Собрание сочинений. Том 9 - Маркс Карл Генрих - Страница 131

К. МАРКС

ПЕРСИДСКАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ В АФГАНИСТАН И РУССКАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ В СРЕДНЮЮ АЗИЮ. — ДАНИЯ. — ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ НА ДУНАЕ И В АЗИИ. — УИГАНСКИЕ УГЛЕКОПЫ[349]

Лондон, пятница, 4 ноября 1853 г.

Персидский посол при Сент-Джемском дворе Шафи-хан неожиданно отозван шахом из Англии. Это отозвание удивительным образом совпадает с операциями Персии в Афганистане[350], где она, как говорят, заняла Герат, а также с русской экспедицией в Хиву[351], столицу Хивинского ханства. Персидскую и русскую экспедиции можно рассматривать, как два похода, направленных, один с запада, другой с севера, на Пенджаб — северный аванпост английских владений на Востоке. Русской экспедицией командует генерал Перовский, тот самый, экспедиция которого в Хиву в 1839–1840 гг. оказалась неудачной. За последние годы русские создали флотилию на Аральском море и могут теперь подняться вверх по Аму-Дарье.

Большая русская эскадра крейсирует в Балтийском море, где она недавно имела возможность разведать укрепления Слите и гавань шведского острова Готланда, которым Россия жаждет завладеть так же, как она завладела Аландскими островами, расположенными вблизи побережья Швеции и сильно укрепленными Россией в 1836 году. От Готланда русский флот Проследовал в Каттегат и Зунд с целью поддержать coup d'etat {государственный переворот. Ред.}, намечаемый датским королем на тот весьма вероятный случай, если сейм в Копенгагене откажется покорно принять так называемую конституцию для всего государства (Gesammt-Staats-Verfassung), октроированную великодушным царем. Положение в Копенгагене таково: датскому правительству удалось добиться отмены Lex Regia и введения нового закона о престолонаследии благодаря поддержке со стороны членов крестьянского союза. Эта партия, возглавляемая полковником Чернингом, стремится главным образом к превращению Feste Gut — разновидности феодального крестьянского держания — в свободную собственность и изданию муниципальных законов, благоприятствующих интересам крестьянства и улучшению его положения. Национально-либеральная партия в собственном смысле слова— партия эйдердатчан, которая образовала в 1848 г. министерство «Казино»[352], навязала королю конституцию 1849 г. и вела войну против Шлезвиг-Гольштейна, — состоит по преимуществу из лиц интеллигентных профессий и подобно всем другим либеральным партиям на континенте пренебрегает необходимостью учитывать интересы основной массы народа, которую в Дании составляют крестьяне. Таким образом, она лишилась своего влияния на народ, и правительству удалось почти совершенно не допустить ее в состав нынешнего фолькетинга, где сейчас едва ли насчитывается более десяти ее представителей. Однако правящие круги, избавившись с помощью членов крестьянского союза от ненавистной им оппозиции эйдердатчан, сбросили маску, назначили премьер-министром г-на Эрстеда, фигуру, одинаково одиозную для обеих партий, и не только перестали заискивать перед крестьянской партией, но и запретили посредством королевского вето опубликование нового муниципального закона, внесенного в свое время самим же правительством в качестве приманки для крестьян. Члены крестьянского союза, обманутые и оскорбленные правительством, вошли в коалицию с партией эйдердатчан и назначили Монрада — священника и одного из лидеров партии эйдердатчан — вице-председателем конституционного комитета. С образованием этой коалиции отпала всякая надежда на отмену конституции конституционным путем, и вот — поскольку весь план был разработан московитами и в их интересах — в критический момент в датских водах появляется русская эскадра.

