Борьба за трон - Картер Ник - Страница 10

Но тут Ник Картер, к своему ужасу, заметил, что коридор закрыт сплошной стеной. Лишь сбоку находилась большая, обитая железом дверь.

Сыщик уже хотел вернуться назад, как вдруг, эта дверь с треском распахнулась и из нее вышел высокий, широкоплечий мужчина со связкой ключей в руках.

Он крайне изумился при виде королевы и сыщика.

Не успел он раскрыть рта, как Ник Картер с быстротой молнии бросился на него и схватил за глотку.

Связка ключей с шумом упала на пол.

Неизвестный только захрипел и от страшного удара по голове, нанесенного железным кулаком Ника Картера, свалился, точно пораженный молнией.

Ник Картер сразу сообразил, что незнакомец был не кто иной, как старший тюремный надзиратель.

Сыщик знал, что тюрьма находилась в непосредственном соединении с дворцом, а по форме неизвестного и связке ключей легко можно было догадаться, какую он занимает должность.

Ник Картер поднял его и, сделав знак королеве, вошел в дверь.

За дверью они очутились в помещении, имевшем не более десяти футов в квадрате. По-видимому, это была комната тюремного надзирателя.

У одной стены стоял диван, на который Ник Картер и положил надзирателя, связав ему предварительно ноги и руки.

Тем временем королева села на стул.

Вдруг надзиратель открыл глаза. Он увидел наклонившегося над ним сыщика и, по-видимому, не изумился. Но увидев королеву, он был озадачен.

– Ведь это королева, – шепнул он в крайнем недоумении.

– Она и есть, – спокойно отозвался Ник Картер, – что же тут особенного?

– Кто вы такой? – спросил надзиратель, вопросительно глядя на сыщика. – Я вас совершенно не знаю!

Не отвечая на вопрос, Ник Картер вынул кинжал из-за пояса надзирателя и, приставив его к груди связанного, спокойно произнес:

– Вы видите, что находитесь в моей власти! Самое разумное, что вы можете сделать – это повиноваться мне и отвечать на все мои вопросы. Говорите же: мы в данную минуту находимся между дворцом и тюрьмой и у вас ключ от выхода?

Надзиратель молчал, но когда Ник Картер слегка нажал кинжал, он заговорил:

– Теперь узнаю вас! Вы тот самый человек, который у подъезда гостиницы бежал от стражи! Берегитесь! Вы прострелили руку моему брату, который хотел остановить лошадей!

– Я сделал это при самообороне! Скажите, впрочем, что случилось с тем молодым человеком, который бежал вместе со мной?

– Он сидит здесь в одной из камер!

Надзиратель кивнул головой в сторону двери, которая вела в тюрьму.

– Что ж, – отозвался Ник Картер, – он просидит там недолго! А что с генералом Калабрия?

– В него попала пуля! Но уберите же кинжал! – проговорил надзиратель, – я и без того понимаю, что нахожусь в вашей власти!

– Посмотрим! Итак, что было с генералом?

– Я уже сказал, что в него попала пуля.

– Он убит?

– Нет, но тяжело ранен. Его отправили в госпиталь.

– Будет ли там за ним хороший уход?

– Уход? Да, священник находится при нем и уже причастил его. А народ на улице рвет и мечет! Вчера толпа его чуть не разорвала в клочья, а сегодня она повесила бы на первом фонарном столбе того, кто его ранил!

– Вот как? Стало быть народ образумился теперь?

– Как так образумился? – со злой насмешкой спросил надзиратель, – лучше скажите, что он совсем с ума сошел! Это будет ближе к истине! По всему городу выстроены баррикады и войска со штыками наперевес загоняют толпу в дома. Повсюду идет борьба, хоть в сущности никто не знает, зачем и почему! Народ почуял запах крови и требует крови!

Надзиратель умолк. Глаза его засверкали мрачным огнем. Он попытался приподняться, но сейчас же упал назад. Глядя на королеву, он воскликнул:

– Вы виновны во всем, ваше величество! Вас хотят убить! Вы довели народ до отчаяния! Вы призвали ко двору чужестранцев, которые погубили нашего короля и нашу страну! Вы – злой рок Коразона, одна только вы!

Несчастная королева пришла в полное отчаяние, выслушивая столь ужасные обвинения. Но Ник Картер поспешил утешить ее:

– Успокойтесь, – сказал он, – все эти недоразумения, все эти искажения истины не замедлят выяснится.

