Тройка без тройки - Другов Вс. - Страница 20

— Раза два и я ударил, — робко признается мальчик, не зная еще плохо это или хорошо.

— Ты не бил, а бодал мяч. Ударил его теменем, не видя его. А когда ударил, совсем потерял из виду.

И, согнувшись по-козлиному, Ипполит показывает, как Андрюша бил головой. Все смеются, а больше всех сам Андрюша.

— А вы учили анатомию? — спрашивает Ипполит.

— Не все еще, — заявляет Виктор.

— Не о тебе речь, — одергивает его Вася. — Конечно, учили.

— А если учили, то должны знать вот что. Самые крепкие места на черепе — это лобные бугры. И когда бьешь лбом, получается очень правильный удар. И совсем не больно при этом. А потом, что еще очень важно. Вы всегда можете проконтролировать такой удар зрением. Ведь когда бьешь лбом, — видишь мяч. Вот посмотрите.

Ипполит берет в руки мяч и намеревается сделать удар головою. Его останавливает Тихон Максимович:

— Подождите, молодой человек. Мяч у них не очень чистый. Так сказать, не первой свежести.

— Можете не показывать, нам это понятно, — находит выход из положения Саша.

— Тебе потому понятно, что ты играешь вратарем и головой бить тебе не приходится. А ты лучше отвечай мне, видел ли ты когда-нибудь настоящих вратарей?

— Конечно, видел.

— Плохо смотрел. Они никогда зря не падают. Всеми силами стараются устоять на ногах. Падают в крайних случаях, когда иначе взять мяч нельзя.

— А наш вратарь падает, когда надо и не надо, — пренебрежительно говорит Валя.

— Рисуется, — кратко определяет Вася. И тут же, приняв очень деловой вид, обращается к Ипполиту: — А если так разобраться, откуда мы можем все это знать? Никто нам ничего такого не говорил. Вы — первый.

— До вас никто ничего не говорил, — повторяет Виктор. — Вы — первый.

Вася делает головой знак Пете и Коле. Все трое отходят в сторону, о чем-то недолго шепчутся, потом возвращаются к товарищам. Вася отстраняет рукой Виктора, стоящего перед Ипполитом, и сам становится на его место.

— Я не о себе прошу, — произносит он торжественно. — Ребята знают, что не о себе. И почему не о себе — тоже знают. Но нам хотелось бы, чтобы вы почаще к нам приходили.

— Возьмите шефство над нами, — просит Петя, но тут же, указывая на ребят, поправляется: — Над ними.

Коля тоже просит:

— А то совсем порядка нет у нас. И тоже сейчас же поправляется:

— У них, то есть.

Ипполит внимательно смотрит на стоящих перед ним друзей, потом переводит взгляд на остальных мальчиков: «Что ответить им? Вот этому, в теплой фуфайке? В его глазах без всякого труда можно прочесть, как ему хочется стать хорошим футболистом. Или вратарю, заткнувшему за пояс огромные свои перчатки? Или вон тому, в веснушках, кажется, Андрюше? Что скажешь Вале, на которого все нападают только за то, что он очень старается как можно лучше сыграть? Что ответить этим трем, которые просят не о себе, а о своих товарищах? И что скажешь главарю этой тройки, который, геройски выпятив грудь, выступает от имени всего коллектива?..

Отказать? Как откажешь таким вот?.. Сказать: подождите, мол, ребята, месяц-другой и к вам прийдет Гаврилов — то же, что отказать. Согласиться?.. Легко сказать — согласиться, когда тебе и тренер и секретарь комсомольской организации говорят — нет у тебя опыта, подхода, навыков…».

— Как вам сказать, ребята, — медленно, с расстановками произносит Ипполит: — Дело такое… Знаю, нужно помочь вам… Но не могу я… И времени нет… И вообще, знаете…

Из подъезда дома выбегает Наташа. На ней белый с голубыми цветочками фартучек, через плечо переброшено посудное полотенце. Взглянешь, и сразу станет понятно: только на минутку оторвалась от хозяйственных забот эта верная мамина помощница!

— Ну как, — кричит она еще на ходу, — хорошо зашили мяч?! А где иголки? Смотрите, если потеряли, мне от мамы так достанется!

— Нужны нам твои иголки, — сердито говорит Вася и приказывает Виктору: — Отдай ей ее добро.

