Охота на привидений - Кораблев Артем - Страница 27

В свою очередь, участковый попросил и меня рассказать о детективном прошлом, видимо, Пал Палыч успел ему уже разболтать и это. Рассказывать мне было приятно, и я с удовольствием, хотя и вкратце, поведал милиционеру, как я летом раскрыл убийство. Так за разговором мы дошли до домов бабы Дуни и приезжих. Они, как ни странно, были дома.

Открыл нам тот самый, что носил синюю куртку. Только теперь он был одет в серый свитер, по-домашнему. Участковый отрекомендовался, и мы зашли внутрь.

Второй приезжий поднялся нам навстречу с раскладушки, на которой читал книжку.

Кроме этой раскладушки, в комнате была еще одна такая же и некое подобие стола, скрлоченного из старых досок. На этом столе стояли чайник, миски, кружки, открытая пачка чая и стопкой лежали папки с какими-то бумагами. Вместо стульев квартиранты пользовались двумя сосновыми чурбаками. Нам и предложили на них разместиться.

Как и предрекал Виктор Николаевич, нас действительно напоили чаем и даже угостили бутербродами с московской колбасой. За чаепитием и проходила беседа.

Приезжие, конечно, догадывались, что милиционер зашел к ним не случайно да еще и меня привел зачем-то. Но им пришлось довольно долго оставаться в неведении по поводу цели посещения участкового. Сначала Виктор Николаевич невзначай поинтересовался, как у приезжих продвигается их работа в церкви.

— Да все уж закончили, — сказал владелец синей куртки, которого участковый называл Володей. — Завтра соберемся, а послезавтра и выбираться будем.

Я насторожился: неужели приезжие уже нашли то, что искали.

— И как результаты, есть? — продолжал свои расспросы участковый.

— Будем реставрировать, — ответил Володя. — Все восстановить невозможно,

да и нет уж, наверное, смысла, но те фрески, которые остались, постараемся сохранить. А там пусть нанимают художников, они им новые намалюют на месте обсыпавшихся.

— И это вы целую неделю тут эти росписи рассматривали? — потихоньку подбирался к сути дела Виктор Николаевич.

— Ну, а как вы думали, это совсем непростое дело.

— Я думал, вы там что-нибудь найдете, — как бы разочарованно протянул Виктор Николаевич, — стоило тут столько времени торчать.

Приезжие переглянулись.

— Ну, говори, — произнес товарищ Володи, которого, как оказалось, зовут Игорем. И я уже знал, что Володя зовет его Гарик.

Володя посмотрел на нас с участковым испытующим взглядом, будто изучал, может ли он доверить свое открытие этим людям, и, видимо, решив, что может, таинственно сказал:

— А мы кое-что нашли.

У меня захолонуло сердце. Неужели же они все-таки отыскали в подземелье икону?!

— И что же? — подгонял Володю Виктор Николаевич.

— Ну, для начала вам, как участковому, в первую очередь следует знать, что от церкви к склепу помещика Куделина ведет подземный ход.

— Да ну-у? — округлил глаза Виктор Николаевич, будто впервые об этом услышал.

— Да, — кивнул головой Володя. — Этого подземелья нет и никогда не было отмечено ни в плане Ворожеевской церкви, ни где бы то ни было еще, кроме одного документа. И то лишь намеком.

К нам ведь с Гариком обратились по поводу исследования этого храма на предмет реставрации не совсем случайно. Вернее, обратились в первую очередь к нему, он реставрацией зданий и старинных росписей занимается. А я работаю в музее, в отделе древнерусского искусства, занимаюсь старинными иконами. Мне давно было известно об утерянной иконе Божьей Матери, которую когда-то пожертвовал храму помещик Куделин. Вы, Виктор Николаевич, наверняка слышали эту историю, ее здесь каждая собака знает.

Участковый спокойно кивнул, и Володя продолжил:

— Так вот, знал об этом и я. Я даже заезжал несколько лет назад сюда в Воро-жеево вместе с экспедицией по сбору материалов для фондов нашего музея. Историю об утерянной иконе нам поведали в трех вариантах, тут тогда побольше еще жителей было, но ничего нового мы не узнали.

— Это когда было? — перебил рассказчика Виктор Николаевич.

