцию и торжество демократии – иными словами, через исторические этапы, отделившие церковь от государства и снизившие влияние религии на политическую жизнь. Экономическое и политическое развитие в Южной Азии, на Ближнем Востоке и в Африке может оказать соответствующее либерально-сдерживающее воздействие и на ислам.