Виктор берет со скамейки две иглы и передает их девочке:

— Вот, Наташа, твои иголки. А ниток не осталось.

Наташа берет иголки, потом оглядывает всех мальчиков и удивленно спрашивает:

— Что случилось? Отчего вы все такие расстроенные?

— Все равно, нам не поможешь, — говорит Петя. — Просим товарища, чтобы ходил к нам почаще, чтобы рассказал нам, как…

Наташа дальше не слушает, о чем еще просили мальчики, какие они приводили доводы, как уговаривали. Обращаясь к Ипполиту, она говорит:

— Вы, конечно, не знаете Машу Александрову. Есть у нас в классе такая девочка. Тихоня страшная! И вдруг стала получать двойки по алгебре. Тогда первая наша ученица Женя Морозова — вы ее тоже не знаете — взялась помогать Маше, и через месяц Маша уже получила пятерку.

Наташа переводит дыхание и заканчивает:

— Вы, правда, не школьник. Но в жизни надо всегда помогать друг другу! Особенно, если знаешь больше, чем товарищи.

— А если я не так много знаю? — пробует отшутиться Ипполит. — Если я…

Но ему не дают договорить:

— Мы вас очень, очень просим!

— Мы будем вас во всем слушаться!

— Займитесь с нами!..

Ипполит закрывает уши руками и пытается вырваться из толпы мальчиков. Но сделать это невозможно: кольцо ребят еще плотнее смыкается вокруг него. И тогда он кричит:

— Хорошо! Только не шумите так!

Сразу наступает тишина. Ипполит отнимает руку от ушей и уже спокойно говорит:

— Хорошо. Займусь с вами. Но давайте сразу договоримся. Прежде всего — дисциплина полнейшая. Твердый распорядок дня. Словом — режим. А потом — насчет школы. Никаких двоек! Уроки прежде всего. Сначала за книжки, потом — футбол.

— Мы все будем делать, как вы скажете, — говорит Андрюша.

— И режим заведем, — заявляет Саша.

Вася снова шепчет что-то Коле и Пете, потом произносит:

— Мы хотя сейчас и не играем, но заявляем, что будем учиться так, чтобы не было у нас не только двоек, но и троек! У меня, Коли и Пети.

— Если будет тройка — исключите меня из команды! — самоотверженно восклицает Коля.

— Я и сам не приду играть, если у меня появится хотя бы одна тройка, — объявляет Петя.

— Словом, наша тройка будет теперь без троек! — подводит итог Вася.

Наташа вдруг хлопает в ладоши:

— Тройка без тройки! Тройка без тройки! Мы теперь так и будем вас называть — тройка без тройки!

Потом сразу становится серьезной и обращается к Коле:

— А насчет того, что вы сейчас не играете, это долго продолжаться не будет. Мы твою бабушку уговорим! Я уже придумала, как уговорить ее. У меня есть замечательный план. Я еще только посоветуюсь с Таней, и мы примемся за дело.

Виктор, которому не терпится как можно скорее приняться за освоение футбольных премудростей, просит Ипполита:

— А вы не могли бы сейчас показать нам, как надо бить левой ногой? И как бить правой?

Ипполит дружески похлопывает Виктора по плечу:

— Все покажу. Только не сегодня. Кстати, и левой и правой бьют одинаково.

И уже на ходу договаривается с провожающими его целой гурьбой мальчиками:

— В следующий раз я буду у вас в пятницу. В шесть часов, после конца смены. Значит, будем заниматься два раза в неделю — в среду и пятницу…

От ворот ребята возвращаются оживленные, радостные.

— Толковый человек, — говорит одобрительно Гриша.

— Мастер спорта, не меньше, — делает предположения Петя.

— А по-моему, это шофер, — вдруг заявляет Виктор. — Шоферы все хорошо играют в футбол. Санько всегда всех обыгрывает.

— В самом деле, мы даже не спросили, кто он такой, — укоризненно смотрит на товарищей Вася. — Даже не знаем, как его зовут… И никто не догадался спросить.

— Как же тут спросишь? — оправдывает себя и других мальчиков Коля. — Позвольте ваше имя, отчество и фамилию? И где живете? И сколько вам лет?

— Нет, все-таки интересно, кто бы это мог быть? — говорит Валя и задумывается.

С ним вместе молчат и остальные. Конечно, можно было бы и спросить. Не так уж обидно это было бы их гостю.