Темная королева - Кэррол Сьюзен - Страница 51

Арианн раздумывала, не совершает ли она серьезной ошибки, принимая здесь Ренара. Она озабоченно в последний раз взглянула на себя в зеркало. Ее стройную гибкую фигуру обтягивало шелковое розовое платье: прямой лиф со скромной светлой вставкой украшен бисерной вышивкой. Рукава с ярусами буфов плотно облегали запястья.

Платье раньше принадлежало Евангелине Шене и вызывало у Арианн массу сцен из прошлого. Она вспоминала, как мама украдкой покидала зал, полный знатных гостей папы, и, шурша мерцающим шелком, поднималась в спальню, чтобы пожелать своим девочкам спокойной ночи.

Арианн не трогала это платье раньше, хотя оно было завещано ей. Габриэль нашла бы этот фасон старомодным, а Мири была еще слишком мала. Арианн чувствовала себя в нем несколько неловко, словно оно, как и звание Хозяйки острова Фэр, не совсем ей подходило.

И все же сегодня она не выглядела, как обычно, строгой хозяйкой дома – украшенные скромной ниткой жемчуга темные волосы уложены под легкой вуалью. Взгляд мягче обычного, на щеках румянец ожидания.

– Госпожа Арианн! – влетела в спальню маленькая горничная Бетт. – Он здесь. Месье граф здесь.

С трепещущим сердцем Арианн отвернулась от зеркала. Едва успела собраться с духом, как появился Ренар. Бетт, задыхаясь от волнения, представила его, как будто представляла самого короля Франции. Арианн толком не поняла, чем так взволнована девочка.

Ренар сегодня выглядел совсем по-графски: внушительная фигура в зеленом бархатном камзоле с прорезями, темные короткие штаны, на плечо наброшен короткий плащ. Золотисто-каштановые волосы подстрижены, квадратный подбородок чисто выбрит. Выглядел он величественно, и все же Арианн подумала, что предпочла бы его видеть в грубой кожаной безрукавке и истоптанных охотничьих сапогах. Этот Ренар казался более отчужденным, неприступным.

Тяжелые веки Ренара скрыли, что, и он чуточку ошарашен. Он уже видел Арианн во многих обличьях – любящей сестры, дочери простого рыцаря, целительницы, собиравшей в свой простой фартук травы. Стоявшая перед ним высокая величественная женщина вдруг дала почувствовать, что перед ним Хозяйка острова Фэр.

Арианн плавной походкой вышла вперед и присела в церемонном реверансе.

– Месье граф! Добро пожаловать в наш дом.

– Благодарю вас, сеньора. Весьма рад быть у вас, – ответил Ренар, склонившись к ее руке.

Они встретились взглядами, и обоих, кажется, одновременно поразила нелепость этой процедуры после пережитого ими днем. Ренар легко усмехнулся, у Арианн в насмешливой улыбке дрогнули губы.

Еще немного волнуясь, девушка поспешила объяснить:

– Мы больше не собираемся в большом зале внизу. С того времени, как… – По лицу Арианн пробежала тень.

«Как папа нас покинул», – прочел ее мысль Ренар. Она быстро опустила ресницы:

– Теперь у нас бывает мало гостей, и мы больше принимаем за столом менее официально. Надеюсь, вы не возражаете.

Возражать? Его вообще удивило, что она достаточно доверилась ему, чтобы пустить в это святая святых. И смирило, потому что он понимал, как мало заслуживал такое доверие. Безжалостно подавляя прилив угрызений совести, он ответил:

– Для меня большая честь, сеньора.

Он с интересом оглядывал помещение, которое, очевидно, много поколений служило личным убежищем Хозяек острова Фэр. Явно женские покои – от портьер мягких тонов до украшенного узором роз ковра. Взгляд Ренара остановился на вделанном в стену шкафу. Интересно, не там ли прячет их Арианн – все эти невиданные книги, о которых с завистью рассказывала старая Люси. Устыдившись своих размышлений, Ренар перевел взгляд на Арианн.

– Сегодня вы так прекрасны, – тихо сказал он.

– Думаю, из-за платья. Оно принадлежало матери, хотя, по-моему, оно идет мне не больше, чем ее звание.

– И то и другое подходят вам как нельзя лучше, милочка.

Ренар поднес ее руку к губам. У Арианн задрожали пальцы.

