Ловушка для чародеев - Моллой Майкл - Страница 39

28

Сэр Чедвик наслаждается спектаклем

— Пэдди, дружище! — воскликнул сэр Чедвик. С каждым новым появлением пака радость, звучавшая в его голосе, становилась все более искренней. — Каким ветром тебя занесло в Лондон?

— Когда у меня выдается свободное время, я использую его, чтобы повидаться с друзьями, — ответил Пэдди Пак. — Надеюсь, вы не откажетесь принять от меня маленький подарок?

Он извлек из жилетного кармана три билета в театр и положил их на стол.

— Думаю, поход в театр станет достойным завершением сегодняшнего дня. Билеты на этот спектакль давно распроданы. Но я, к счастью, пользуюсь влиянием в театральном мире, — сообщил он и добавил, хитро подмигнув: — Старина Майкл Диллан, управляющий, мой старый приятель.

— Садись, Пэдди, выпей с нами, — предложил сэр Чедвик, но Пэдди уже растворился в воздухе.

Хильда взяла со стола билеты и посмотрела на дату.

— Какое удивительное совпадение! — воскликнула она. — Знаете, что произошло в этот день?

Эбби и сэр Чедвик вопросительно посмотрели на нее.

— Именно в этот день меня приняли в труппу театра «Альгамбра»! — Хильда в очередной раз схватила руку сэра Чедвика. — Я прекрасно помню, какой спектакль шел в тот вечер. Премьера твоего знаменитого «Короля Лира», Чедвик! Как бы мне хотелось пойти!

Сэр Чедвик явно колебался.

— Ты же прекрасно понимаешь, Хильда, это довольно рискованно, — нерешительно пробормотал он.

— Почему? — вмешалась Эбби.

— Согласно правилам перемещения во времени, установленным волшебниками, мы должны избегать любых контактов с нашими двойниками из прошлого. Это может повлечь непредвиденные осложнения…

— Но ведь вы сами говорили — все так запуталось, что дальше некуда, — с жаром заявила Эбби.

— Ну что ж, рискнем, — сдался сэр Чедвик. — К тому же я ни разу не наблюдал со стороны за собственной игрой. Любопытно взглянуть. А потом отправимся в Торгейт последним поездом.

Через час Эбби, Хильда и сэр Чедвик стояли в начале узкой аллеи, ведущей к театру «Альгамбра».

Сэр Чедвик не сводил глаз с секундной стрелки своих часов.

— Ты вот-вот должна появиться, Хильда, — сообщил он, и все трое отступили в тень деревьев.

Мимо них торопливо прошла молодая женщина. Сэр Чедвик, Хильда и Эбби осторожно выглянули из своего укрытия.

Они смотрели, как более юная Хильда решительно направляется к служебному входу в театр «Альгамбра». Неподалеку от дверей стоял, наслаждаясь теплым вечером, какой-то седовласый господин с роскошной бородой и курил сигару.

Потом они увидели, что Хильда протягивает ему записку и он пробегает ее глазами. Затем господин жестом пригласил Хильду войти в театр. В тот момент, когда он распахивал перед девушкой дверь, записка выпала у него из рук. Набежавший ветерок понес ее в сторону Эбби.

Девочка подхватила листок бумаги и прочла:

Дорогой Майкл!

Пожалуйста, окажи мне дружескую услугу и прими эту молодую леди в труппу театра.

А потом постарайся забыть о том, что нанял ее по моей просьбе.

Навеки твой,

Сэр Чедвик с улыбкой взял записку из рук Эбби и сунул в карман.

— Мы только что стали свидетелями знаменательного момента, — изрек он. — Эпизода, который вошел в историю театра. Как трогательно!

Через несколько минут они уже устроились в партере, и занавес поднялся.

Позже, в поезде, который вез их в Торгейт, Хильда в сотый раз воскликнула:

— До чего ты был хорош, Чедвик! Ты играл потрясающе, просто потрясающе. И спектакль изумительный.

Сэр Чедвик улыбнулся и погладил Хильду по руке.

— Ну так как, из меня получился неплохой старина Лир?

— Я никогда не видела лучшего исполнения, любовь моя.

— Жалко, что я заснула, — подала голос Эбби.

— Эта пьеса не рассчитана на твой нежный возраст, дитя мое, — заметил сэр Чедвик. — Но, надеюсь, я неплохо сыграл.

