Седьмое правило волшебника, или Столпы Творения - Гудкайнд Терри - Страница 93

Глава 42

Обу разбудили шаги, раздавшиеся из-за двери. Он открыл глаза, но не пошевелился и не издал ни од–ного звука. Преступники сгрудились возле двери.

Когда шаги зазвучали громче, четверо отодвинулись назад, пятый остался наблю–дать за коридором. Он встал на носки, схва–тился за прутья и прижался к ним лицом. Оба слышал, как вдалеке лязгают и скрипят две–ри. Заключенный у двери некоторое время стоял неподвижно, затем внезапно отступил.

– Они идут сюда, – прошептал он. Все пятеро столпились у дальней стены камеры и начали перешептываться.

– Но ведь там морд-сит, – прошептал один.

– Плевать, – сказал другой. – Я кое-что знаю о них. Их магия предназначена, чтобы ловить людей с даром. Они защище–ны от магии, а не от мускулов.

– Но их оружие действует на нас, – сказал первый.

– Да мы просто скрутим ее и отберем оружие, – убежденно ответил второй. – Нас пятеро. И мы сильнее.

– Но что, если…

– А ты представляешь, что они с нами сделают? – зло прошептал третий. – Если мы не используем этот шанс, нам конец. Другого шанса уже не будет. Думаю, вы все это понимаете.

Остальные кивнули, соглашаясь. Преступники выпрямились и разошлись по разным углам камеры, притворяясь, что им не о чем разговаривать друг с другом. Оба понял: они что-то замыш–ляют.

Один из заключенных глянул в дверное окошко и быстро отошел от двери.

Другой толкнул ногой Обу:

– Они вернулись. Просыпайся. Ты слышишь? Оба застонал, притворяясь спящим. Преступник снова пнул его ногой:

– Ты просил разбудить, когда они вернутся. Просыпайся.

Оба потянулся и зевнул, притворяясь, будто только что про–снулся. Все заключенные смотрели на Обу, кроме того, что уже увидел в его глазах больше, чем хотел. Они приняли небрежные позы и изо всех сил старались выглядеть равнодушными.

В коридоре разговаривали двое. Оба не мог разобрать слов, но по тону можно было сказать, что разговор исключительно де–ловой. Шаги замолкли прямо за дверью. Заключенные бросали на нее быстрые взгляды. Снаружи стражник закряхтел от нату–ги, поворачивая запор. Дверь заскрипела, поддаваясь, и впусти–ла свет.

Оба с изумлением увидел в дверном проеме силуэт жен–щины.

Снаружи высокий стражник зажег от свечки лампу на сте–не. Женщина спокойно стояла в двери. Стражник внес лампу в камеру и повесил ее на стену сбоку. Лампа бросила свет на лица заключенных и непроницаемые стены из грубо отесан–ного камня.

Оба увидел, как злобно и отвратительно выглядят заключен–ные. Их плутовские обезьяньи глазки следили за женщиной.

В тусклом свете лампы Оба увидел, что та одета совершенно невероятным образом – в плотно облегающую тело красную кожу. Женщина была высокой, с красивой фигурой, с распу–щенными светлыми волосами. С запястья ее что-то свисало на тонкой цепочке. Оба заметил это, когда женщина положила руку на бедро. Ростом она была не выше заключенных, но излучала такую уверенность, что казалось, будто она возвышается, как башня, как грозный судья, который пришел, чтобы судить все живое в последние часы его жизни.

Она сурово хмурилась. Оба никогда не видел такого выра–жения лица даже у своей матери.

Но еще больше Оба был поражен тем, что она тут же отпус–тила стражника. Однако самого стражника это ничуть не удиви–ло. Тот посмотрел на заключенных долгим взглядом, потом толк–нул тяжелую дверь, закрыл ее и запер. Оба слышал, как его шаги застучали по каменному полу, удаляясь.

Женщина холодно изучала мужчин – одного за другим, оце–нивая каждого, отбрасывая каждого, пока не добралась до Обы. Проницательный взгляд изучил и его.

– Милостивые духи… – прошептала она, увидев его глаза.

Глаза.

Оба ухмыльнулся. Она уразумела, что он говорил правду. Она по его глазам увидела, что он – сын Даркена Рала.

Глаза.

