Собрание сочинений. Том 12 - Маркс Карл Генрих - Страница 89

Наступать на такую крепость, используя обычные траншеи в соответствии с правилами осады, было бы безумием, даже если бы имелось в наличии первое необходимое для этого условие, а именно, военные силы, достаточно многочисленные, чтобы обложить крепость со всех сторон. При общем состоянии укреплений, при дезорганизации и сильном упадке духа защитников всякий другой способ атаки, кроме того, который был избран наступающими, был бы глубоко ошибочным. Этот способ хорошо известен военным под названием атаки открытой силой (attaque de vive force). При этом укрепления — поскольку они могут служить защитой от атаки открытой силой только при отсутствии у осаждающих тяжелых орудий — без дальнейших околичностей разрушают артиллерией; одновременно внутреннюю часть крепости подвергают непрерывной бомбардировке, и как только бреши в стене становятся достаточно широкими, войска бросаются на штурм.

Атака была направлена на северную часть стены, расположенную как раз против английского лагеря. Этот участок состоит из двух куртин и трех бастионов и образует небольшой входящий угол у центрального (Кашмирского) бастиона. Восточная часть, от Кашмирского до Водного бастиона, является более короткой и немного выступает вперед по сравнению с западной частью, между Кашмирским и Морийским бастионами. Пространство перед Кашмирским и Водным бастионами было покрыто низким кустарником, садами, постройками и пр., которые не были снесены сипаями и служили прикрытием для атакующих. (Это обстоятельство объясняет, каким образом англичане так часто могли преследовать сипаев под огнем пушек крепости, что считалось тогда величайшим геройством, в действительности же было делом мало опасным, поскольку англичане имели такое прикрытие.) Кроме того, на расстоянии примерно 400 или 500 ярдов от этой позиции, в том же направлении, что и стена, проходил глубокий овраг, который представлял собой естественную параллель для атаки. Так как, к тому же, река могла послужить прекрасной опорой для левого фланга англичан, то выбор слегка выступающего вперед участка стены между Кашмирским и Водным бастионами в качестве главного пункта для атаки был весьма целесообразен. Одновременно была произведена демонстративная атака западной куртины и бастионов, и этот маневр оказался столь удачным, что сипаи направили свои главные силы для ее отражения. Они собрали сильный отряд в предместье вне Кабульских ворот с целью создать угрозу правому флангу англичан. Их маневр был бы совершенно правильным и весьма эффективным, если бы западной куртине между Морийским и Кашмирским бастионами угрожала наибольшая опасность. Фланкирующая позиция сипаев была бы превосходна в качестве средства активной обороны, так как каждая колонна нападающих при своем продвижении вперед была бы сразу взята ими во фланг. Но выгодность этой позиции не оказывала никакого влияния на положение восточной куртины между Кашмирским и Водным бастионами, и таким образом занятие этой позиции только отвлекло лучшую часть сил защитников от решающего пункта.

Выбор позиций для батарей, их устройство, вооружение и организация их обслуживания достойны величайшей похвалы. У англичан было около 50 пушек и мортир, сосредоточенных в мощные батареи и укрытых за хорошими, прочными парапетами. У сипаев, согласно официальным сообщениям, на атакованном участке было 55 пушек, но они были разбросаны по небольшим бастионам и башням Мартелло, не могли действовать согласованно и были едва прикрыты жалким парапетом в три фута вышины. Нескольких часов, несомненно, оказалось достаточно, чтобы заставить замолчать артиллерию осажденных, а после этого оставалось сделать уже немного.

8-го числа 1-я батарея в количестве 10 пушек открыла огонь с расстояния в 700 ярдов от стены. В течение следующей ночи овраг, о котором говорилось выше, был превращен в своего рода траншею. 9-го числа пересеченная местность и постройки перед этим оврагом были захвачены без сопротивления, а 10-го вступила в действие 2-я батарея из 8 пушек. Эта батарея находилась в 500 или 600 ярдах от стены. 11-го числа 3-я батарея, установленная с большой отвагой и искусством в 200 ярдах от Водного бастиона на пересеченном участке местности, открыла огонь из 6 пушек; в то же время город обстреливали десять тяжелых мортир. Вечером 13-го числа пришло донесение, что бреши — одна в куртине, примыкающей к правому флангу Кашмирского бастиона, другая — в левом фасе и фланге Водного бастиона — достаточно широки для штурма, и тогда был отдан приказ об атаке. 11-го числа сипаи соорудили контрапрош на гласисе между этими двумя бастионами, которым угрожала опасность, и прорыли стрелковый ложемент на расстоянии около трехсот пятидесяти ярдов от английских батарей. Кроме того, от позиции за Кабульскими воротами они продвинулись вперед для фланговых атак. Но эти попытки активной обороны выполнялись без общего плана, без взаимной связи и без подъема и не привели ни к каким результатам.

На рассвете 14-го числа пять английских колонн двинулись в атаку. Одна, находившаяся на правом фланге, должна была завязать бой с отрядом сипаев у Кабульских ворот и, в случае успеха, атаковать Лахорские ворота. По одной колонне было направлено против каждой бреши, одна колонна была послана против Кашмирских ворот с задачей взорвать их, и одна должна была служить резервом. Действия всех этих колонн, за исключением первой, увенчались успехом. Бреши защищались осажденными сравнительно слабо, зато сопротивление в соседних со стеною домах было очень упорным. Благодаря героизму одного офицера и трех сержантов-саперов (ибо это был действительно героизм) удалось взорвать Кашмирские ворота, и таким образом действовавшая там колонна также проникла в город. К вечеру весь северный участок находился в руках англичан. Однако здесь генерал Уилсон приостановил дальнейшее продвижение. Беспорядочный штурм был прекращен, пушки подтянуты и направлены против всех сильных позиций внутри юрода. Настоящих боев, за исключением штурма арсенала, было, по-видимому, очень мало. Восставшие пали духом в стали массами покидать город. Уилсон осторожно продвигался внутрь города; после 17-го числа он уже почти не встречал сопротивления и занял город полностью 20-го числа.

Мы высказали свое мнение о действиях атакующих. Что касается защитников, то попытка наступательных контрманевров, фланкирующая позиция у Кабульских ворот, контрапроши, стрелковые ложементы — все это показывает, что кое-какие понятия о военном искусстве уже проникли в среду сипаев; но эти понятия были либо недостаточно ясны, либо недостаточно хорошо усвоены, и поэтому сипаи были не в состоянии применять их со сколько-нибудь значительным успехом. Трудно, разумеется, решить, исходили ли эти понятия от самих индийцев или от некоторых европейцев, действовавших на их стороне; но несомненно одно: эти попытки, как бы они ни были несовершенны, в своей основе сильно напоминают активную оборону Севастополя; их осуществление выглядит так, как будто какой-то европейский офицер составил для сипаев правильный план, но либо сами сипаи были не в состоянии уяснить себе вполне идею этого плана, либо же дезорганизация и отсутствие командования превратили вполне реальные проекты в слабые и неудачные попытки.

Написано Ф. Энгельсом 16 ноября 1857 г,

Напечатано в газете «New-York Daily Tribune» № 5188, 5 декабря 1857 г. в качестве передовой

Печатается по тексту газеты

Перевод с английского