Голос дороги - Крушина Светлана Викторовна - Страница 54

Пока корабль не вошел в порт Обооре, Грэма никто не беспокоил. Роджер и Илис прогуливались по палубе, Марьяна сидела в каюте и приходила в себя после нечаянной радости. Вспомнив о ночном происшествии, Грэм в который уже раз скрипнул зубами и подумал, что Марьяне-то, наверное, хорошо, а вот ему не очень. Пусть на полночи, но она заполучила в свои объятия любимого человека, Грэм же чувствовал себя последней скотиной, потому что честнее было не уступать ей. Марьяна была единственным человеком в мире, кто мог сказать — и говорил — ему ласковые слова, кто действительно любил его, но радости от этого он не испытывал ни малейшей. Ему было стыдно и больно.

Наверное, я какой-то урод, думал Грэм мрачно. Хорошенькая девушка, которая любит и хочет меня, и открыто признается в этом, готова сделать для меня все на свете, а мне после ночи, проведенной с ней, так плохо, словно я изнасиловал ее или сделал еще что похуже. Даже не так. Словно меня грязью облили. Стыд душит!… И ни малейшей радости, ни малейшей благодарности к Марьяне, лишь презрение к самому себе…

Когда корабль уже подходил к причалу, Грэм вздохнул и отправился искать спутников. Все трое были в каюте и уже собирались выходить. Марьяна встретила Грэма взглядом широко открытых серых глаз, в которых перемешались нежность, любовь, обида и надежда. Он сделал вид, что ничего не заметил, и обратился к Роджеру:

— У вас все готово?

Роджер кивнул и спросил:

— Куда мы пойдем?

— Пока не знаю. Есть у меня одна мысль, которую нужно обсудить, но не здесь. Выйдем в город, найдем подходящее местечко, там и поговорим.

— Как скажешь, — кротко сказал Роджер, словно и не из-за него несколько часов назад Грэм валялся на палубе, и не он задавал нескромные вопросы.

Пять минут спустя, когда они уже наполовину спустились по трапу, Роджер объявил вдруг преувеличенно спокойным тоном:

— Нас встречают.

— Что? — не понял Грэм.

В Обооре у него нашлась бы пара знакомых, но вряд ли они пришли бы встречать его в порт. При условии, что они вообще знали о его появлении в городе.

— Глянь туда.

Грэм посмотрел и остановился как вкопанный. Рука его сама поползла к мечу.

— Не может быть!

— Ой, — сказала Илис.

Рядом с причалом, выделяясь в толпе и даже не пытаясь с ней слиться, красовались вечные спутники Крэста Авнери: собственной персоной капитан Таю и тан Паулюс. Они были в доспехах, при оружии, и держались так, что становилось понятно: они хотели, чтобы их заметили. Портовый люд опасливо обходил их по широкой дуге, стараясь не зацепить.

— Что они тут делают? — вполголоса возмутилась Илис. Вид у нее был крайне удивленный, но не обеспокоенный. Мне бы такую беспечность, подумал Грэм, у которого при виде торжественной встречи екнуло сердце.

— Не понятно, что ли — нас поджидают, — рыкнул Роджер и схватил Грэма за плечо, сильно сдавив его. — Грэм, откуда они узнали, что мы будем здесь? Ты кому говорил, что корабль идет в Обооре?

— В Истрии — никому, — тихо сказал Грэм, взглянув в бешеные глаза побратима, и вдруг невозможная догадка обожгла его. — То есть, Тарнису говорил… Но как…

— Молодец, ничего не скажешь, — зло перебил Роджер. — Язык бы кто тебе подрезал, болтун проклятый! Ну, чего встал? Пойдем уж теперь.

— Что у тебя на уме?

Роджер уже решительно двинулся вниз.

— Для начала послушаем, чего они скажут. А потом — по обстоятельствам. Сам говорил, что перед тем, как лезть в драку, нужно разведать обстановку.

— А ты уверен, что они вообще станут разговаривать?

Роджер промолчал, и Грэм зло сжал губы. Ладно, потом разберутся.

— Что случилось? — встревоженная Марьяна ухватила Грэма за руку и приникла к его плечу.

— Ничего страшного, — отозвался тот, отстраняясь. — Пока, по крайней мере. Тебе ничего не грозит.

— А тебе?

Отвечать Грэм не стал. Он судорожно соображал, мог или не мог Тарнис связаться с Крэстом, и если не он сдал их, — какое он вообще может иметь отношение к Истрии? — то кто тогда?

Едва они ступили на твердую землю, офицеры тут же устремились к ним.