Внезапно понимание скользнуло в его мозг. Как клинок в ножны…

Но тут, взревев по-звериному, пятеро заключенных прыгну–ли на нее. Оба ожидал, что женщина закричит от испуга или позовет на помощь. Но она осталась на месте и спокойно встре–тила атаку.

Оба увидел, как предмет, висевший на запястье, прямо-таки прыгнул в ее руку. Это было что-то вроде красного жезла. Когда к ней приблизился первый преступник, она сильным ударом в грудь отбросила его назад. Тип с глухим звуком, как куль, упал на каменный пол.

Мгновением позже на нее набросились остальные – со всех сторон, дико размахивая кулаками. Женщина отступила в сто–рону, без усилий избежав ловушки. А когда мужчины предпри–няли новую атаку, она, двигаясь с уверенной грацией, методич–но и с невероятной яростью ответила каждому по очереди.

Не поворачиваясь, она ударила локтем в лицо ближайшего противника, пытавшегося схватить ее сзади. Оба услышал гром–кий хруст, голова преступника откинулась назад, стену оросила струя крови.

Третий получил легкий тычок в шею красным жезлом. И тут же скрючился, держась за горло и пытаясь что-то выкрикнуть.

Но изо рта его хлынула кровь, и он распростерся на полу, изви–ваясь, как та змея, на болоте. Уклонившись от очередного удара, женщина успела впечатать каблук сапога прямо ему в лицо, пос–ле чего он перестал дергаться. А она, развернувшись, нанесла три быстрых удара по шее четвертому. Его глаза закатились, и он начал медленно оседать на пол. Но она ударила его по ногам, и он упал лицом вперед, с тошнотворным хрустом въехав лбом в камень.

За экономными движениями женщины в красном, за ее лов–кими нырками и быстрыми и жестокими контратаками было приятно наблюдать.

Последний бросился на нее всем своим телом. Она развер–нулась и мощно встретила его ногой в лицо, так что он завертел–ся, как волчок. Затем она схватила его за волосы, ударила лицом о его же колено и легонько стукнула красным жезлом по спине.

Последним оказался кривозубый.

Такого крика Оба не слышал никогда в жизни. Он был вос–хищен умением женщины причинять боль. Она держала криво-зубого за волосы, а тот, стоя перед нею на коленях, вопил, безус–пешно пытаясь вырваться из ее рук.

Потом она спокойно посмотрела прямо в глаза Обе и прижа–ла красный жезл к основанию черепа кривозубого. Руки пре–ступника нелепо дернулись, а тело содрогнулось так, словно он был поражен молнией. Потом кривозубый обмяк, из ушей его побежала кровь.

Женщина отпустила его волосы и позволила упасть на пол. По тому, как мягко шлепнулось тело, Оба понял, что человек уже мертв.

Все было кончено. Всю камеру заляпала кровь. Заключен–ные лежали на полу, растянувшись в странных позах. А у жен–щины в красной коже даже дыхание не участилось.

Она подошла ближе:

– Мне жаль тебя разочаровывать, но ты так легко не сбе–жишь.

Оба улыбнулся. Она хотела его.

Он приблизился к ней и схватил за левую грудь.

С гневной гримасой она приставила странный красный жезл к его плечу рядом с шеей. 

Второй рукой Оба схватил ее за правую грудь и крепко сжал, продолжая улыбаться.

– Как ты смеешь… – она умолкла, и на ее лице появилось выражение какого-то глубокого понимания.

Обе понравилась ее грудь. Такую приятную он раньше не тискал. Она была необычной женщиной. И у Обы было чувство, что он узнает с нею много нового.

Ее кулак вынырнул из ниоткуда с бешеной скоростью.

Оба поймал его своей ладонью. Плотно сомкнул вокруг ее запястья пальцы, сжимая все сильнее, и развернул женщину так, что ее спина изогнулась, и она прижалась к нему плечами. Тогда она ударила его локтем в живот, но Оба ждал этого. Он схватил ее за локоть, вывернул его за спину и схватил той же рукой, ко–торой держал запястье.

Теперь свободной рукой он мог сполна наслаждаться ее вос–хитительными формами. Ладонью он провел по ее животу, пы–таясь проникнуть под кожаную одежду. Женщина извивалась изо всей силы, пытаясь освободиться. Она знала, как можно ис–пользовать метод рычага, чтобы вырваться из объятий против–ника, но силы для этого у нее оказалось недостаточно. И Оба скользнул пальцами под кожаные брюки, почувствовав ее глад–кую кожу.