Искатель. 1969. Выпуск №5 - Константинов Лев Константинович "Корнешов" - Страница 43

43

Кэйт: Но, папочка, ведь капитан Пратт плыл вокруг мыса Горн, а капитан Смидертон обогнул мыс Доброй Надежды.

Дядя: Вот именно! Один двигался на запад, а другой на восток. Понятно, стрекотунья? И оба совершили кругосветное путешествие. Между прочим, доктор Даббл Л. Ди…

Я (поспешно): Капитан Пратт, приходите к нам завтра вечером, и вы, Смидертон, — расскажете о своих приключениях, сыграем партию в вист…

Пратт: В вист? Что вы, молодой человек! Вы забыли: завтра воскресенье. Как-нибудь в другой раз…

Кэйт: Ах, ну как можно? Бобби еще не совсем потерял рассудок. Воскресенье сегодня.

Дядя: Разумеется.

Пратт: Прошу у вас обоих прощения, но невозможно, чтобы я так ошибался. Я точно знаю, что завтра воскресенье, так как я…

Смидертон (с изумлением): Позвольте, что вы такое говорите? Разве не вчера было воскресенье?

Все: Вчера?! Да вы в своем ли уме?

Дядя: Говорю вам, воскресенье сегодня! Мне ли не знать?

Пратт: Да нет же! Завтра воскресенье.

Смидертон: Вы просто помешались все четверо. Я так же твердо знаю, что вчера было воскресенье, как и то, что сейчас я сижу на этом стуле.

Кэйт (вскакивая в возбуждении): Ах, я понимаю! Я все понимаю! Папочка, это вам перст судьбы — сами знаете в чем. Погодите, я сейчас все объясню. В действительности ото очень просто. Капитан Смидертон говорит, что воскресенье было вчера. И он прав. Кузен Бобби и мы с папочкой утверждаем, что сегодня воскресенье. И это тоже верно: мы правы. А капитан Пратт настаивает на том, что воскресенье будет завтра. Верно и это; он тоже прав. Мы все правы, и, стало быть, на одну неделю пришлось три воскресенья!

Смидертон (помолчав): А знаете, Пратт, Кэйт ведь правду говорит. Какие же мы с вами глупцы. Мистер Рамгаджен, все дело вот в чем. Земля, как вы знаете, имеет в окружности двадцать четыре тысячи миль. И этот шар земной вертится, поворачивается вокруг своей оси, совершая полный оборот протяженностью в двадцать четыре тысячи миль с запада на восток ровно за двадцать четыре часа. Вам понятно, мистер Рамгаджен?

Дядя: Да, да, конечно. Доктор Даб…

Смидертон (заглушая его): То есть, сэр, скорость его вращения — тысяча миль в час. Теперь предположим, что я переместился отсюда на тысячу миль к востоку. Понятно, что для меня восход солнца произойдет ровно на час раньше, чем здесь, в Лондоне. Я обгоню ваше время на один час. Продвинувшись в том же направлении еще на тысячу миль, я опережу ваш восход уже на два часа; еще тысяча миль — на три часа, и так далее, покуда я не возвращусь в эту же точку, проделав путь в двадцать четыре тысячи миль к востоку и тем самым опередив лондонский восход солнца ровно на двадцать четыре часа. Иначе говоря, я на целые сутки обгоню ваше время. Вы понимаете?

Дядя: Но Даббл Л. Ди…

Смидертон (очень громким голосом): Капитан же Пратт, напротив, отплыв на тысячу миль к западу, оказался на час позади, а проделав весь путь в двадцать четыре тысячи миль к западу, на сутки отстал от лондонского времени. Вот почему для меня воскресенье было вчера, для вас оно сегодня, а для Пратта наступит завтра. И главное, мистер Рамгаджен, мы все трое совершенно правы, ибо нет никаких философских резонов, почему бы кому-то одному из нас следовало отдать предпочтение.

Дядя: Ах ты черт, действительно… Ну, Кэйт, ну, Бобби, это в самом деле, как видно, перст судьбы. Я человек слова, это каждому известно. И потому ты можешь назвать ее своею (со всем, что за ней дается), когда пожелаешь. Обошли меня, клянусь душою! Три воскресенья подряд, а? Интересно, что скажет на это Даббл Л. Ди?

Перевела с английского И. БЕРНШТЕЙН