Девятое кольцо, или Пестрая книга Арды - Аллор Ира - Страница 115

– А кого-нибудь? – хихикнула Эльдин.

– Потом сами ловить будете! – Мелиан, отвернувшись, принялась подвязывать ветку.

Майар шли к дому Мелиан, когда перед Аллором вырос столб яркого пламени.

«Ну все, конец… – подумалось нуменорцу, – сейчас начнется… Только бы Манвэ не учуял, хватит ему…» – Последняя мысль как-то сама собой влезла в голову, и Аллор постарался спрятать ее подальше. Эльдин, побледнев, стиснула его руку – придумать что-то глупее бегства или попытки дотянуться до оставшихся па поляне было затруднительно.

«Будь что будет», – подумали они друг другу и застыли, приготовившись внимать. Долго ждать им не пришлось.

– Слушай, ты, недомайа! – колоколом отдалось в голове нуменорца. Эльдин недоуменно покосилась на Аллора – значит, Единый снизошел лишь до разговора с ним. «И к лучшему», – подумал майа.

– Я весь внимание, о Творец Мира Сущего! – церемонно склонился он, настроившись на почтительно-смиренный лад.

– Так вот ты каков, посеявший смуту! – В гневном голосе Творца, однако же, мелькнули удовлетворенные нотки – видимо, тон обращения Ему пришелся по вкусу.

Аллор смиренно молчал.

– Как ты посмел лезть не в свое дело, нарушая предопределенное и изреченное?!

– Так вышло – я не собирался оспаривать Твой приговор, где уж мне…

– Но ты связался с Мятежником!!!

– Просто разговорились. Личность, которую Ты наделил столь многими дарами, не может быть неинтересной…

– Это уже не имеет значения. Он – Враг, нарушивший благой Замысел! Он – разрушитель, и поныне представляющий угрозу для Арды!

– Да не в том он состоянии был, чтобы что-то разрушать: Тебе ли не знать, как ему досталось.

– Враг не заслуживает жалости!

– И не надо: жалость порой унижает!

– Он заслужил это!

– Что? Жалость или унижение?

– Ты что, смеешься?!

– Ни в коем случае! – сложил руки на груди Аллор.

– То-то же – только попробуй! Нашелся заступник! Вот увидишь, какова будет его благодарность: захватит власть в Валиноре и разрушит Арду.

– Зачем разрушать то, чем собираешься повелевать? Не дурака же Ты творил, в самом деле. А если, глядя на Манвэ, ему все еще захочется властвовать, то он, пожалуй, Враг самому себе.

– Вот еще! Все так или иначе стремятся к власти.

– Не думаю, – покачал головой Аллор. – Править – дело хлопотное, тяжкое и неблагодарное. Надо очень всех любить, чтобы согласиться взвалить это на себя…

– И откуда ты такой умный в Валиноре взялся? Кто тебя такого сотворил?

– Я не сотворенный. Просто потомок Мелиан.

– Ах, вот как…

– Ты же сам благословил брак Берена и Лютиэни, дочери Мелиан. А я – из рода Элроса, их правнука, первого короля Нуменорэ.

– Нуменорэ… – Аллору показалось, что голос Эру чуть дрогнул. – И после всего, что твой народ претерпел от Саурона, ты сочувствуешь Мелькору?!

– Так не он же Нуменорэ разрушил… – проговорил Аллор, стараясь, чтобы это прозвучало не слишком резко.

Но голос Эру обрел прежнюю твердость:

– Нуменор превратился в рассадник зла, он стал язвой на теле Арды!

– Родину не выбирают, – не без раздражения процедил Аллор. – К тому же не все тогда обратились к Тьме, а выжили немногие даже из Верных – так называли себя те, кто верил Валар и Тебе…

– Когда вершится великое, без жертв не обходится.

– Память не соотносится с рамками полезности и необходимости.

– Что же в отношении Врагов она у тебя столь коротка?

– Мелькор мне лично ничего плохого не сделал. А Гортхауэр… Я ему уже отомстил.

– Отомстил?!

– Помог уничтожить его силу.

– За что же? Ты же, кажется, служил ему.

– Именно: служил, – отрезал Аллор. – Впрочем, там еще были причины – личного свойства.

– Вот как? Может, скажешь? Я желаю знать.

– К чему Тебе житейская история жалкого недомайа? – пожал плечами Аллор.

– Я задал вопрос!

