Королевская клятва - Картленд Барбара - Страница 36

Артур рассмеялся.

— Так это задело твою гордость, не так ли? — спросил он. — Прости меня, Сабина, но боюсь, у меня несколько практичный взгляд на жизнь. Я не настолько глуп, чтобы не понимать: твои родители со своими пятью дочерьми, каждую из которых надо устроить в жизни, и сыном, которому надо помогать, рады, «что хоть их старшая дочь нашла себе богатого мужа.

— Я думаю, что больше всего на свете и папа, и мама хотят, чтобы мы были счастливы, — возразила Сабина.

— А если счастье щедро позолочено, так это еще лучше, — цинично заметил Артур.

Сабина вдруг вышла из себя и топнула ножкой.

— Мне кажется, ты отвратительный, раз так говоришь! — вскричала она. — Если бы ты только знал, какой добрый, какой высокодуховный человек мой папа! Он никогда не думает о деньгах и отдает каждый фартинг, который у него есть, людям, которые еще беднее, чем он. Если бы он слышал, что ты сейчас сказал, я верю, он тут же приказал бы мне возвращаться домой.

Артур снова засмеялся и, протянув руки, привлек Сабину к себе.

— Я и не знал, что у тебя такой норов, — улыбнулся он. — Хочешь, я извинюсь за то, что разозлил тебя?

— Ты говорил… жестокие и… злые слова, — пролепетала Сабина. Ее голос срывался, а глаза были полны слез.

— Не плачь, — сказал Артур, вдруг наклонился и прижался губами к ее рту.

Долго держал он ее своей пленницей, а когда отпустил, кровь хлынула к ее щекам.

— Пришли ко мне этого болвана, — сказал он. Сабина не смела взглянуть ему в лицо. Она быстро отвернулась и бросилась через французское окно в сад. Гарри, который выглядел тревожным и опечаленным, ходил взад-вперед по тропинке позади изгороди из фуксий. Увидев, что к нему направляется сестра, он с облегчением поднял глаза.

— Ну, что он сказал? — спросил он.

— Все будет в порядке, — сказала Сабина, всхлипнув. — Но, о, Гарри, ничего не говори ему, как бы он тебя ни рассердил, как бы зол ты ни был.

— Ему это не понравилось? — спросил Гарри. Сабина кивнула.

— Черт возьми… — начал Гарри. Сабина положила руку ему на плечо:

— Послушай, Гарри. Что бы он ни сказал, ты должен молчать, ты должен это вытерпеть. Другого способа найти сотню фунтов у нас нет. Нет! Пообещай мне, что ты не произнесешь ни слова, кроме «спасибо».

— Но если он огорчил тебя… — начал Гарри.

— Пообещай мне, — прервала его Сабина. — Будь разумным, Гарри. Если я смогла смириться с этим ради тебя, ты тоже можешь. Должен.

— Ладно, сестренка.

Он пожал ее руку и, расправив плечи, направился к вилле. Сабина огляделась в поисках скамейки, села и закрыла лицо руками. Ее сердце бешено колотилось от гнева и возмущения, и все же ей не удалось подавить слезы, которые продолжали малодушно навертываться ей на глаза.

— Я глупая, что обращаю на это внимание, — произнесла она вслух. А потом, ища платок, она вдруг обнаружила, что находится в маленькой беседке, в которой на вторую ночь своего пребывания в Монте-Карло она разговаривала с цыганским королем.

Она вспомнила его слова, его низкий, звучный голос. Как живо было воспоминание о его теплой, крепкой руке и прикосновении его губ, когда он поцеловал ее ладонь! Она вздохнула, и слезы вдруг закапали по ее щекам…

Однако двадцать минут спустя, когда Гарри вернулся в сад, она была спокойна и сдержанна. Она знала, судя по выражению его лица и сжатых губ, что он чувствовал себя так, словно хотел немедленно с кем-нибудь подраться, и не успел он подойти поближе, как она с тревогой в голосе вскрикнула:

— Все в порядке? Он дал тебе денег?

Гарри кивнул, словно на мгновение лишился дара речи, сел рядом с Сабиной, сунул руки в карманы и вытянул ноги.

— Уф! — воскликнул он. — Я бывал в жизни во многих переделках, но все они не сравнятся с этой.

— Ты ничего не сказал? — спросила Сабина.

— Хорошо, что ты заставила меня пообещать молчать, — ответил он. — Пару раз я уж думал ударить его, но потом вспоминал твои слова, и…

— Гарри! Ты с ума сошел!

— Сошел или нет, но это доставило бы мне огромное удовольствие.

