Голос дороги - Крушина Светлана Викторовна - Страница 56

Илис лежала на спине, раскинув крестом руки. Ее темные волосы разметались по снегу, глаза были закрыты, побелевшие губы раздвинулись в странной, страшной улыбке, обнажавшей зубы, из носа тонкой струйкой текла кровь. Дышала она или нет, было непонятно, но Грэму показалось, что нет. Не поднимаясь с колен, он подвинулся к ней, склонился было над беззащитно распростертым телом — и обернулся на хриплый голос Роджера:

— Где мы?

— Не знаю, — ответил Грэм и обернулся. Роджер стоял уже в полный рост, хотя его заметно шатало, и оглядывал окрестности мутным взором.

— Где Илис?

— Здесь, — сказал Грэм и отодвинулся.

Несколько секунд Роджер смотрел на Илис, потом сделал несколько неверных шагов и упал рядом с ней на колени.

— Она жива? — как-то очень беспомощно спросил он, вперив в нее отчаянный взгляд черных глаз.

— Не знаю, — повторил Грэм.

Роджер вздрогнул и наклонился к девушке.

— Илис! — позвал он хрипло.

Она не отзывалась и не шевелилась. Тогда он схватил ее за плечи и принялся трясти:

— Лисси! Лисси!..

Его лицо выражало крайнюю степень отчаяния; Грэм и он не думал, что Роджер способен на такие сильные чувства. Смотреть на него было тяжко, так что Грэм отошел к Марьяне, чтобы узнать, насколько сильно она пострадала. К счастью, она только лишилась чувств. Грэм подстелил плащ, перевернул Марьяну на бок, и, помедлив, вернулся к Роджеру. Ноги едва повиновались ему. Роджер все еще стоял на коленях перед Илис, и его лицо, искаженное ненавистью, отчаянием и горем, испугало Грэма.

— Роджер, — сказал он как мог мягче и положил руку на плечо приятеля. — Не надо. Она мертва.

— Нет, — сказал Роджер сдавленным голосом и снова затряс Илис. — Нет. Лисси!.. Этого не может быть.

— Роджер…

— Отправляйся к Безымянному, Соло! — заорал Роджер, обернувшись к нему и прижимая к себе Илис. Глаза его опасно блестели. — Пошел прочь, пока я тебя не прикончил!

Тут Илис приоткрыла свои огромные ведьминские глазищи и едва слышно сказала:

— Роджер, ну хватит уже орать… И не тряси меня… Я так устала… я спать хочу… — и снова закрыла глаза.

Грэм чуть было не расхохотался. Раз Илис ехидничает, значит, умирать пока не собирается. Роджер тоже явственно просветлел лицом.

— Да восславится Перайна, — прошептал он. Выпустив Илис из объятий, он бережно уложил ее обратно и уткнулся лбом в снег. — Благодарю тебя, милосердная Перайна!

Впервые Грэм слышал, чтобы его приятель-побратим славил богиню-целительницу. Обычно все его мольбы, проклятия и клятвы были обращены к безжалостной богине войны Рондре и к Безымянному, очень редко — к Эфферду или Борону, но уж ни в коем случае не к Перайне. Коленопреклоненный рядом с Илис и славящий Перайну Роджер выглядел странно, и Грэм сначала отвернулся, чтобы не видеть этой душераздирающей картины, а потом решил вернуть его с небес на землю.

— Роджер, — снова позвал он и невольно отпрянул, когда тот резко повернулся и вскинул пылающие прежним яростным огнем глаза. — Понимаю твои чувства, но хочу напомнить, что Илис едва ли будет лучше от лежания на снегу…

— Твоя правда, — согласился Роджер, бережно поднял Илис на руки и встал. Девушка лежала спокойно и даже не дернулась, оказавшись прижатой к широкой груди своего добровольного охранника. Она то ли спала, то ли снова впала в беспамятство. — Но куда идти? Мы даже не знаем, куда нас занесло.

— Там, — Грэм махнул рукой в сторону темнеющего на горизонте сооружения, — вероятно, находится город. Хотя я в этом не уверен. Эх, хотел бы я знать, что случилось, и куда мы попали! Впрочем, после такого светопреставления нам лучше не показываться некоторое время в людных местах, по крайней мере, открыто, а то Илис быстренько отправят на костер.

