Пошищение на двойку - Кораблев Артем - Страница 21

По крайней мере, я был рад, что мои слабые подозрения в отношении Костиного отца рассеялись как дым".

Наступивший день не сулил Косте удачи. Он не выучил уроков. Вместо этого, после ухода Саши, Костя пошел гулять с Рутой и выгулял ее так, что старушка еле приволокла ноги. Элеонора Витольдовна даже опасалась, уж не случилось ли чего с ними во время прогулки, так долго отсутствовала в этот раз ее любимица.

Мама даже не спросила Костю, где он пропадал. Она просто усадила его ужинать и весь вечер молчала. Костя же, как управился с оладьями, сразу удалился в свою комнату и опять вместо уроков читал "Приключения Тома Сойера". Он уже не помнил в который раз. Эта книга часто служила ему утешением во многих неприятностях.

А Косте неприятности грозили новые. Но они его не пугали. На него вдруг напало какое-то отупение, стало совершенно безразлично, поставят ему "два" или нет.

Три урока ему просто везло, не спрашивали. А на четвертый и вовсе мобилизовали. В самом начале урока литературы раздался стук в дверь, и в класс просунулась голова Сашки Чернецо-ва, десятиклассника.

— Анна Петровна, — забасил Сашка совсем мужским голосом, — можно Костю Кострова забрать. Константин Ростиславович просил для дуба.

— Для дуба? — переспросила Анна Петровна.

— Да, мне в помощь.

— Ладно, его можно. Костя, иди, Саша тебе все расскажет. Домашнее задание потом не забудь у кого-нибудь спросить.

Для дуба, так для дуба. Не уловив, что это такое, Костя вышел из класса.

— Дуб рисовать будем к Пушкинскому вечеру, — подтвердил его смутные догадки Сашка.

Сашка был известным художником в школе. Отличал его и Константин Ростиславович, преподававший в лицее предмет под названием "Изобразительное искусство", который сам он всегда называл "Живописью".

— Константин Ростиславович, — продолжал басить Сашка, — говорил, что ты хорошо мажешь. А мне помощник нужен, дуб большой, я один не управлюсь.

Сашка привел Костю в художественную мастерскую: там у стенки, почти до потолка, стоял здоровенный, вырезанный из белой фанеры дуб. Его и надо было раскрасить, придав. фанере вид живого дерева.

— Привел? — встретил их художник, больше похожий на разбойника или пирата. Очень высокого роста, широк в плечах, грузен, темноволос, лицо грубое, в шрамах, и бас еще гуще, чем у Сашки. Только золотой серьги в ухе да кривого тесака за поясом ему и не хватало.

Последовавший разговор по тембру напоминал дружескую беседу двух бурых медведей или перекличку больших оркестровых труб, которых называют тубами.

— Привел, — прогудел Сашка.

— Ну вот вам краски. Кисти возьмете, какие надо, и малюйте. Потом покажете, что получилось.

— Константин Ростиславович, а цепь рисовать?

— Пока не надо. Там Ленка, то есть Елена Михална, хотела какую-то настоящую повесить. Ей кто-то обещал со стройки притащить.

— Она же ржавая будет, удивился Сашка.

— Покрасим или обернем фольгой, что-нибудь придумаем. Ты малюй знай.

Константин Ростиславович запер свою подсобку и ушел, бросив на прощание Сашке:

— Не забудь ключи сдать на вахту, Шишкин.

— Почему Шишкин? — спросил вслед уходящему учителю Чернецов.

— Тот тоже все деревья писал, — донеслось уже из коридора.

Юные художники принялись за дуб. Сашка старался, тщательно подбирал и смешивал краски, добиваясь нужного оттенка. Потом отходил и смотрел, что получается. Поэтому превращение белого силуэта в подобие живого дерева происходило крайне медленно. Когда прозвенел звонок, они только-только загрунтовали ствол и начали возиться с корнями.

— Я на перемену не пойду, — сказал Сашка, — надо к пятнице все сделать. А ты иди; если хочешь. Сейчас обед.

