Девятое кольцо, или Пестрая книга Арды - Аллор Ира - Страница 112

112

– Вот и разбирайтесь между собой, кому первому есть!

Сознание не исчезало – Ирмо чувствовал, что сущности, во власть которой он швырнул себя, он нужен с полной, ясной памятью, ибо горькие воспоминания – ее пища, и долго способна играть она с жертвой, извлекая все самое гнусное и злое, что есть в каждом, что накопилось в любой душе… Вот и пусть теребит, лучше эта пытка, чем стать радостным инструментом…

Он сливался с Бездной, почувствовав в какой-то миг, как дрогнуло что-то там, вне склизкого кошмара, как дохнуло удивлением и отвращением…

– Что это?! – В бесконечно далеком голосе, явно принадлежащем Единому, послышался страх. – Откуда – это – здесь?! Сгинь! – плеснуло по стылой гнили яростным огнем.

– Побудь здесь, поразмысли… – донеслось из темноты, и словно тысячи стальных нитей опутали Ирмо, подвесив в Ничто. Что-то липко и жгуче касалось его, какие-то голоса нашептывали полузабытое, страшное, постыдное…

* * *

Айо, болтавший со Златооким и Аллором, увидел краем глаза, как Ирмо поднялся и направился в глубь Сада. Вскочил было, чтобы проводить, но услышал в ответ – мол, ничего страшного, просто элда какой-то в грустях забрел, – и успокоился. Впрочем, ненадолго – беспокойство вскоре вновь завладело им: что-то было не так, и пришедшее от Ирмо ощущение безмятежного любования, словно наслаждался Мастер Грез в уединении красотой и прелестью Сада, не успокоило майа. Как-то обманчиво мирно все было. Сидеть спокойно он больше не мог и, улыбнувшись друзьям, откланялся, направляясь в ту сторону, куда около четверти часа назад отправился Ирмо.

Вдруг ему настолько ясна стала причина смутного беспокойства, что он даже остановился. Он не чувствовал Ирмо! Почти. А ведь всегда мог с точностью сказать, где находится сотворивший, увидеть даже. А тут – тень былого присутствия. Он кинулся по смутному следу – нет, видимых следов Мастер Грез не оставлял, но контуры сущности таяли не сразу, – и быстро углубился в Сад.

Внезапно он как на стену наткнулся на что-то невыразимо жуткое. След Ирмо вел туда, но Айо просто не мог заставить себя пойти дальше. Он не сразу вспомнил, что это: память заботливо постаралась закрыть ужасное воспоминание, как тело окружает слоем тканей засевший в нем инородный предмет. Откуда это снова здесь?

– Ирмо! – отчаянно позвал Айо.

Тишина. А потом послышался зов, не зов даже, а полузадушенный стон или шепот:

– Уходи… Здесь опасно… Очень…

Не размышляя больше, Айо бросился вперед.

* * *

Ирмо висел в Ничто, словно растянутый на дыбе, между впившейся в душу, оплетя ее железными холодными щупальцами, всепожирающей Бездной, и огненными клещами Извечного Пламени, пытающимися дотянуться до гудящих висков…

Казалось, сознание больше не принадлежало ему, оно дробилось, терялась связность событий, воспоминания сталкивались, как льдины, крошась и разлетаясь. Он слабо помнил, кто он, – от вспышки до вспышки, когда былое впивалось в него с новой силой, и острые, режущие края очередных видений снова ранили память, а чувства сочились сквозь разрезы, падая в ничто, как редкий дождь над пустыней.

Он утратил чувство времени. Изредка осознавая, кто он, где он и – даже – почему он там очутился, находил силы усмехнуться, чувствуя и представляя, как кружат друг вокруг друга, порой застывая – глаза в глаза, над его останками мощные хищники…

* * *

Манвэ, краем глаза увидев уходящего Айо, забеспокоился – Ирмо не было тоже, хотя никакого подвоха Владыка пока не чуял. Не мешало бы узнать, что случилось. Собравшись было нагнать мыслью Айо, он услышал нечто, похожее на зов и на крик, тонкий, слабо вибрирующий отголосок, полный отчаяния и страха. Предупреждение. Значит, опять? Здесь?! Ну конечно, что можно еще предпринять, пока все находятся в Садах Грез, о чем можно попросить Ирмо… Попросить?! Кажется, допросился… Манвэ подскочил, как ужаленный. Все воззрились на Короля.

– Не расходитесь, я скоро вернусь. Варда, проследи – насколько сможешь. – Он помедлил. – Мелькор, пойдем со мной.

