Собрание сочинений, том 19 - Маркс Карл Генрих - Страница 99

«находит общую общественную субстанцию меновой стоимости, — только последнюю он имеет здесь в виду, — в труде, а меру величины меновой стоимости — в общественно-необходимом рабочем времени и т. д.».

Я не говорю нигде об «общей общественной субстанции меновой стоимости», а говорю, что меновые стоимости (меновая стоимость существует лишь при наличии по меньшей мере двух таковых) представляют нечто им общее, что «совершенно независимо от их потребительных стоимостей» {т. е. в данном месте — от их натуральной формы}, а именно «стоимость». Так, мы читаем: «Таким образом, то общее, что выражается в меновом отношении, или меновой стоимости товаров, и есть их стоимость. Дальнейший ход исследования приведет нас опять к меновой стоимости как необходимому способу выражения, или форме проявления стоимости; тем не менее стоимость должна быть сначала рассмотрена независимо от этой формы» (стр. 13)[249].

Стало быть, я не говорю, будто «общая общественная субстанция меновой стоимости — это труд»; и так как я подробно рассматриваю в особом разделе форму стоимости, т. е. развитие меновой стоимости, то было бы странно сводить эту «форму» к «общей общественной субстанции», к труду. Г-н Вагнер забывает также, что предметом для меня является не «стоимость» и не «меновая стоимость», а товар.

Далее:

«Но эта теория» (Маркса) — «не столько всеобщая теория стоимости, сколько теория издержек, исходящая из Рикардо» (стр. 45).

Г-н Вагнер мог бы как из «Капитала», так и из сочинения Зибера[250] (если бы он знал русский язык) увидеть разницу между мной и Рикардо, который на деле занимался трудом лишь как мерой величины стоимости и в силу этого не нашел никакой связи между своей теорией стоимости и сущностью денег.

Если г-н Вагнер говорит, что это «не всеобщая теория стоимости», то он со своей точки зрения вполне прав, так как под всеобщей теорией стоимости он понимает мудрствование насчет слова «стоимость», что дает ему также возможность заниматься традиционным и обычным для немецких профессоров смешением «потребительной стоимости» и «стоимости», так как обе они имеют общее слово «стоимость». Но если он далее говорит, что это — «теория издержек», то это замечание либо сводится к тавтологии: товары, поскольку они суть стоимости, представляют лишь нечто общественное, труд, и именно постольку величина стоимости товара определяется, согласно моим взглядам, величиной содержащегося и т. д. в нем рабочего времени, стало быть нормальным количеством труда, которого стоит производство предмета и т. д.; господин же Вагнер доказывает противоположное тем, что он уверяет, будто эта теория стоимости не есть «всеобщая», так как она не соответствует взглядам г-на Вагнера насчет «всеобщей теории стоимости». Или же он утверждает нечто ложное: Рикардо (вслед за Смитом) смешивает стоимость и издержки производства; я уже в «К критике политической экономии», а также в примечаниях к «Капиталу» ясно показал, что стоимости и цены производства (которые лишь выражают в деньгах издержки производства) не совпадают. Почему они не совпадают? Этого я не сказал г-ну Вагнеру. Кроме того, я «действую произвольно», когда я якобы свожу

«эти издержки к так называемым трудовым затратам в узком смысле слова. Но для этого нужно предварительно привести доказательство, которое до сих пор отсутствует, а именно — что процесс производства возможен вовсе без посредства деятельности частных капиталистов, направленной на образование и применение капитала» (стр. 45).

Вместо того, чтобы взваливать на меня подобные доказательства, относящиеся к будущему, г-н Вагнер, наоборот, должен был бы сначала доказать, что общественный процесс производства, — не говоря уже о процессе производства вообще, — не имел места в весьма многочисленных общинах, существовавших до появления частных капиталистов (древнеиндийская община, южнославянская семейная община и т. д.). Кроме того, Вагнер мог бы сказать лишь следующее: эксплуатация рабочего класса классом капиталистов, — короче, характер капиталистического производства — изображен Марксом правильно, но он ошибается в том, что рассматривает это хозяйство как преходящее, между тем как Аристотель, напротив, ошибался в том, что рабовладельческое хозяйство он рассматривал как не преходящее.

«Пока подобное доказательство не приведено» {иначе говоря, пока существует капиталистическое хозяйство}, «прибыль капиталиста на деле также» {вот где обнаруживаются ослиные уши} «составляет «конститутивный» элемент стоимости, а не, как думают социалисты, лишь вычет или «грабеж» рабочего» (стр. 45, 46).

Что такое «вычет рабочего», вычет его шкуры и т. д. нельзя понять. Но и в моем изложении «прибыль капиталиста» на деле не есть «лишь вычет или «грабеж» рабочего». Наоборот, я изображаю капиталиста как необходимого функционера капиталистического производства и весьма подробно показываю, что он не только «вычитает» или «грабит», но и вынуждает производство прибавочной стоимости, т. е. помогает создавать то, что подлежит вычету; далее я подробно показываю, что даже в товарном обмене, где обмениваются лишь эквиваленты, капиталист, если только он оплачивает рабочему действительную стоимость его рабочей силы, с полным правом, т. е. соответствующим этому способу производства правом, получает прибавочную стоимость. Но все это не делает «прибыль капиталиста» «конститутивным» элементом стоимости, а лишь показывает, что в стоимости, «конституированной» не трудом капиталиста, заключается часть, которую он может присвоить себе «по праву», т. е. не нарушая права, соответствующего товарному обмену.

«Эта теория слишком односторонне принимает во внимание лишь один момент, определяющий стоимость» {1) тавтология. Эта теория ложна, так как Вагнер имеет «всеобщую теорию стоимости», которая с ней не совпадает, и поэтому его «стоимость» определяется «потребительной стоимостью», что доказывает ежемесячно профессорское жалованье; 2) г-н Вагнер подсовывает вместо стоимости «рыночную цену» данного момента или отклоняющуюся от стоимости цену товара, которая есть нечто весьма отличное от стоимости}, «издержки, а не другой момент, пригодность, полезность, момент потребности» {т. е. она не смешивает «стоимость» с потребительной стоимостью, что так желательно для прирожденного путаника вроде Вагнера}. «Она не соответствует не только образованию меновой стоимости ... в современном обороте» {он имеет в виду ценообразование, которое абсолютно ничего не меняет в определении стоимости, вообще же в современном обороте, конечно, имеет место образование меновой стоимости, как это известно всякому грюндеру, фальсификатору товаров и т. п., которое не имеет ничего общего с образованием стоимости, но зорко следит за уже «образованными» стоимостями. Кроме того, я, например, при определении стоимости рабочей силы исхожу из того, что ее стоимость действительно оплачивается, что фактически не имеет места. Г-н Шеффле в «Капитализме» и т. д.[251] полагает, что это «великодушно» или что-то в этом роде. Но это лишь необходимый в научном исследовании прием},

«но, как превосходно и, пожалуй, окончательное (!) «доказывает Шеффле в «Квинтэссенции»[252] и особенно в «Социальном организме»[253], она не соответствует даже условиям, которые неизбежно должны образоваться в марксовом гипотетическом социальном государстве».