Им помешало громкое хмыканье стоявшей в дверях золотоволосой красавицы. Та была облачена в модное платье, усыпанное мелким жемчугом, стройную шею подчеркивал небольшой белый плоеный воротничок. Даже синяк под глазом почти не уменьшал надменного совершенства лица Габриэль.

Арианн с виноватым видом отдернула руку:

– О-о… э-э… Габриэль. Месье граф, вы… вы помните еще одну мою сестру, Габриэль?

– Конечно же, – чинно поклонился Ренар.

Хотя в предыдущие визиты он мало обращал внимание на среднюю сестру Арианн, но сомневался, что скоро забудет враждебность, которую излучали эти холодные голубые глаза. Она оглядела его сверху донизу с презрением принцессы, страдающей от большого мерзкого тролля, захватившего ее королевство. Ренару приходилось испытывать презрение женщин, выше по положению и более умудренных опытом, нежели Габриэль Шене. Поймав ее взгляд, он увидел в нем много детского, к тому же с отпечатком перенесенной обиды, и попытался мило улыбнуться.

– Мадемуазель, я рад, что вы составили нам компанию. У меня для вас подарок.

– О-о, – с деланным безучастием произнесла Габриэль.

– Не то чтобы подарок, но, по-моему, что-то такое, что сегодня вы, возможно, где-то оставили.

Ренар отстегнул ножны и протянул ей шпагу. Простой, прочный, видавший виды клинок, потертый эфес – настоящее боевое оружие.

– Она определенно не принадлежит ни одному из охотников на ведьм. Мне говорили, что видели, как вы пускали ее в ход, – вопросительно глядя на Габриэль, заметил Ренар.

Ее высокомерия как не бывало, щеки залило краской. Габриэль приняла протянутую ей шпагу:

– Э-э… а-а, да.

– Она принадлежала вашему папе?

Габриэль неуверенно переглянулась с Арианн, та тоже чувствовала себя несколько неловко.

– Да, – выпалила Арианн. – Это… это шпага моего отца.

Ренар изучающе разглядывал обеих женщин, пытавшихся избегать его острого взгляда. Итак, шпага явно не папина. Интересно, чья же тогда?

– Вам не следовало брать шпагу, Габриэль. Позднее вы должны постараться вернуть ее… туда, где нашли.

Сестры молча переглянулись, но Ренар не успел выведать дальше: в комнату, стараясь спрятаться под спадающими на лицо длинными блестящими белокурыми волосами, проскользнула Мири Шене.

Когда Ренар с ней поздоровался, она, что-то пробормотав, юркнула под защиту юбок Арианн. Если Арианн была в семье хозяйкой, а Габриэль – принцессой, то Мири, несомненно, была сказочным ребенком, диковатым, чуточку не от мира сего и довольно хрупким.

Бережно обняв сестренку за плечи, Арианн сказала:

– Вы уж простите Мири, сеньор. Она довольно стеснительна при незнакомых.

Страшно стеснительна, и Ренар подумал, что недавняя пытка вряд ли помогла делу. Когда Мири украдкой выглянула из-за спины Арианн, он заметил что она до сих пор бледненькая, под глазами круги.

Как можно мягче он сказал:

– Мадемуазель, а у меня и для вас что-то есть.

Подойдя к двери, Ренар попросил горничную принести корзину, которую привез с собой. Присев на корточки, поставил корзину к ногам Мири:

– В церкви кое-что нашли. Осталось там, после того как все ушли. Пожалуй, это ваш приятель?

Ренар откинул крышку и показал тощего черного котенка с белыми лапками, который шипел, явно не от восторга, что попал в заточение. Когда тот выпрыгнул из корзинки, Габриэль испуганно вскрикнув, отпрянула назад.

Котенок держался диковато, очевидно, не был привычен к дому или другому жилью. Ренар подумал, правильно ли он сделал, притащив его сюда, но Мири чудесным образом преобразилась.

– О-о-х-х-х!

Глазки ее заблестели, на щеки вернулся румянец.

Котенок спрятался под стул, но Мири опустилась на колени, бормоча что-то утешительное. Котенок осторожно пополз к ней и скоро оказался у нее на руках.

Когда она встала на ноги, котенок, казалось, расплавился в ее руках, лишился костей, мурлыча, терся о ее подбородок. Мири напевала ему на ухо:

– Я так рада, что ты цел. Теперь тебе будет лучше. Будешь жить у нас на скотном дворе, и тебе не придется тревожить бедных мышек. Я каждый день буду давать тебе блюдечко сливок и немножко рыбки. И ты познакомишься с моими другими друзьями, такими как Геркулес.