Зумана (СИ) - Кочешкова Е. А. "Golde" - Страница 56

— Не бойся, принцесса, — хрипло усмехнулся Кайза, — они не сумеют больше одолеть его. Не сейчас. Не так. Я дал ему крепкую защиту. Да и сам он уж не тот беспомощный комок боли, каким они нашли его в первые, — шаман гневно стиснул губы и сверкнул на Элею неистовыми глазами, в которых плескалось бешенство: — Подай мне бубен!

Схватив свой колдовской инструмент, Кайза взвыл сразу же с такой высокой ноты, что Хирга, вскрикнув, шарахнулся прочь. Степной шатер мгновенно наполнился рокотом и звоном, стоном и криком, и в этих бесовских звуках Элея потеряла счет времени и всякое осознание, что реально, а что — лишь тени на стене…

Бум! Бум! Буммм!

Голос бубна казался живым, почти человеческим, но в то же время совершенно чуждым этому миру, словно бы говорили умершие или нерожденные…

— Ай-иии! — кричал Кайза, и Пат, распростертый у него на коленях, вскидывал руки к лицу, пытаясь защититься от невидимого зла.

Потом степной колдун сделал что-то, чего Элея не поняла. Только мир вокруг них вдруг задрожал и покачнулся, а за последним ударом последовала столь громкая тишина, как будто разбилась гигантская волна. Нестерпимо сдавило виски, и стало так трудно дышать, что Элея даже испугалась. Но в следующий миг тишина раскололась тихим стоном Патрика.

Схватившись за голову, он медленно сел и обвел глазами друзей.

— Кайза… — выдохнул еле слышно и снова упал без сил. Мотая головой, попытался сказать еще хоть слово, но не сумел и устало закрыл глаза.

Шаман убрал бубен и тихо, но выразительно обложил шутовых обидчиков такими словами, которым Элею ни один толмач не учил. Он осторожно уложил Патрика обратно на постель и укрыл шкурами.

— Больше не сунутся, — плюнул Кайза. — Не смотри на меня так отчаянно, — криво улыбнулся он Элее, — твой колдун отбился. Я, конечно, помог ему… но думаю теперь он и сам понял, как нужно встречать этих похитителей душ… Ложись спать, принцесса. Думаю, завтра мы никуда не поедем. Переждем денек.

Наутро Элея боялась снова застать своего шута раздавленным и с глазами полными страха. Каково же было ее удивление, когда она проснулась… от его громкого смеха. Выглянув из-за полога, Элея увидела, что Пат пытается научить Хиргу стоять на руках. Мальчишка давно просил об этом, но все случая не выпадало. А тут — свободное утро, никуда не надо спешить… Хирга раз за разом пытался закинуть ноги кверху, но тут же опрокидывался назад, так и не достигнув той точки, в которой сам шут обычно без труда находил равновесие.

— Патрик… — она подошла к нему, заглянула в глаза, ожидая, что в глубине их все-таки укрыт тот ужас, который настиг шута ночью. Но нет. Они были чисты и радостны. Обычные глаза ее дорого волшебника. — Как ты?

Шут подмигнул Хирге и, взяв Элею за руку, тихонько отвел ее в сторону. Лицо его неуловимо изменилось, став серьезным.

— Ваше Высочество, — он смотрел так пронзительно, что у Элеи сердце опять пустилось вскачь, — прошу вас… пообещайте мне одну вещь… Как только мы доберемся до Закатного Края, вы возьмете лучший экипаж и направитесь прямиком к Золотой. А оттуда — не медля, на Острова.

— Почему? — растерянно спросила она. А Патрик все пронзал ее своими ясными глазами, такими невозможно серьезными, слишком серьезными для него.

— Потому что у меня есть враги. И они идут за мной. Раньше я еще сомневался, а теперь знаю это точно. Они не смогли достать меня с помощью одной только магии и теперь приложат все силы, чтобы сделать это обычным путем… Или почти обычным. Шальная стрела, драка в кабаке, одичавший конь… а может просто вооруженный отряд на границе с Закатным Краем. Да что угодно… И я не хочу, чтобы это зло хоть краешком зацепило вас. Возьмете Хиргу и вернетесь домой. А со мной рядом нельзя быть… Я как-нибудь растолкую Кайзе… он должен вас отпустить. Снять то слово, которое вы ему дали.

— Пат… — она не знала, как сказать, как объяснить ему, что дорога уже выбрана. И что она ведет вовсе не к трону в Брингалине. — Откуда ты знаешь все это?