Черный Вала уже стоял рядом:

– Само собой. Один ты не пойдешь.

– Я с вами, – поднялась с травы Эстэ.

Более ничего не объясняя, они скрылись за деревьями. Эстэ скользила на шаг впереди.

Внезапно Аллор застыл, с лица сползла улыбка, он покачнулся.

– Там… – прошептал он. – Там – Бездна. Я чувствую ее присутствие. Надо предупредить их! – Собравшись с силами, он бросился вдогонку за Валар. Эльдин помчалась за ним.

Нагнав Манвэ и Мелькора, майа коснулся плеча Короля:

– Будьте осторожны: там не только Единый. Там Бездна. А тебя, Манвэ, она запомнила…

– Ну так, значит, признает! – оскалился тот, не снижая скорости. Покосился по-волчьи, не оборачиваясь, на недомайа – только блеснули, опалив, синеватые молнии. – Ты бы не лез, сам – меченый!

– Зато знаю, что это. И вообще, я же ученик Ирмо… – Он тряхнул головой, потом резко указал в сторону: – Вон Айо. Уж он-то Ирмо где угодно разыщет!

Братья повернулись туда, куда смотрел нуменорец, и понеслись в указанном направлении.

Выскочив на заросшую фиолетовыми папоротниками поляну, они на мгновение замерли, ошеломленные увиденным: видимым и невидимым…

* * *

– Что ты сделал? – раздался в глубокой дали голос Единого. – Откуда ты эту гадину призвал?!

Острые огненные лучи тянулись к Ирмо, выжигая мглу. Та же, податливо расступаясь, затягивала и их, и свою жертву все глубже.

– Откуда это?! Кто притащил это сюда?! Жгучие лучи рывком дотянулись до Ирмо, пронзив виски, выискивая ответ. Еще один, раскаленной змеей обвивая полубессознательную сущность, потянул ее к себе. Липкая мгла захлестнула и луч, и то, что осталось от Валы, и потащила во мрак. Ирмо было почти все равно, но страх возник при мысли, что Единый, коснувшись сознания, разузнал многое о том, кто нес Бездну в себе.

– Вернись немедленно! – взывал голос, расплескиваясь отблесками пламени в стылой мути, лишь колыхнувшейся лениво в ответ. – Ты с ума сошел, предпочтя исцелению – это! Оно поглотит тебя!

– Зато некому будет превращать Валар в слепые инструменты! – прошептал, на мгновение придя в сознание, Ирмо и попытался усмехнуться.

– Ты сошел с ума!

Огненный ветер, изредка дотягиваясь до него, ворошил память, пытаясь извлечь все новые события и образы…

* * *

Айо, очутившись на папоротниковой поляне, не сразу разглядел лежащего в густой траве Ирмо. Увидев же, бросился рядом на колени, приподнял голову Валы, вгляделся в полупрозрачное лицо. В широко открытых, остекленевших глазах с вытеснившим радужку зрачком тяжело плескалась вязкая муть, изредка вспарываемая огненными лезвиями.

Воздух сжимался, спекаясь в яростном пламени схватки двух воль, грозя расплющить. Айо сжался, обхватив руками сотворившего, не зная, как вытащить его из этого кошмара.

Зачем Ирмо призвал Бездну? От кого он бежал туда – а зачем еще она ему сдалась? Излишний вопрос. Но не может, не должно так быть! Нельзя быть – без него, сотворившего, Учителя…

– Вернись! – Крик завяз в плотном, густом воздухе. Надо нащупать душу, вцепиться, не выпустить… Какая вязкая, липкая тишина… Неужели оставил – навсегда? Неужели нельзя – иначе?

– Вернись, отец!!! – Когда-то он уже назвал Валу – так…

* * *

Он видел казнь. Он уже умер – с каждым из них. А теперь была его очередь. Айо впился глазами в слабо вздрагивавшую, почти закатившуюся звезду над горизонтом. Его плеч коснулись невесомо-легкие пальцы – Ирмо.

– Не надо, не уходи… – Вала прятал глаза.

– Не могу: я уже мертв – вместе с ними. Я остался один. Мне надо спешить – пока не погасла звезда. Я уйду с ней, я смогу – отпусти меня, пожалуйста…

Майа поднял на сотворившего глаза с тускнеющим в них лунным светом.

– Да, конечно, как скажешь… – Горькая, отрешенная покорность в голосе Повелителя Снов. – Нет! Не могу! – Яростная вспышка, полыхание невыносимой боли. – Не могу – так… Как же все… без тебя…