Костя положил кисть, вымыл кое-как руки и вышел в коридор. Он пошел в столовую, но, когда проходил мимо комнатки охраны, вдруг увидел Лидочку, незаметно прошмыгнувшую к выходу из лицея. Она была в куртке и с портфелем.

"С уроков сбегает! — догадался Костя. — Ну, Майорова!" От кого-кого, а от нее он этого не ожидал. Сделав несколько шагов в сторону столовой, Костя вдруг решительно развернулся и, не одеваясь, тоже выскочил на улицу. Он не очень осознавал, зачем это делает, но во всем облике Лидочки была такая несвойственная ей вороватость, что он почувствовал: ее поступками движет какая-то тайная цель. А вдруг это как-то связано с Глобусом? Она вчера ничего не сказала Косте. Может, она все-таки что-нибудь знает? Костя решил это выяснить.

Уже за воротами лицея Лидочка быстро шагала совсем не в том направлении, в каком нужно было идти к ее дому. Само по себе это ни о чем не говорило, мало ли куда человеку надо. Но вот куда? Как раз это и хотел выяснить Костя. Он пристроился следом, подмерзая на ветру, последние дни бабьего лета сменились прохладной пасмурной погодой, осень есть осень, хорошо еще — дождя не было.

Сначала Косте показалось, что Лидочка собирается просто зайти в "Аквариум", но нет, она прошагала мимо и направилась в сторону метро "Ясенево", потом свернула налево во двор. Костя неотступно следовал за ней, но на расстоянии, шагах в пятнадцати. Так они миновали несколько дворов и оказались перед воротами какой-то школы, у которых Костя никогда еще не был. Лидочка прошла через них, а Костя задержался, боясь, что она его заметит. Лидочка остановилась у школьного крыльца, достала из портфеля какую-то книгу (может быть, учебник) и стала читать, изредка посматривая на двери школы. Костя понял, что ждать ему придется долго, скорее всего до конца пятого урока. Так оно и вышло.

Наконец в коридорах незнакомой школы заиграла музыка, возвестившая об окончании урока. У них в лицее тоже обещали заменить звонки аккордами рок-групп. Скоро на улицу потянулись школьники, закончившие учебный день. Лидочка внимательно всматривалась в лица выходящих учеников.

"Свиданка у нее тут, что ли?" — подумал Костя. И Лидочка тут же качнулась, как будто узнала кого-то, помедлила, но потом решительно пошла навстречу компании ребят класса из восьмого, может быть, из девятого. Когда они с ней поравнялись, она тронула за рукав одного из них, среднего роста, смугловатого парня с темными курчавыми волосами. Он удивленно остановился, его приятели остановились тоже. Лидочка что-то говорила. Парень вдруг вырвал у нее свой рукав и громко и быстро затараторил, горячо жестикулируя. Костя даже услышал его голос, но слов разобрать не смог, слишком далеко он находился. Потом Лидочкин собеседник отвернулся, догнал своих уже движущихся спутников, и они быстро пошли к школьным воротам, о чем-то переговариваясь на ходу.

Лидочка попробовала было догнать их, но передумала и сбавила шаг. Даже со своего удаленного наблюдательного пункта Костя заметил, что она чем-то сильно опечалена или озабочена.

Чтобы согреться, продрогший Костя бегом понесся к лицею.

Сашки он в мастерской уже не застал. Дверь была заперта. Видимо, тот уже закончил свою сегодняшнюю работу. Тогда Костя сбегал в кабинет русского языка и литературы, где оставил свой портфель, сходил в гардероб, оделся и отправился к выходу. Все равно он уже опоздал на половину шестого урока, а седьмого у них в этот день не было.

Каково же было его удивление, когда, выйдя из лицея, он увидел Лидочку, стоявшую возле ворот. Еще больше он удивился, когда Лидочка целенаправленно пересекла двор и подошла прямо к нему.

— Костя, — сказала она, — мне надо с тобой поговорить.