Сумерки сгущаются - Кемп Пол - Страница 21

Шеймур и Тази устроились напротив Тамлина. Женщины казались сестрами: обе в легких кожаных доспехах, с забранными назад волосами, на поясе одинаковые тонкие мечи. Они сидели рядом, словно ища друг у друга защиты, — невиданное зрелище, учитывая, что год назад они редко появлялись даже в одной комнате. Смерть Тамалона сблизила семью, даже Тази и Шеймур стали терпимее друг к другу. И она же оттолкнула от них Кейла.

Убийца расхаживал во главе стола, где обычно сидел во время семейных советов Тамалон. Новый лорд Ускеврен умышленно не занимал это кресло, и пустое место постоянно бросалось в глаза. Как и отсутствие Тамалона. Будь старый лорд жив, его приказы уже гремели бы в зале.

Но Кейл до сих пор ощущал присутствие Старого Филина в комнате. И это чувство успокаивало его, ободряло и дарило душевное спокойствие. У него еще не выдалось ни минуты, чтобы привести себя в порядок. На брюках и куртке коркой засохла кровь, кровь Алтора Долгана. Не переставая ходить взад и вперед, он вытащил из кармана священный символ и сжал его в ладони.

В центре стола покоилась половинка сферы, которую Кейл подобрал во дворе. Она казалась всего лишь куском прозрачного сероватого кварца, пусть и выточенным в форме идеальной полусферы. Клинок убийцы рассек ее столь же чисто, как это могло бы сделать лезвие бритвы. Бесчисленное множество драгоценных камней внутри сферы мерцало в свете канделябров. По просьбе Кейла Тамлин уже наложил на нее заклятия, и теперь артефакт невозможно было обнаружить при помощи магии.

— Они напали на этот дом, на дом моего отца, ради вот этого? — произнес Тамлин, указав на половинку драгоценного шара.

— Да, мой лорд, — ответил Кейл. — Похоже, именно за этим они и явились. Они знали схему дома и шли точно к цели. Кроме покушения на меня, они не предприняли более ничего и явно не интересовались Штормовым Пределом и семьей.

Барабаня пальцами по столу, Тамлин задал вопрос, мучивший всех присутствовавших:

— Что это такое?

— Не знаю, мой лорд, — отозвался Кейл. — Но обязательно выясню.

Тамлин наклонился вперед в своем кресле и, полуприкрыв глаза, обратился к убийце:

— И почему для нападения они выбрали только тебя одного? Ты что-то от нас скрываешь?

— Тамлин! — воскликнула Шеймур.

— Моя госпожа, это вполне логичный вопрос, — произнес Кейл. Вместо того чтобы разозлить, фраза его порадовала. Значит, Тамлин размышлял над проблемой. Убийца осторожно подбирал слова для ответа. — Я знаю лишь то, что уже сообщил вам, мой лорд.

Что до догадок обо всем, что случилось, то Кейл решил оставить их при себе.

— Тогда к чему было устраивать засаду? — повторил Тамлин.

Но до того как Кейл смог ответить, заговорила Тазиенна, обращаясь к брату в том самом назидательном тоне, который использовала, когда новый лорд надоедал ей:

— Потому что они хотели выманить его из дома, это же очевидно, брат.

Тамлин кивнул:

— Но почему именно Кейла? Почему не тебя? Или меня? Или даже матушку?

Тазиенна тяжело вздохнула. У нее никогда не хватало терпения, когда брат проявлял столь редкое отсутствие проницательности.

— Потому что из всех нас он наиболее опасен. И они об этом прекрасно знали. Мы все об этом знаем, но никогда не говорим. О боги, да все в этом городе знают, что он сделал с… тем демоном. — Когда Тази произносила эти слова, Кейл чувствовал на себе ее взгляд. — Враги знали, что он сможет их остановить. Собственно, он почти сделал это.

Впервые за всю ночь он встретился с девушкой глазами и попытался взглядом попросить прощения за то, как грубо они расстались. Линия ее губ стала мягче. Кейл вдруг понял, что в это самое мгновение его любовь к Тази стала еще сильнее, но в то же время его душа отделилась от нее. Он подумал, что смог бы пожелать ей счастья, пусть даже и не с ним. И повернулся к Тамлину:

— Мой лорд, возможно, потому, что именно я был с лордом Уск… с вашим отцом, когда он приобрел сферу.

Тамлин принял задумчивый вид. Кейл дал ему хоть и слабую, но зацепку. Он сложил руки перед лицом.

— Может быть. У кого вы купили эту сферу?