— Ты получил деньги?

— Да. Он дал мне сотню фунтов, и я должен вернуть их ему в течение года.

— В течение года! — воскликнула Сабина. — Но разве это не оставит тебя…

— Практически без гроша в кармане, — закончил за нее Гарри. — Но это будет мне уроком! Он ясно дал мне понять, что урок — это как раз то, что мне нужно.

— Это тяжело, ужасно тяжело, — сказала Сабина. — Но по крайней мере тебе не придется ничего говорить папе.

— Я все время думал об этом, — сказал Гарри. — Я все шептал про себя: «Сабина, папа, папа, Сабина», иначе бы…

— Не думай об этом, — быстро сказала Сабина. — Просто забудь. Ты получил деньги, это главное.

Гарри вдруг выпрямился и, повернувшись к Сабине, положил ей руки на плечи.

— Послушай, сестренка, — сказал он. — Ты любишь этого человека?

Вопрос застал Сабину врасплох. Мгновение ее голубые глаза пристально смотрели в его карие, а потом, охнув, она отвернулась и высвободилась из его рук.

— Перестань волновать меня, Гарри, для одного дня уже достаточно беспокойств. Я не хочу говорить о себе и об Артуре. Ты в безопасности, и это главное.

— Я не могу не думать о тебе, — настаивал он.

— Подумай о чем-нибудь другом, — взмолилась Сабина и прибавила делано легкомысленным тоном: — Со мной все в порядке, и я счастлива, Гарри. Я же не вмешиваюсь в твою жизнь, так что не вмешивайся и ты в мою.

— Но, сестренка, тебе надо хорошенько подумать.

— Я уже думала, — ответила Сабина. — Я много думала, и разговоры тут ни к чему.

Гарри пожал плечами:

— Что ж, хорошо. Я пойду.

— Прошу, останься, выпьем чаю, — взмолилась было Сабина, но сейчас же торопливо прибавила: — Я забыла. Артур все еще здесь?

— Нет, он ушел. Он просил меня передать тебе, что ему очень жаль, что он не может остаться подольше, но он обещал покататься в карете вместе с ее королевским высочеством.

Сабина почувствовала огромное облегчение.

— Тогда ты можешь остаться на чай, — тихо сказала она. — Леди Тетфорд всегда пьет чай около пяти часов. Пожалуйста, останься, Гарри.

Прости меня, Сабина, я не останусь. По правде сказать, я немного взволнован и мне надо выпить что-нибудь покрепче чая. Кроме того, я пообещал встретиться кое с кем из приятелей.

— Хорошо, Гарри, я понимаю.

Сабина могла понять его желание поскорее уйти. Она поднялась на цыпочки, обвила руками его шею и прижалась к его щеке:

— Будь осторожен, Гарри, дорогой.

— И ты тоже, — ответил он.

— Я увижу тебя завтра?

— Я приду после обеда, если ты будешь одна, — пообещал Гарри. — То есть если я смогу получить увольнение на берег.

— Да, пожалуйста, приходи, — сказала Сабина. — Я обычно одна вот в такое же время.

Гарри поцеловал ее, и они под руку пошли к вилле. Сабина попрощалась с ним у дверей и, когда он ушел, бросилась бегом в свою комнату, чтобы промыть глаза и уничтожить следы слез. У леди Тетфорд был проницательный взгляд, а Сабина знала, что не переживет, если ей придется объяснять, что произошло, матери Артура.

В тот вечер они спокойно поужинали дома в компании всего двух друзей леди Тетфорд. Конечно, они планировали отправиться в казино позже, но, когда пришло время, у леди Тетфорд разболелась голова и она заявила, что должна лечь в постель.

— Я думаю, я съела что-то не то, — сказала она. — В Монте-Карло надо быть таким осторожным. Мне что-то нехорошо. Прошу прощения, Сабина, но мне придется сегодня рано лечь.

— Разумеется, — ответила Сабина. — Поверьте, я и сама не прочь рано отправиться спать. Я не привыкла так долго засиживаться по вечерам. Дома мы всегда ложимся около десяти часов.

Два других гостя рассмеялись и сказали Сабине комплименты по поводу цвета ее лица, уверяя, что час сна до полуночи, несомненно, стоит двух после. Скоро они ушли, и, позевывая, леди Тетфорд пошла наверх.

— Я прикажу Мари, чтобы она приготовила мне немного настойки опия, — сказала она. — Я не очень-то люблю ее принимать, но, если я хорошо посплю ночью, завтра со мной все будет в порядке.