Новые приключения Незнайки: Снова на Луне - Карлов Борис - Страница 87

Гризль согласно закивал и захихикал.

– Они больше не настаивали на встрече с этими… космическими строителями?

– Даже ни разу не вспомнили, ваше сиятельство.

– Это хорошо. А найти их вообще-то удалось?

– Ищем, ваше сиятельство. Напомню вам, что, поскольку господин Бигль вплотную занят розысками банды Ханаконды, вы поручили розыск этих личностей министру Пропаганды и связи.

– Но он мне давно ничего не докладывал.

– Господин Болтик утверждает, что его поиски пока ни к чему не привели.

– Он утверждает? У вас, что же, есть какие-то сомнения на этот счёт?

– Ни в коем случае, ваше сиятельство, на этот счёт у меня нет никаких фактов.

– Но вы всё-таки не уверены?

– Только интуиция, ваше сиятельство, ничего больше.

– Так что же подсказывает ваша интуиция? Не бойтесь, Гризль, это останется между нами.

– У меня есть ощущение, – Гризль оглянулся и заговорил шёпотом, – что господин Болтик в последнее время недостаточно предан вашему сиятельству.

– А! – воскликнул Пупс. – Вот это уже серьёзное преступление.

– Стало быть, ваше сиятельство не будет упрекать меня за излишнее рвение? Дело в том, что со вчерашнего дня я установил слежку за господином министром.

– Ну… – Пупс опустил глаза, – если это необходимо в целях государственной безопасности… Хотя, кстати говоря, ведь это ваш выдвиженец?

Не ожидавший такого выпада, Гризль растерялся.

– Вот вы и разбирайтесь. А не то я буду разбираться с вами, господин Гризль, не правда ли?

– Абсолютно справедливо, ваше сиятельство.

Пупс протяжно зевнул и стал смотреть на министра, дожидаясь окончания его доклада.

– Ваше сиятельство… – нерешительно сказал тот.

– Говорите, Гризль, говорите.

– Эта малышка, которая догадалась.

– Так что же?

– Вернувшись на Большую Землю, она всё расскажет.

– Увы.

– Нужно сделать так, чтобы она не вернулась.

– Что?! – Пупс подскочил на перине. – Вы отдаете себе отчёт?..

– Ваше сиятельство не так меня поняли. Я вовсе не имею в виду самые крайние меры. Я только думаю, что господин Кротик смог бы найти такой состав, от которого бы она навсегда лишилась памяти. Я даже осмелюсь доложить вашему сиятельству, что такой состав уже найден. Этой же ночью мы могли бы слегка придушить дамочку, пока она спит, и сделать ей укол.

Пупс взволнованно потер лицо руками:

– Да, но ведь при этом она забудет не только то, что нам бы хотелось, но и вообще всё. А такой коротышка и коротышкой-то быть перестанет…

– Конечно, ваше сиятельство, это ужасно. Но вопрос о государственной безопасности ставится иногда именно так.

– Послушайте, Гризль, вы меня пугаете.

Гризль собирался ответить, но тут его длинный нос зашевелился, он стал мелко принюхиваться и тревожно озираться. В следующее мгновение и сам Пупс почувствовал запах дыма.

– Пожар… – шепнул он неуверенно.

– Пожар! – крикнул Гризль.

– Пожар! Пожар! – подхватили со всех сторон.

Гризль метнулся к дверям, выбежал, но вернулся и, упав перед кроватью на колени, надрывно воскликнул:

– Я не дам погибнуть в огне вашему сиятельству! Лучше я погибну вместе с вами!..

У Пупса отлегло от сердца: он понял, что крики и запах дыма ещё не означают пожар. И действительно, дым скоро проветрился, а в одной из кладовок нашли подброшенную кем-то консервную банку с перегоревшей внутри «дымовухой» – плотного мотка фото– или видеоплёнки.

Кратковременная паника прекратилась, повылезавшие откуда-то в огромном количестве, словно тараканы, коротышки в серых трико снова растворились. Слуги прошли по комнатам и успокоили каждого из проснувшихся, вскоре снова стало совсем тихо. Но Клюковки во дворце уже не было.

