Собрание сочинений, том 19 - Маркс Карл Генрих - Страница 69

«Частная собственность, основанная на личном труде... вытесняется капиталистической частной собственностью, основанной на эксплуатации чужого труда, на труде наемном» (там же, стр. 341)[167].

В этом, совершающемся на Западе процессе дело идет, таким образом, о превращении одной формы частной собственности в другую форму частной собственности. У русских же крестьян пришлось бы, наоборот, превратить их общую собственность в частную собственность.

Анализ, представленный в «Капитале», не дает, следовательно, доводов ни за, ни против жизнеспособности русской общины. Но специальные изыскания, которые я произвел на основании материалов, почерпнутых мной из первоисточников, убедили меня, что эта община является точкой опоры социального возрождения России, однако для того чтобы она могла функционировать как таковая, нужно было бы прежде всего устранить тлетворные влияния, которым она подвергается со всех сторон, а затем обеспечить ей нормальные условия свободного развития.

Имею честь, дорогая гражданка, оставаться преданным Вам

Карл Маркс 

Написано К. Марксом 8 марта 1881 г.

Впервые опубликовано в «Архиве К. Маркса и Ф. Энгельса», книга I, 1924

Печатается по рукописи

Перевод с французского

К. МАРКС и Ф. ЭНГЕЛЬС

ПРЕДСЕДАТЕЛЮ СЛАВЯНСКОГО МИТИНГА, СОЗВАННОГО 21 МАРТА 1881 г. В ЛОНДОНЕ В ЧЕСТЬ ГОДОВЩИНЫ ПАРИЖСКОЙ КОММУНЫ

Гражданин!

С большим сожалением мы вынуждены сообщить Вам, что лишены возможности присутствовать на вашем митинге[168].

Когда Парижская Коммуна пала после свирепой бойни, устроенной защитниками «порядка», победители никак не предполагали, что не пройдет и десяти лет, как в далеком Петербурге произойдет событие[169], которое в конце концов должно будет неизбежно привести, быть может после длительной и жестокой борьбы, к созданию российской Коммуны.

Они никак не думали, что король Пруссии [Вильгельм I. Ред.], который своей осадой Парижа заставил правящую буржуазию вооружить народ и тем самым подготовил создание Коммуны, — что этот король десять лет спустя сам окажется осажденным в своей столице социалистами и сможет удержать свой трон, только объявив на осадном положении свою собственную столицу Берлин[170].

С другой стороны, континентальные правительства, которые после падения Коммуны своими преследованиями принудили Международное Товарищество Рабочих отказаться от своей формальной внешней организации и считавшие, что смогут сокрушить великое международное рабочее движение декретами и исключительными законами, — эти правительства никак не предполагали, что через десять лет это международное рабочее движение, более мощное, чем когда-либо, охватит рабочий класс не только Европы, но и Америки, и что общая борьба за общие интересы против общего врага объединит рабочих в новый и более широкий, стихийно возникающий Интернационал, все больше и больше перерастающий все внешние формы организации.

Итак, Коммуна, которую державы старого мира считали стертой с лица земли, — жива! Она стала сильнее, чем когда бы то ни было, и мы можем вместе с вами воскликнуть: Да здравствует Коммуна!

Написано К. Марксом и Ф. Энгельсом 21 марта 1881 г.

Впервые опубликовано в газете «Правда» № 308, 7 ноября 1933 г.

Печатается по рукописи

Перевод с английского

К. МАРКС и Ф. ЭНГЕЛЬС

ПИСЬМО РЕДАКТОРУ «DAILY NEWS»

Милостивый государь!

В сегодняшнем номере «Daily News», в статье, озаглавленной «Преследование газеты «Freiheit»», сообщается, что тот номер этой газеты, где была помещена статья о смерти русского императора [Александра II. Ред.], «заключал в себе также некоторые намеки на виновника таинственного покушения на дворец лорд-мэра». Так как это утверждение можно истолковать в смысле, совершенно противоположном содержанию упомянутой статьи, тогда как статья эта не имеет никакого отношения к статье по поводу петербургского события, и ввиду того, что редактор этой газеты г-н Мост в настоящее время не может сам выступить в печати в свою защиту, мы просим Вас поместить нижеследующий дословный перевод всего того, что было сказано в упомянутом номере «Freiheit» относительно «таинственного покушения на дворец лорд-мэра».

«Freiheit», 19 марта 1881 года:

«В среду вечером «неизвестной» рукой перед дворцом лорд-мэра в Сити был положен ящик с порохом весом около 15 фунтов. Он был подожжен с одного конца, но полицейский «случайно» заметил это и был настолько храбр, что погасил огонь. Нам непонятно, какую цель мог преследовать этот взрыв. Как бы то ни было, международная полиция, по-видимому, знает, как нажить капитал на этом деле. На другой же вечер правительству был сделан запрос в парламенте, какие меры оно намерено принять против социалистических шаек, которые обосновались в Лондоне. Но министр внутренних дел не счел нужным что-либо предпринимать и только пожал плечами в ответ. Это было все, что международной полиции удалось получить в награду за все ее старания».

Написано К. Марксом и Ф. Энгельсом 31 марта 1881 г. 

Напечатано в газете «The Daily News» 1 апреля 1881 г.

Печатается по рукописи, сверенной с текстом газеты

Перевод с английского 

Ф. ЭНГЕЛЬС СПРАВЕДЛИВАЯ ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА ЗА СПРАВЕДЛИВЫЙ РАБОЧИЙ ДЕНЬ[171]

 Таков был лозунг английского рабочего движения в течение последних пятидесяти лет. Он сослужил хорошую службу в период роста тред-юнионов после отмены в 1824 г. гнусных законов о союзах[172]; он сослужил еще лучшую службу в период славного чартистского движения, когда английские рабочие шли во главе европейского рабочего класса. Но времена меняются, и многое из того, что было желательно и необходимо пятьдесят, даже тридцать лет тому назад, — теперь устарело и было бы совершенно неуместно. Не относится ли это и к данному старому, освященному временем лозунгу?

Справедливая заработная плата за справедливый рабочий день? Но что такое справедливая заработная плата и что такое справедливый рабочий день? Как определяются они теми законами, при которых живет и развивается современное общество? Для ответа на этот вопрос мы должны обратиться не к науке о морали или о праве и не к сентиментальным чувствам гуманности, справедливости или хотя бы милосердия. То, что справедливо с точки зрения морали или даже права, может оказаться далеко не справедливым в социальном плане. Социальная справедливость или несправедливость определяются лишь одной наукой, а именно наукой, которая имеет дело с материальными фактами производства и обмена — наукой политической экономии.

Что же называет политическая экономия справедливой заработной платой и справедливым рабочим днем? Просто размер заработной платы и продолжительность и интенсивность рабочего дня, которые определяются конкуренцией между предпринимателем и рабочими на вольном рынке. И что же они собой представляют, если исходить из этого определения?

Справедливая заработная плата при нормальных условиях есть та сумма, которая нужна для того, чтобы обеспечить рабочему средства существования, необходимые, соответственно уровню жизни в его положении и в данной стране, для поддержания его работоспособности и для продолжения его рода. Действительные размеры заработной платы при колебаниях производства могут быть то выше, то ниже этой суммы; но эта сумма при нормальных условиях должна оказаться средней равнодействующей всех отклонений.