– Ну если желаешь… Просто Саурон лишил меня свободы и убил мою возлюбленную, а я помог Светлым лишить его средоточия силы и разрушить Мордор.

– Ну-ну… А как ты здесь очутился, да еще и майа стал?

– Это то, что от меня после всего осталось, – тоном, не допускающим дальнейших расспросов, отчеканил Аллор.

– И кому ты служишь? – спросил Эру после краткой паузы.

– Я не служу – я помогаю. По мере сил и способностей. В основном – Ирмо. И вообще больше с Феантури общаюсь.

– А еще с кем?

– С Манвэ.

– И ему служишь?

– Дружу.

– И как ты мог, полагая себя другом Манвэ, связаться с Морготом?

– Они же очень похожи. Любя одного, невозможно не испытывать теплых чувств и к другому.

– Да уж, один другого стоит! – проворчал Эру и вновь возвысил голос: – И оба понесут наказание за свое буйство, и гордыня их еще будет унижена!

– Много ты добился – унижением!

– Ты Мне будешь указывать?!

– Я не настолько самоуверен или наивен, чтобы такое себе позволить.

– Зато изворотлив. При этом не отличаешь добро от зла.

– Но красивое не путаю с уродливым.

– И в деяниях Мелькора красоту углядел?

– Да, хотя и иную.

– Есть еще и иные понятия, по коим можно судить о явлении. Его, как ты изволил выразиться, красота несет зло.

– Но сейчас он вообще ничего не делает.

– Совсем ничего – только подстрекает к бунту.

– Да где ему – еще в себя не пришел. И он на глазах у Валар…

– Один раз они уже поверили ему – и упустили.

– Теперь, наверное, не оплошают. Но от войн устают все. Недаром к Ирмо весь Валинор за помощью бегает.

– Ему бы самому исцеление не помешало.

– Смотря какое…

– Такое, чтоб наставило его на путь истинный. Его – и остальных. А то они все как с цепы сорвались.

– Ты сказал. Они просто устали терять. Ведь Ты вложил в них способность любить? И неразрывная связь, полагаю, Замыслом предусматривалась…

– Вот и исцелились бы от излишних волнений.

– Так исцелятся – если хоть ненадолго оставить их в покое! – не выдержал Аллор.

– Ах вот ты как?! И пусть Враг делает все, что хочет?!

– Да ему бы со своими сотворенными разобраться!

– Ему и их-то не положено было создавать! Правильно тогда отобрал…

– Наоборот: уж если собрался его карать, то лучше бы заставил еще парочку сотворить – тогда ему бы только и осталось, что с ними разбираться!

Видимо, Аллор произнес это вслух, потому что Эльдин тут же встряла:

– И женить – тут бы его бунт и заглох на корню – ему бы уже ни до чего было!

– Куда ему четверых? – не обращая внимания на вклинившуюся в беседу майэ, чуть ли не растерянно проговорил Эру. – Они бы такое натворили!

– Ну не знаю… Вижу лишь, как Мелькору все время приходится Гортхауэра с Курумо разнимать, чтобы не цапались…

– Забавные вещи говоришь…

– Да уж есть что порассказать. Только вот, боюсь, хватятся нас, опять шум будет… Может, как-то встретиться можно? Мог бы Ты снизойти до встречи с нами? Когда никого рядом не будет…

– Не слишком ли много чести тебе, недомайа?

– Ну что Ты, это лишь если Тебе что-то занятным в нашей беседе показалось. Просто не хотелось бы, чтобы из-за нас разыгралась очередная свара.

– Занятно излагаешь…

– С удовольствием расскажу все как можно полнее и подробнее.

– Что же… Я подумаю над твоим приглашением, недомайа. Может, и снизойду.

– Так мы ждать будем. Когда? Завтра?

– Ну, допустим, завтра…

– Благодарим за милость.

– Что же, Я найду вас.

Майа показалось, что воздух вокруг стал реже, словно исчез охвативший его незримый кокон. Слепящий свет потускнел, и глазам вновь предстал мягкий полумрак Лориэна. Усталость резко навалилась на нуменорца, словно он весь день камни таскал, и Аллор опустился на траву. Эльдин тут же очутилась рядом и, обняв его, уткнулась носом в плечо.

– Он… ушел? – прошептала она минуту спустя.

– Ну вроде бы… – несколько вымученно улыбнулся недомайа, запустив пальцы в бронзовую шевелюру подруги. Та прижалась к нему еще крепче.