— Я проснулась оттого, что вы плакали, сэр Чедвик, — сообщила Эбби. — Взгляда не сводили со сцены, и по щекам у вас текли слезы.

— Ничего подобного, — возразил сэр Чедвик. — Я вовсе не плакал. Просто в глаз попала соринка.

Он с улыбкой посмотрел на Хильду:

— Ты тоже выступила замечательно, моя дорогая. Превосходный дебют!

— А я и не знала, что вы тоже выходили на сцену, Хильда! — сказала Эбби. — Да уж, зря я уснула!

— Я всего-навсего била за сценой по железному листу, изображая гром, — усмехнулась Хильда. — Для первого раза мне доверили шумовые эффекты.

— И ты справилась с ними отлично! — с пылом заверил сэр Чедвик.

— Да, да, — закивала головой Эбби. — Вы били очень громко. Я даже проснулась.

Перед самым Торгейтом поезд вошел в туннель. Сэр Чедвик сунул руку в карман, намереваясь достать билеты, и наткнулся на конверт, который вручил ему швейцар в министерстве совпадений.

— Надо же, совсем из головы вылетело, — пробормотал он, вынимая из конверта пыльный листок бумаги.

— Что это, Чедвик? — спросила Хильда.

— Справка из министерства совпадений, моя дорогая, — сообщил сэр Чедвик, просматривая документ. — Подумать только! Здесь идет речь о тебе.

Минуту спустя он воскликнул:

— Да, подобного поворота я никак не ожидал! Послушайте только, что здесь говорится!

И сэр Чедвик прочел вслух:

«Данная справка удостоверяет, что ребенок, похищенный у сэра Дэвида Хардкастла и леди Хардкастл, был найден в доме Урика и Лючии Чизмен, в Дремучем лесу.

Мистер и миссис Чизмен категорически отрицали свою принадлежность к чародеям тьмы и утверждали, что их сын, Снивел Чизмен, является выпускником колледжа Мерлина в Оксфорде.

В процессе проведения расследования Урик и Лючия Чизмен бежали, бросив ребенка на произвол судьбы.

Ребенок, девочка по имени Хильда, был передан на временное попечение Дэйзи и Фредерика Блубелл, чародеев света, проживающих в городе Торгейте. Согласно принятой в таких случаях практике, они должны были начать обучение Хильды в качестве чародейки света, несмотря на то что кровные ее родители являлись обычными людьми. Затем ребенка предполагалось вернуть настоящим родителям.

Однако прежде, чем это намерение осуществилось, Хильда и ее приемные родители погибли во время пожара, полностью уничтожившего дом Дэйзи и Фредерика Блубелл.

В совершении данного преступления подозревались Урик и Лючия Чизмен, однако никаких доказательств их вины обнаружить не удалось».

Закончив читать, сэр Чедвик задумчиво почесал макушку.

— Видишь, что получается, Хильда. Согласно сведениям, имеющимся у волшебников, ты мертва. Скажи, а ты помнишь своих приемных родителей?

— Нет, — прошептала Хильда. — Я помню только сиротский приют.

— Однако ты сохранила фамилию Блубелл?

— Она написана вот здесь, — пояснила Хильда, протягивая сэру Чедвику золотой медальон на тонкой цепочке, что всегда висел у нее на шее.

Открыв медальон, сэр Чедвик увидел, что внутри выгравировано имя — Хильда Блубелл. Он протянул его Эбби.

— Ой, медальон становится горячим! — изумленно воскликнула девочка, взяв его в руки.

И тут из медальона раздался голос:

— С вами говорит Дэйзи Блубелл. Если вы слышите мое сообщение, значит, медальон оказался в руках поистине великого чародея света. Согласно наложенному мной заклятию, только в этом случае откроется магическая сущность медальона.

Над девочкой, которую теперь зовут Хильда Блубелл, нависла смертельная опасность. Чародеи тьмы охотятся за ней. Насколько нам известно, они уже знают, что ребенок находится у нас. Чтобы спасти девочку, мы с моим мужем Фредериком тайно передали ее в сиротский приют Торгейта.

Настоящими родителями Хильды были сэр Дэвид Хардкастл и его супруга, убитые чародеями тьмы Уриком и Лючией Чизмен. Темные чародеи подменили девочку своим собственным отродьем. Хильда нуждается в защите, ибо чародеи тьмы не успокоятся, пока не разделаются с ней.