Затем он опять обратился к надзирателю с вопросом:

– Где ваш король?

– Мой король? – насмешливо воскликнул надзиратель, – у нас нет больше короля, а если и есть, то одному Богу известно, где он теперь находится! Здесь его нет, во дворце его тоже нет! С тех пор, как эта женщина прибыла к нам, его больше не видно! Его место занимает какой-то чужестранец, какой-то мошенник, человек, который никогда не был нашим королем! Да, заговор был коварен! А мы, дураки, ничего не замечали! Зачем мы не послушали генерала Калабрия? Напрасно мы восстали против него, лучшего друга народа, человека, в лице которого наш король видел второго отца! Убейте меня если хотите, но дайте договорить! Вот эта женщина виновна во всем несчастии, постигшем нашу страну! Она повергла генерала Калабрия в опалу, она виновна в его смерти, она заставила бежать принцессу, которую народ носил на руках и которая теперь вернулась!

– Принцесса? – воскликнул Ник Картер, – Нердиния? Где она находится теперь?

– Этого вы еще не знаете? Странно, – ответил он изумленным тоном, – но скорее вы меня можете четвертовать, чем я выдам ее!

– А что сталось с тем мужчиной, который прибыл вместе с ней? – спросил Ник Картер, вспоминая о Дике.

– С американцем? Я слышал, что с ним уже все счеты покончены!

Вдруг надзиратель умолк.

Королева встала, подойдя к стене, вынула кинжал из ножен, висевших на стене, подошла к надзирателю и, не говоря ни слова, перерезала веревки, которыми он был связан. Затем она передала кинжал надзирателю, который совершенно растерялся от изумления.

– Выслушайте меня, – проговорила она спокойно, глядя в его налитые кровью глаза, пока он вертел кинжал в руках, как бы не зная, что с ним делать, – все, что вы рассказали обо мне, не что иное, как сплошная ложь! Я не виновна в том, в чем вы меня обвинили! Я знаю вас, так как я слышала о вас от поручика Селла!

– Селла! – встрепенулся надзиратель, но королева дала ему знак молчать.

– Мне говорили о вас, – продолжала она, – как о "злом Виго"! Повторяю, все то, что вы говорили обо мне, – сплошная ложь! Я заявляю вам об этом и разрешаю оповестить весь народ о моем заявлении, для того, чтобы он лучше узнал меня и не воображал, что я его враг! Я несчастная, обманутая женщина, обманутая гнусным негодяем! Слушайте меня, Виго! Когда меня познакомили с королем, моим женихом, я видела его в первый раз в жизни. Через три дня состоялась свадьба! До этого я всегда неотлучно находилась при дворе моего отца! Откуда же мне было знать, что передо мной стоит самозванец! Откуда же мне было знать, что он не ваш король, а подставное лицо и что шайка гнусных заговорщиков ввела в заблуждение моего отца и меня? Я не верю, чтобы ваш король ушел из дворца! Теперь я знаю, я узнала об этом не далее, как полчаса тому назад, – что король Жуан II вовсе не мой супруг, что я вовсе не королева Коразона! Понимаете ли вы теперь, что меня обманули самым отвратительным образом, больше чем вас и ваших соотечественников? Понимаете ли вы теперь, какие ужасные злодеяния были совершены заговорщиками? На место законного короля был водворен, по всей вероятности, какой-то понтеведринский проходимец, очень на него похожий! Вся свита этого самозванца есть шайка заговорщиков. Даже мой отец не догадался, в чем дело. Вернувшись ко двору, лишь немногие заметили перемену в поведении короля. Одним из этих немногих были вы, Виго, и вы взвалили всю вину на меня, хотя я была обманута не хуже вас; я выносила ужасные душевные пытки, так как здесь я была лишь пленницей. А почему меня держали взаперти? Потому что боялись, что я узнаю об этом мошенничестве!

Королева сильно волновалась. Теперь она указала на Ника Картера.

– Вот этому человеку, – продолжала она, – обязана я выяснением всего дела! Когда мы давеча проходили по коридору, мимо нас прошел тот, который выдает себя за короля! Мой спутник сразу разъяснил мне весь обман и у меня точно пелена спала с глаз! Я поняла, почему со мной обходились как с пленницей! А теперь, Виго, вы имеете в руках кинжал! Если вы не верите мне, то убейте меня! Лучше умереть, чем еще переносить подозрение, будто я принимала участие в этом гнусном заговоре!