Глава двенадцатая

Захват телевизионной башни откладывается из-за последствий стрельбы картофельного фермера в… вдогонку дикому коротышке

Банда Ханаконды давно не давала о себе знать, и на то были причины. После того как картофельный фермер засадил в мягкую часть тела Росомахи заряд крупной соли, с этим полукоротышкой начали происходить непонятные вещи. Он вдруг стал податливым и уступчивым, не огрызался на шуточки, которые любили отпускать по его адресу Хорёк и Губошлёп. А если ему поручали какую-нибудь работу – заготовку дров или сбор грибов, – он безропотно подчинялся, хотя сам не боялся холода и в рот не брал растительной пищи.

Всё остальное время, за исключением сна, Росомаха сидел в наполненной водой деревянной кадке и со стонами вымачивал из пострадавшего участка тела соль. Он ужасно страдал и постоянно грозил какому-то Козлику, ставшему якобы причиной всего того, что с ним произошло.

Росомаха был нужен Ханаконде для нападения на телецентр, откуда он смог бы объявить всем, кто на самом деле является хозяином и Верховным Правителем подлунного мира. Но вся звериная озлобленность Росомахи внезапно куда-то подевалась, а с вялым и покладистым, хотя все ещё чрезвычайно сильным и ловким сообщником на такое дело идти было нельзя.

Ханаконда подолгу дотошно выспрашивал Росомаху, что тот делал и что ел в последние дни. Но ничего, кроме мелких лесных и полевых грызунов, тот совершенно точно не ел, а воду пил прямо из лужи.

Однажды, когда Ханаконда за обедом в очередной раз ломал голову над этой неразрешимой загадкой, Крабс между прочим пожаловался на отсутствие соли. С тех пор как банда обосновалась в лесном домике, питаться приходилось одними варёными козленками – все понимали, что в любом, самом захудалом продовольственном распределителе их подстерегает засада.

И Ханаконду вдруг осенило.

– Повтори, что ты сказал! – прошипел он, подскочив с места.

– Я? – испугался Крабс, застыв с поднятой ложкой. – А я ничего такого не сказал. Я только думаю, шеф, что если бы можно было посолить грибы, есть их было бы не так противно.

– Соль! – сказал Ханаконда. – Все дело в соли…

– Конечно, шеф, – не понял его Крабс. – Росомаха наворовал бы для нас картошки, и мы бы сварили вполне приличную похлёбку.

– Болван, при чём тут похлебка… Они травят всю пищу через соль. Все дело только в ней и в водопроводной воде!

Обдумывая сказанное, все перестали есть и притихли.

– А ведь верно, шеф, – догадался Хорёк. – Росомаха сделался придурковатым после того, как у него в заду засела порция соли. Теперь выходит, что пока он её до конца не вымочит, для нашей работы он не годится. Хорошо ещё, что у нас здесь нет радио, а то бы наслушался всякой дребедени и прямиком отправился сдавать нас властям.

– Ладно, всем – цыц. Будем ждать, когда он очухается, а потом и дело. План у меня верный, и теперь, с этой солью, всё тютелька в тютельку сошлось.

И Ханаконда посвятил своих сообщников в план захвата телевизионной башни.

Глава тринадцатая

Как Незнайка и Пончик проснулись знаменитыми. Первый визит, который навеял воспоминания

Незнайке приснилось, что г-н Пудл раскатывает вокруг него на маленьком трёхколёсном велосипеде и без устали хохочет. Он смеётся потому, что, оказывается, велосипед на Луне такое же привычное дело, как и на Земле, и Незнайку все разыгрывали только для того, чтобы посмеяться над ним. Незнайка смотрит по сторонам и видит, что на улицах полным-полно велосипедов – новых и уже совсем старых, поскрипывающих; дорожных и спортивных, и даже двухместных, – и совершенно непонятно, почему он их раньше не замечал.

Появляется Знайка и все другие коротышки с Земли и начинают над ним смеяться. Незнайке так стыдно, что он не знает, куда деваться от стыда. Закрыв лицо руками, он бежит прочь, налетает на какой-то столб, и это оказывается телебашня, которая вдруг окутывается клубами дыма и стартует в небо. «Стойте! – кричит Незнайка. – Стойте! Туда нельзя! Там ничего нет!..» Но башня-ракета уже скрылась из глаз, а вокруг него снова начал раскатывать на маленьком трёхколёсном велосипеде г-н Пудл, смеяться и звонить в звонок. Звонок звенит громче и громче, Незнайка вдруг понимает, что это сон, и заставляет себя проснуться.