— Нам ее продал уличный торговец, — ответил Кейл. — Его звали Алкенен. Странствующий торговец.

— У отца всегда были причудливые вкусы, — пробормотал Тамлин и погрузился в раздумья.

— Как так получилось, что нам ничего о ней не известно? — промолвила Шеймур, проведя пальцами по полусфере. — Те, кто осмелился проникнуть сюда, знали, что она очень ценный или наделенный могущественной магической силой артефакт. Тамлин, ты исследовал ее?

— Разумеется. Эта сфера обладает умеренным магическим фоном, защищена средними по силе заклинаниями. Но совершенно ничего в ней не открывает ее назначения. Ничего, что объясняло бы случившееся во дворе. Утром я пошлю за мудрецом.

— Быть может, взрыв высвободил ее силу? — предположила Тазиенна.

Она рассматривала сферу широко раскрытыми глазами. Магия всегда привлекала девушку.

— Может, и так, — согласился Тамлин.

Кейл думал иначе, но предпочел держать свои мысли при себе. Чем бы ни была сфера, ее магия была погребена очень глубоко. Срез оказался слишком чистым, невероятно, невозможно чистым. Во всем происшедшем он видел руку Маска. С другой стороны, в последнее время он во всем видел присутствие своего бога. Как бы то ни было, Эревис был совершенно уверен в том, что удар не разрушил сферу, а лишь разделил на две части. И уж точно он видел полудроу и его помощников не в последний раз.

Тамлин откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди.

— Кейл, они ведь вернутся за второй половиной?

— Да, мой лорд. Если она останется здесь. — Убийца помолчал пару мгновений. — Но это случится не сегодня. И, возможно, не завтра. Наши враги последовательны и тщательно все планируют. На подготовку уйдет время. К тому же они ждут, что мы будем готовы к новому нападению.

На самом деле дом уже был готов к атаке, если бы вдруг враги попробовали вернуться в ту же ночь. Кейл и сам это видел. Сдавшие смену стражники оставались в доме, а остальные патрулировали сады, стояли у каждой двери группами по меньшей мере из четырех человек. Кейл сообщил командирам, что враги могут использовать иллюзии, чтобы маскироваться. Стражникам предписывалось применять силу ко всему подозрительному.

Вдобавок к этому Тамлин наложил несколько сигнальных заклятий в разных частях дома и сада. Теперь никто не смог бы телепортироваться на земли Ускевренов, не подняв магической тревоги.

— Кроме того, — продолжил Кейл свою мысль, — им и не нужно нападать. У них же есть заложник. Так что, скорее всего, они устроят переговоры.

— Заложник? — нахмурился лорд Ускеврен. — Но он простой стражник.

— Тамлин! — в один голос воскликнули Шеймур и Тазиенна, не скрывая шока и отвращения.

Кейл, не веря своим ушам, уставился на нового лорда. Все, что он мог сделать, — это не подойти и не врезать Тамлину.

— Его имя Рен, мой лорд. И он верный слуга Дома. Как и я.

Столкнувшись со столь яростным нападением, Тамлин увял, словно нежный цветок под палящими лучами полуденного солнца. Вспыхнув, он уставился в стол:

— Но ты — другое дело. Я только хотел сказать… я…

— Мой лорд, Дом силен своими людьми, — чеканя каждое слово, холодно отозвался Кейл. — Чтобы набирать хороших людей, нужно относиться к ним ко всем как к своей семье. Ваш отец заплатил бы королевский выкуп, чтобы вызволить одного из своих стражей. Обращаясь с людьми, как…

— Довольно, Эревис, — оборвала его Шеймур, поднявшись с кресла.

Кейл повернулся к ней, готовый обронить не одно гневное слово, но промолчал, увидев разочарование в лице госпожи. Он не мог сказать, кто был тому причиной — он сам или Тамлин.

— Тамлин — не его отец. И ты уже высказал свое мнение, — промолвила госпожа, глядя на Кейла.

Убийца не был в этом уверен, но промолчал. Да, его слова были слишком едкими, правдивыми. Но Тамлину требовалась именно жесткость. Жизнь юного лорда Штормового Предела была слишком простой, она изнеживала. Такая жизнь не приучает принимать решения. Похоже, Тамлин относился к своим людям как к безликим предметам. Если люди об этом узнают, Дом вскоре лишится своих слуг, по крайней мере, тех, кто был ему верен и предан. Да, Тамлин возмужал за последнее время, но Кейл видел, что юный лорд все еще слишком слаб.