— Знаю. Мы успели… пообщаться… там, куда они меня пытались затащить. Вот не представляю чем, но я сильно досадил этим господам… И у меня теперь только два пути — или всю жизнь убегать и бояться, или найти их и доказать, что я имею право жить. Бояться я устал, да и не могу больше. Значит, остается второе.

— Но почему ты думаешь, будто они станут тебя слушать?

"Хрупкого безоружного чудака, у которого ни армии, ни золота, ни власти…"

— Может и не станут, — Пат коротко повел плечом. — Может, я вообще погибну раньше, чем мы пересечем эту степь…

— И ты говоришь об этом так спокойно?! — сама Элея была уже на грани паники, и голос ее взвился слишком громко. Так громко, что тактичный Хирга набросил плащ и выскользнул из тэна.

— У всякого страха есть край… — полные отчаяния глаза принцессы скрестились с твердым взглядом шута. — Я своего достиг.

— Но ты же не воин, Патрик… Что ты можешь против них? Поднять снежную бурю? Зачаровать красивой мелодией? — ну в самом деле, что он мог…

Шут покачал головой.

— Я для начала должен понять, кто они. Как знать, вдруг эти люди — вовсе не мои враги… Я для них — лишь помеха. Полагаю, их настоящая цель — Руальд. И его трон. А значит, они имеют известные при дворе имена, пусть даже под этими именами скрываются их ставленники. И я допускаю, что вы их прекрасно знаете, ибо свои интриги они плетут не первый год…

— И ты полезешь во все это? — не сдержала горестной усмешки Элея. Шут и интриги казались ей несовместимыми в принципе.

— Я? Да упаси боги! Просто раскрою Руальду глаза на некоторые вещи, о которых он, быть может, только догадывается. Мой бедный Руальд… — Пат тяжело вздохнул. — Ох, я не представляю, как снова встречусь с ним, как посмотрю ему в глаза… Да ладно! — он тряхнул головой. — Сначала до Золотой еще добраться надо. Ваше Высочество, пообещайте мне, что вернетесь домой без промедления!

— Давай выберемся из Диких Княжеств, — вздохнула Элея. — А там уже и решим.

— Нет! — неожиданно горячо воскликнул он. — Нет… Пожалуйста. Дайте мне слово сейчас! Обещайте сделать, как я сказал!

Элея вспыхнула.

— Патрик… Ты забываешься. Может быть я больше и не наследница, но и ты мне не король — приказы отдавать. Позволь, я сама буду решать, что делать и куда идти! — объяснять ему она ничего не собиралась.

— Но… но… — похоже, теперь Пат и сам не мог подобрать слова. Он смешно хмурил свои светлые брови и то упрямо поджимал губы, то открывал их, пытаясь что-то сказать и никак не решаясь.

— Хирга ждет тебя, — закончила этот разговор Элея и направилась к очагу — поставить греться воду для чая. Внутри у нее все звенело, и больше всего хотелось просто расплакаться.

9

После этого разговора в душе у Элеи засела глубокая заноза. Ведь в самом деле — что она скажет, когда степи останутся позади? Чем объяснит свое желание следовать за… за кем? Бывшим придворным шутом? Беглым магом? С ним все понятно — он возвращается в Закатный Край, чтобы в очередной раз сослужить службу своему королю. А ей-то какая неволя разделять этот путь? За пределами степи Кайзины слова не будут иметь никакой силы… Хочешь — возвращайся на Острова. Не хочешь — … А почему не хочешь? Какой тебе, принцесса, резон идти за человеком, которому… которому ты не нужна… Какой резон терпеть все тяготы этой бесконечной дороги — боль, усталость, голод, вонючую потную одежду и невозможность распутать колтуны в волосах?..

Да, конечно, Кайза ведь сказал, что от нее зависит благополучие господина Патрика… Но вот беда, сам-то этот господин даже не догадывается о таком раскладе дел. А навязывать ему свое общество — глупо. И недостойно уважающей себя дамы.

Но с другой стороны, все эти предрассудки не имели никакого смысла, стоило только вспомнить, что на кону стоит — нет, не слава, не почести, не богатство — жизнь. Жизнь ее любимого…

Так она металась и маялась, не в силах найти ответы на свои вопросы. Маялась до тех пор, пока однажды ночью, когда уже все спали и лишь она одна вертелась на своей лежанке, в темноте не прозвучал задумчивый голос Кайзы: