Собрание сочинений, том 19 - Маркс Карл Генрих - Страница 141

Ald, alt, old, olt, uld, ult превращаются в oud, out. Этот переход встречается уже в средне-нидерландском языке, в котором, однако, попадаются еще guldin, hulde, sculde, наряду с goudin, houde, scoude (sollte), так что приблизительно известно время, когда произошел этот переход. Он составляет также особенность нидерландского языка, по крайней мере, в противоположность всем континентальным германским диалектам; напротив, он имеется также в английском ланкаширском диалекте: gowd, howd, owd вместо gold, hold, old.

Что касается согласных, то нидерландский язык не знает чистого g (заднеязычного итальянского, французского или английского g). Эта согласная произносится как сильно придыхательное gh, которое в некоторых сочетаниях звуков не отличается от глубоко заднеязычного (швейцарского, новогреческого или русского) ch. Мы видели, что этот переход g в ch был уже известен древнесалическому диалекту. Он встречается также в части рипуарского и саксонских диалектов, развившихся на некогда франкской почве, например в Мюнстере, где, так же как и в Берге, при известных условиях даже j в начале слова, особенно в иностранных словах, звучит как ch и где можно услышать Choseph и даже Chahr (Jahr). Если бы М. Гейне обратил на это внимание, то ему не причинили бы особых затруднений частое смешивание и взаимные аллитерации j, g и ch в Гелианде.

В начале слова нидерландский язык местами сохраняет wr: wringen — ringen [крутить, ломать], wreed — grausam [жестокий], wreken — rachen [мстить]. Остатки этого имеются и в рипуарском диалекте.

Из фризского языка нидерландский язык заимствовал смягчение уменьшительного окончания ken в tje, je: mannetje — Mannchen [человечек], bietje — Bienchen [пчелка], halsje — Halschen [шейка] и т. д. Но сохраняется и k: vrouken — Frauchen [женушка], hoeteken — Huttchen [хижинка]. Лучше сохраняется k во фламандском диалекте, по крайней мере в народном языке: известный человечек в Брюсселе называется mannekenpis[344]. Из фламандского, следовательно, заимствовали французы свое mannequin, а англичане mannikin. Множественное число обоих окончаний vroukens, mannetjes. С этим s мы еще встретимся в рипуарском диалекте.

Общим с саксонскими и даже со скандинавскими диалектами является в нидерландском языке выпадение d между гласными, особенно между двумя е: leder и leer, weder и weer, neder и neer, vader и vaer, moeder и moer — Mutter [мать].

Нидерландское склонение обнаруживает полное смешение сильных и слабых форм, а так как перегласовки во множественном числе также не бывает, то нидерландские образования множественного числа совпадают с рипуарскими или саксонскими только в очень редких случаях, и в этом также состоит весьма ощутительная особенность нидерландского языка.

Общей у салического и рипуарского со всеми ингевонскими диалектами является утрата признака именительного падежа в er, der, wer: по-нидерландски hij, de (член) и die (указательное местоимение), wie.

Анализ спряжения завел бы нас слишком далеко. Сказанного будет достаточно, чтобы повсюду отличать современный салический язык от граничащих с ним диалектов. Более обстоятельное исследование нидерландских народных говоров, наверное, откроет еще не мало важного.

II. Рейнско-франкское наречие. Этим выражением я обозначаю все прочие франкские диалекты. Если я здесь по-старому не противопоставляю салическому диалекту рипуарский, то для этого имеются достаточные основания.

Уже Арнольд[345] обратил внимание на то, что рипуарии в собственном смысле слова занимали сравнительно узкий район, южная граница которого более или менее определяется обоими селениями Рейффершейд — возле Аденау и Шлейдена. Это правильно постольку, поскольку этим самым чисто рипуарская область отграничивается также и в языковом отношении от областей, занятых подлинными рипуариями после других германских племен или одновременно с ними. Но так как название «ннжнефранкскнй диалект» теперь уже приобрело другое значение и включает также и салический диалект, то для группы близко родственных говоров, распространенных от салической языковой границы до этой линии, у меня остается только обозначение «рипуарские» в узком смысле слова.

1. Рипуарский диалект. Граница, отделяющая эту группу говоров от салической, отнюдь не совпадает с голландско-германской границей. Напротив, к салическому диалекту еще относится на правом берегу Рейна большая часть округа Реса, где в районе Везеля сталкиваются диалекты салический, рипуарский и саксонский. На левом берегу Рейна салическими являются Клеве и Гельдерн, примерно до линии, проводимой от Рейна, между Ксантеном и Везелем, на юг к деревне Влюн (к западу от Мёрса) и затем на юго-запад к Венло; установление более точных границ возможно только на месте, так как благодаря многолетнему голландскому управлению не только в Гельдерне, но и в графстве Мёрс на картах сохранилось много рипуарских названий в салическо-нидерландской форме.

Большая часть правого берега Мааса, — вверх по течению от окрестностей Венло, — по-видимому, рипуарская, так что политическая граница здесь нигде не пересекает салической области, а постоянно рипуарскую, и последняя тянется почти до самого Маастрихта. Названия на heim (не hem) и на специфически рипуарское ich встречаются здесь в большом числе на голландской территории, а дальше к югу — уже с передвижением согласных — на broich (голландское broek), например Dollenbroich у Рурмонда, а также и на rade (Bingelrade у Ситтарда, там же Amstenrade, Holbelrade и 6—7 других); доставшийся Бельгии небольшой отрезок немецкой территории, по правую сторону Мааса, — целиком рипуарский (ср. Krutzenberg в 9 километрах от Мааса с Kruysberg к северу от Венло). Даже по левую сторону Мааса, в бельгийском так называемом Лимбурге, я нахожу Kessenich у Маасейка, Stockheim и Reekheim на Маасе, Gellick у Маастрихта как доказательство, что здесь живет не чисто салическое население.

Рипуарская граница с Саксонией направляется из окрестностей Везеля к юго-востоку, все больше удаляясь от Рейна, между Мюлъгеймом на Руре и Верденом с франкской стороны и Эссеном — с саксонской, вплоть до бергско-маркской границы, которая еще и теперь служит границей между Рейнской провинцией и Вестфалией. Она покидает последнюю только к югу от Ольпе, откуда идет на восток, отделяя франкский Зигерланд от саксонского Зауэрланда. Далее к востоку вскоре начинается область гессенского диалекта.

Вышеупомянутая южная граница с диалектом, обозначенным мной как среднефранкский, приблизительно совпадает с южными границами старых областей Авальгау, Бонгау и Эйфлиа и идет оттуда на запад к области валлонского диалекта, скорее слегка придерживаясь южного направления. Очерченная таким образом территория обнимает старую большую область Рипуарию и части областей, примыкающих с севера и запада.

Как уже было сказано, рипуарский диалект во многих отношениях совпадает с нидерландским языком, но таким образом, что средненидерландский язык ближе к нему, чем новонидерландский. С этим новонидерландским языком в рипуарском диалекте совпадает произношение ei как е+i и ou вместо аи, а также переход i в е, который в рипуарском диалекте и средненидерландском языке заходит еще гораздо дальше, чем в новонидерландском: средне-нидерландские gewes, es, blend, selver (Silber [серебро]) звучат еще и теперь совсем по-рипуарски. Точно так же и притом последовательно и перед т или п со следующей согласной переходит в о: jong, lomp, domm, konst. Если же эта следующая согласная d или t, то она в некоторых говорах переходит в g или k; например, honk — Hund [собака], множественное число hong; здесь переход k в звонкий g есть результат влияния отпавшей конечной гласной е.