— Без паники, — сквозь зубы сказал Роджер, хотя паниковать никто не собирался.

Илис старалась держаться за его спиной, но испуганной не выглядела. Она просто заняла стратегически выгодную позицию. Марьяна ничего не понимала и жалась к Грэму.

— Как приятно! Какая неожиданная встреча! — воскликнул тан Паулюс, остановившись в нескольких шагах от молодых людей. — Господин Соло, госпожа Маккин, Роджер!… сударыня? — слегка поклонился он Марьяне. На треугольном лице тана, окаймленном короткой русой бородкой, появилась сладкая улыбка. Грубоватое лицо его спутника хранило каменное выражение. Он даже смотрел в другую сторону.

— Не валяйте дурака, господин тан, — резко оборвал Роджер. — Вы ведь ждали нас.

— Раз ты такой догадливый, Роджер, — заговорил капитан Таю, продолжая смотреть в сторону, — то, наверное, нет нужды напоминать наш уговор.

— А разве у нас был какой-то уговор? Не припомню что-то.

— Могу освежить твою память, Роджер, — заявил тан Паулюс. Тон его стал угрожающим, сладкая улыбка с лица исчезла. — А может, господин Соло напомнит?

— Понятия не имею, о чем вы, — отозвался Грэм.

— У вас тоже что-то с памятью случилось? Вы меня разочаровываете. Вы казались мне более благоразумным человеком, господин Соло… Хорошо, я напомню, в чем состоял наш… вернее, ваш уговор с милордом Авнери. Вы обещали доставить ему госпожу Маккин, — заметьте, целую и невредимую! — в обмен на некоторые услуги, которые будут вам оказаны. Так что, сейчас госпожа Маккин пойдет с нами, а вы сможете получить то, что вам было обещано. Вы попытались обмануть милорда Авнери, но мы сделаем вид, что никаких разногласий не было. Мы же цивилизованные люди.

— Никуда госпожа Маккин не пойдет, — заявил Роджер, потянувшись к мечам.

— Нехорошо нарушать обещания, — вроде бы укоризненно сказал тан Паулюс, но эта укоризна звучала еще менее приятно, чем недавний угрожающий тон.

— А я ничего не обещал милорду Авнери.

— Но милорд Авнери выплатил тебе задаток, — напомнил капитан Таю, медленно наливаясь кровью.

— Могу его вернуть. Но госпожу Маккин ни вы, ни ваш милорд не получит, ясно вам?

— Господин Соло? — зашипел капитан.

— Вы слышали, — подтвердил Грэм. — Впрочем, можете спросить у самой госпожи Маккин, хочет ли она пойти с вами.

— Не пущу, — с ненавистью прорычал Роджер.

Все смотрели на Илис. Та стояла с таким видом, словно ее все происходящее не касалось.

— Господин тан, — сказала она светским тоном, улыбаясь самой зубастой из своих улыбок. — Честно говоря, не имею ни малейшего желания с вами идти. Лучше я останусь с этими милыми мальчиками. Мы уже привязались друг к другу, притерлись. И передавайте при случае от меня привет Крэсту, пусть не скучает и не переутомляется. И не волнуется — это ему вредно.

Секунду ни капитан, ни тан не могли произнести ни звука, уставившись на Илис. Они ждали от нее еще каких-то слов, но не дождались, и Паулюс вдруг взорвался.

— Что это за балаган?! — возопил он, налившись кровью, совсем как его спутник-капитан. — Как вы смеете? Я прикажу арестовать вас!

— Кому прикажете? — Роджер усмехнулся, но тут же осекся. Капитан Таю пронзительно свистнул, и из серой портовой толпы вычленились никем до сих пор не замеченные люди в доспехах, числом приблизительно десятка два. Судя по нашивкам на куртках, это были истрийские солдаты.

— Илис, колдуй, — помертвевшим голосом сказал Роджер.

— Нет, — твердо сказала Илис. Она отступила на шаг и зачем-то сунула руку за пазуху. — Не буду.

— Тогда — беги! — заорал Роджер и выдернул из ножен мечи.

Это был самоубийственный поступок, но сделаного не воротишь. Грэм одной фразой на наи сказал приятелю все, что о нем думает, и тоже схватился за меч. Он уже видел, впрочем, что все бесполезно: человек десять солдат поднимали заряженные арбалеты. Илис, едва услышав крик Роджера, рванулась вбок, проскользнула мимо солдат и затерялась в толпе. Грэм был несколько разочарован: вместо того, чтобы разок использовать свои магические силы вопреки принципам и спасти всех четверых, Илис предпочла остаться верной себе и улизнула одна. Что ж, может, так и было правильнее.