Про себя он отметил, что обязательно нужно будет поговорить с Илис о ее способностях. Она — или Брайан, — чего-то явно не договаривали. Не мог необученный магик устроить такую мясорубку, какую закрутила Илис (да и вообще, насколько понимал Грэм, мало какой мог). Или ее способности просто экстраординарны, или на самом деле она прошла посвящение, но скрывает это… и в этом случае ее способности тоже далеко не средненькие, насколько Грэм вообще мог судить о способностях в сфере магии. Тогда становится понятным волнение Крэста: посвященный магик безумной силы без присмотра… Магик, через которого прет неуправляемый поток магии…

— Боюсь, слух о сегодняшних событиях быстро разнесется по округе, — сказал Грэм. В голове быстро прояснялось, и боль отпускала, что не могло не радовать. — Так что давайте попробуем отыскать укромное место, где поменьше снега, и пересидим там, пока всем нам не станет лучше. Хорошо бы найти пещеру, но сойдет и каменная гряда, главное, чтобы ветра не было.

— Да уж, спектакль Илис устроила отменный, — согласился Роджер. Его снова шатнуло, и Грэм только сейчас вспомнил о его, — да и о своих заодно, — ранах, которые по-прежнему сочились кровью. Следовало их обработать, и как можно скорее. — Надо уходить, поскольку, сдается, от Обооре мы убрались недостаточно далеко… Как твоя подружка, жива?

— Жива, — ответил Грэм. — И пострадала меньше всех. Она вовремя потеряла сознание.

— Повезло ей. Я-то уж не чаял живым вырываться, Борону вовсю молился. А вот надо же, отпустило. Интересно знать, что она сделала, — сказал Роджер задумчиво и пристально вгляделся в разгладившееся лицо Илис. — Я ведь ни разу так и не спросил, каково это — обладать такой силой…

— Еще спросишь. Ладно, Роджи, надо уже уходить…

— Пойдем. Только подожди секунду, у меня что-то голова кружится, — сказал Роджер и упал.

2

В мясорубке, устроенной Илис, изрядно поломало всех четырех, хотя кому-то досталось больше, а кому-то — меньше. Сама Илис долго не приходила в сознание, а когда очнулась, не смогла идти самостоятельно, настолько она ослабла. Роджеру пришлось нести ее на руках, хотя ему самому было немногим лучше. Чудовищные магические тиски помяли ему ребра, но он молчал до последнего, несмотря на то, что стало больно дышать. Марьяна пришла в себя позже. Она была целехонька, — обошлось даже без синяков, — и вполне уверенно держалась на ногах.

Подходящей пещеры поблизости не нашлось, так что пришлось располагаться на отдых рядом с огромными валунами, торчавшими посреди долины. Камни заслоняли путников от ветра, и снега под ними не было. Грэм и Роджер уложили девушек на землю, закутав их в плащи, наломали веток с окрестных чахлых деревьев и развели небольшой костер, чтобы согреться и немного перекусить. Все их вещи, как ни странно, уцелели и перенеслись за город вместе с ними.

— Мы замерзнем насмерть, — сумрачно сообщил Роджер, ни к кому конкретно не обращаясь. Он протянул руки над огнем и пытался отогреться. Почти вся его теплая одежда перекочевала к Илис, на которую он старался не смотреть, стыдясь недавней вспышки.

— Есть какие-то предложения? — спросил Грэм.

Они уже перевязали свои раны, но до этого успели потерять много крови, и теперь обоим было нехорошо.

— Надо идти в город. Сейчас все-таки не лето, чтобы гулять по диким просторам.

— В город? — переспросил Грэм с сомнением. — Но нас легко узнать. У тебя, да и у меня, слишком заметная внешность, а Илис… ну, ее точно запомнили.

— Придется рискнуть. Иначе мы погибнем.

— Лучше уйти подальше, хотя бы в Лигию. Тогда можно будет и рискнуть… А вообще у меня есть мысль податься в Наи.

— А что там такое, в Наи? — поинтересовалась Илис. Закутанная в теплый плащ по самый нос, она все еще была очень бледна, но глаза ее уже успели наполниться бесенятами.

— Там был мой дом, — просто сказал Грэм. — И я еще надеюсь, что там будет мой дом и в будущем.

— С ума сойти, — сказала Илис. — А я-то думала, что ты совсем безродный…

— Те люди называли тебя "господин", — робко сказала Марьяна. С того момента, как все закрутилось, она еще не раскрывала рта. Произошедшее потрясло ее, и она не знала теперь, что и думать, в ее глазах застыл страх. — Как знатного человека…