— Точно не помню, но уж лет пять-то с тех пор прошло.

— А-а, понятно. Я тогда в другом отделении работал.

Володя кивнул и продолжил:

— Короче, ничего нового об иконе мы не узнали, но я еще больше заинтересовался и вел поиски самостоятельно. Я даже связался с вашими коллегами, но на наш запрос пришла бумага, в которой говорилось, что о судьбе иконы образа Божьей Матери из церкви деревни Ворожеево после сентября тысяча девятьсот сорок первого года ничего не известно. А ведь икона интересна не только тем, что она в дорогом серебряном окладе, который по настоянию Куделина украшен несколькими драгоценными камнями, но еще и тем, что Куделин ездил заказывать мастера для этой иконы в Псково-Печерскую Лавру. Возможно, это работа известного художника. Возможно, ей вообще цены нет.

Я разыскивал потомков или родственников Куделина. Большинство из них за границей, и никто не знает о судьбе этой иконы с семнадцатого года. Но кое-что я все-таки раздобыл, и не где-нибудь, а в России. Здесь, в Твери, живет Сергей Матвеевич Лужин, он прямой потомок того Куделина по материнской линии, правда уже через несколько колен. Так вот он передал мне дневник самого Куделина, этот уездный оригинал, конечно же, должен был записывать свои чудачества, что он и делал.

К сожалению, сохранились не все дневники Куделина, а только одна тетрадь, записи в которой охватывают период уже после того, как была построена Ворожеевская церковь и пожертвована икона. Так что узнать из дневника, кто является автором этого образа, мне не удалось. Зато одна запись Куделина натолкнула меня на некоторые размышления. Раскаиваясь в каком-то своем проступке или даже преступлении, суть которого для меня тоже осталась непонятной, видимо, Куделин совершил его задолго до тех событий, которые послужили материалом записок, попавших мне в руки, Куделин записал в своем дневнике, что ходил ночью молиться в церковь к иконе, и ходил туда через склеп. Так там и написано: "Ходил в храм молиться к образу, через склеп". То, что склеп для себя он построил еще при жизни, я уже знал. Но как через этот склеп можно было попасть в церковь, вот это было непонятно. Тогда-то я и предположил, что склеп и церковь связаны подземным ходом. Зачем это понадобилось оригиналу-помещику, мне и до сих пор непонятно. Но у Куделина много было чудачеств.

Я рассказал о своем открытии Гарику, с которым мы дружим с самого детства, и мы хотели с ним вместе отправиться в Во-рожеево искать это подземелье. Но все как-то руки не доходили. Держали дела, работа. И вот пару недель назад он неожиданно узнал, что храм в Ворожееве передан Русской Православной Церкви и будет, наверное, восстанавливаться. Тогда он связался кое с кем по своим каналам и попросил, чтобы работы по реставрации росписей и здания храма не прошли без его участия. И вот мы здесь, в Ворожееве. И действительно нашли этот подземный ход.

— И даже пугали из него детей, — строго сказал Виктор Николаевич.

Володя немного смешался, но усмехнулся и сказал:

— Гарик просто хотел, чтобы им этот ход не был известен. Что хорошего, если из ребят кто-нибудь туда заберется и его не дай Бог завалит. А они крутились вокруг склепа и церкви, вот он и оживил привидение, о котором все тут говорили. Знаете легенду о духе Куделина?

— Знаю, — ответил Виктор Николаевич, — но так делать не годится. Это хорошо еще, что все так закончилось. А могло бы и по-другому… Ну как кто-нибудь из них спятил бы с перепугу! Или еще что. Вы знаете, что он, — Виктор Николаевич указал на меня пальцем, — что он и его подружка со страху в поле убежали и с трудом дорогу обратно нашли? А если б не нашли? Что тогда?

Володя и Игорь молчали.

— Ну, ладно, — продолжал участковый, — это понятно. А что вы нашли в подземелье?

Володя и Игорь разом удивленно подняли головы и уставились в глаза Виктору Николаевичу.

— Так что? — повторил свой вопрос участковый.

С минуту в комнате царило молчание.

— Ну, вы даете, — нарушил его Володя. — Откуда вам известно, что мы что-то там нашли? У вас что, всюду жучки?