Все венские и берлинские газеты подтверждают известие о форсировании Дуная крупными силами турецкой армии. По сообщению «Oesterreichische Correspondenz», русские отбросили турок в Малой Валахии. В одной из телеграмм сообщается, что 21 октября между двумя армиями произошло серьезное сражение в Азии. До получения более подробных и достоверных сведений мы воздержимся от высказывания своего суждения по поводу обстоятельств, которые могли побудить турецкого главнокомандующего перейти Дунай у Видина; на первый взгляд этот маневр кажется грубой ошибкой. «Kolnische Zeitung» сообщает, что князь Горчаков наложил в Валахии арест на все денежные фонды (не указывается, какие именно — казенные или другие); а согласно другой немецкой газете, этот же генерал приказал вывезти в глубь страны все запасы зерна, сосредоточенные на Дунае и предназначенные для экспорта за границу.

Сегодняшние французские газеты подтверждают известия об успехах, которых добился Шамиль в боях с войсками князя Воронцова. В «Agram Gazette» сообщается, что князь Данило получил из России важное письмо, по ознакомлении с которым он приказал свезти в Жабляк весь собранный на территории Черногории хлеб. В Черногории заготовляются патроны и отливаются пули. Утверждают, будто Россия сообщила черногорскому владыке, что столкновение между турками и русскими неизбежно, что война будет носить патриотический, священный характер и что черногорцы обязаны тщательно охранять свои границы, чтобы соседние провинции не могли оказывать помощи Порте.

Венская газета «Wanderer» от 27 октября пишет, что, согласно полученному из С.Петербурга письму, император Николай издал приказ о создании резервной армии, штаб-квартира которой будет находиться на Волыни.

В минувший вторник в Блэкберне произошли волнения в связи с выборами членов попечительского совета церкви св. Петра; при этом прибегли к вмешательству солдат.

Относительно волнений, имевших место в Уигане, лидер престонских рабочих г-н Кауэлл заявил на публичном митинге:

«Он весьма сожалеет о случившемся в Уигане. Ему жаль, что у рабочих Уигана не хватило сознания искать выхода не в уравнительной системе. Рабочим не было никакого смысла собираться вместе и уничтожать созданную ими же собственность. Сама по себе собственность никогда не причиняет им вреда; люди, владеющие этой собственностью, — вот кто тираны. Пусть же рабочие уважают собственность и человеческую жизнь. Действуя миролюбиво, соблюдая порядок и спокойствие, они могут быть уверены в благоприятном для них исходе борьбы».

Я далек от того, чтобы оправдывать бесцельные акты насилия, совершенные уиганскими углекопами, которые поплатились за это кровью семи человек. Но, с другой стороны, для меня ясно, насколько трудно — особенно низшим слоям рабочего класса, к которым, несомненно, принадлежат углекопы, — действовать «миролюбиво, соблюдать порядок и спокойствие», когда их вынуждают на акты отчаяния крайняя нужда и невозмутимая наглость хозяев. Последние специально провоцируют волнения, чтобы иметь возможность вызвать вооруженную силу и разогнать все собрания рабочих по предписанию местных властей, как это и было сделано ими в Уигане. Повод для волнений, которые произошли в пятницу днем в городе Уигане, был дан угольными королями, собравшимися в большом числе на свое окружное собрание в Уайтсайдс Роял-отеле, чтобы обсудить требования углекопов, и принявшие решение отклонить любой компромисс с рабочими. Имевшее место в понедельник нападение на лесопильные заводы в Хейге, близ Уигана, было направлено против углекопов-переселенцев, привезенных из Уэльса агентом графа Балкарреса, г-ном Писом, для замены бастующих рабочих угольных копей.

Углекопы поступили, конечно, неправильно, применив по отношению к своим товарищам-рабочим насилие, чтобы помешать им делать ту работу, которую они прекратили. Но когда мы видим, как хозяева взаимно обязуются штрафовать друг друга на большие суммы, чтобы заставить всех присоединиться к локауту, вряд ли приходится удивляться тому, что рабочие более грубо, но менее лицемерно применяют силу для проведения своей стачки! Сам г-н Джозеф Юм заявляет в письме, адресованном престонским рабочим: