100 великих событий ХХ века - Непомнящий Николай Николаевич - Страница 96

1952

Пересечение Атлантики на резиновой лодке без запасов пищи и воды

Еще во время учебы на медицинском факультете Ален Бомбар заинтересовался проблемами выживания в экстремальных условиях. После изучения рассказов людей, переживших кораблекрушения, Бомбар убедился, что очень и очень многие выжили, перешагнув через определенные учеными медицинские и физиологические нормы. Люди невероятным образом выживали с малым количеством воды и пищи, в холоде и под палящим солнцем, в шторм и штиль, на плотах и в шлюпках, на пятый, десятый и даже пятидесятый день после катастрофы.

В плавание через Атлантику Бомбар отправился, чтобы на собственном опыте доказать, что:

– человек не утонет, пользуясь надувным плотом;

– человек не умрет от голода и не заболеет цингой, если будет питаться планктоном и сырой рыбой;

– человек не умрет от жажды, если будет пить выжатый из рыбы сок и в течение 5–6 дней – морскую воду.

А еще он очень хотел разрушить традицию, по которой поиск потерпевших кораблекрушение продолжался всего неделю или, в редких случаях, десять дней.

Лодка Алена Бомбара

Поначалу плавание не задумывалось как одиночное. Бомбар долго искал себе спутника, даже давал объявления в газетах. Но письма приходили от самоубийц («прошу взять меня с собой в плавание, ведь я уже трижды неудачно пытался покончить собой»), сумасшедших («я очень хороший попутчик, к тому же я дам вам разрешение съесть меня, когда вы проголодаетесь») или не слишком умных злоумышленников («прошу принять в экипаж мою тещу, ее согласие мною уже получено»). Просился на борт и основной спонсор экспедиции, весивший 152 кг и видевший в том неоспоримое преимущество перед худым Бомбаром. В конце концов отыскался безработный яхтсмен, панамец Джек Пальмер. Бомбар никак потом не упрекнул его, но после двух недель пробного плавания из Монако до острова Мальорка, во время которого исследователи съели всего двух морских окуней, несколько ложек планктона и выпили по несколько литров морской воды, Джек Пальмер отказался от дальнейших экспериментов. Отказался не только от тяжелейших мучений, но и от всемирной славы. Он рассказывал: «Ощущения, и без того специфически негативные, усугублялись солнечной радиацией, обезвоживающей организм жаждой и гнетущим чувством абсолютной незащищенности от волн и неба, в которых мы растворялись, постепенно утрачивая собственные “я”. Сотни преодоленных миль, считанные дни броска к спасению, однообразное меню из мяса, сока, жира пойманных рыб, не давали действовать полноценно….»

Из Лас-Пальмаса Бомбар вышел в одиночестве. Свою лодку он гордо назвал «Еретик». Это была туго накачанная резиновая плоскодонка длиной 4 м 65 см и шириной 1 м 90 см с деревянной кормой и легким деревянным настилом на дне. Двигался «Еретик» при помощи четырехугольного паруса размерами примерно 1,5 ? 2 м. Выдвижные кили, весла, мачта, тали и прочее оснащение было предельно простым и малоудобным.

Но «Еретик» сразу начал движение в нужную сторону, ведь Бомбар выбрал проторенный еще Колумбом путь. Все парусные суда пассаты и течения неизбежно выносили к берегам Америки. Но время, затраченное на пересечение Атлантики, у каждого мореплавателя зависело от мореходных качеств судна и – удачи. Ведь пассаты дуют нерегулярно, в чем Бомбар и сам смог убедиться, когда почти на полмесяца застрял в 600 милях от Барбадоса.

В первые же ночи, еще недалеко от канарского берега, Бомбар попал в шторм. При всем желании на резиновой лодке активно сопротивляться волнам было невозможно, можно было только вычерпывать воду. Черпак взять с собой он не догадался, поэтому использовал шляпу, быстро обессилел, потерял сознание и очнулся в воде. Лодка полностью наполнилась водой, на поверхности остались лишь резиновые поплавки. Прежде чем лодка оказалась на плаву, он вычерпывал воду два часа: новая вода сводила на нет всю его работу.

Едва шторм утих, случилась другая беда – лопнул парус. Бомбар заменил его на запасной, но через полчаса налетевший шквал сорвал новый парус и унес вместе со всем крепежом. Пришлось Бомбару зашивать старый, да так и идти под ним все оставшиеся 60 дней.

Ни удочек, ни сетей он с собой не взял принципиально, решил сделать из подручных средств, как и положено потерпевшему кораблекрушение. Он привязал к концу весла нож и загнул кончик, получился гарпун. Когда он загарпунил первую корифену-дораду, то добыл и первые рыболовные крючки, которые сделал из рыбьих костей.

Несмотря на предупреждения биологов, Бомбар обнаружил, что в открытом океане очень много рыбы, причем она непугливая и все ее виды, в отличие от прибрежных, съедобны в сыром виде. Ловил Бомбар и птиц, которых тоже ел сырыми, добела обгладывая кости и выбрасывая только кожу и подкожный жир. Ел и планктон, считая его верным средством от цинги. Около недели пил морскую воду, а все остальное время – выжатый из рыбы сок.

Досаждавших ему акул он бил веслом. Одна из акул напала решительнее других и не боялась ударов. Бомбар предположил, что она уже пробовала человечину, и убил ее, распоров ножом брюхо. А еще лодку могли уничтожить выпрыгивавшие рядом из воды меч-рыбы и парусники. Неизвестное животное ночью отгрызло огромными челюстями тент из прорезиненной ткани. Но опаснее всех акул были гнездящиеся в клееных швах ракушки, они быстро подрастали и могли порвать резину.

В спокойное время Бомбар купался, но купание не помогало избавиться от многочисленных гнойников на теле. От воды и постоянно влажной одежды тело зудело, кожа разбухала и отваливалась лентами, а ногти почему-то быстро вросли в пальцы и причиняли сильную боль.

Многое пережив, Бомбар наконец подошел к берегам Барбадоса. Он был опытным путешественником и не спешил высаживаться на берег. Вот как он описывает это момент в своей книге: «Друг, терпящий бедствие! Когда ты наконец увидишь землю, тебе покажется, что все твои несчастья окончены. Но не торопись! Нетерпение может все испортить. Помни, что девяносто процентов несчастных случаев происходит в момент высадки на землю». Бомбар не торопился, подавал сигналы, шел вдоль берега. В конце плавания он стал случайным свидетелем трагедии, океан показал ему, что отпустил его, а мог бы и погубить. На его глазах рыбацкий баркас вместе с пятерыми рыбаками был потоплен гигантской прибойной волной.

Бомбар обошел остров и пристал к западному берегу, который обращен в более спокойное, чем Атлантика, Карибское море и на котором сейчас размещены курортные отели, а в ту пору были только пустынные пляжи. Бомбар потратил три часа, чтобы преодолеть барьерный риф, а на пляже его уже встречали две сотни вороватых негров. Когда с лодки стали снимать и растаскивать все ценное, Бомбар понял, что он наконец-то не один, а среди людей, на твердой земле. Он понял, что вырвал свою жизнь у океана и доказал, что потерпевший кораблекрушение может выжить два месяца без пищи и пресной воды.

И сразу после плавания, и спустя двадцать лет Ален Бомбар советовал: «Вы можете пить морскую воду шесть дней подряд, потом три дня только пресную воду, потом шесть дней морскую, потом три дня пресную и так сколько угодно. И в конце концов вы спасетесь. Вас ожидает жизнь!»

Главный оппонент – врач Ханнес Линдеманн – дважды на собственном опыте проверял достижения Бомбара. В 1955 г. он 65 дней плыл по тому же маршруту в деревянной пироге. И через год на байдарке проделал путь из Лас-Пальмаса до острова Сен-Мартен за 72 дня. Он тоже выжил. Причем ему было потруднее, чем Бомбару. Когда шторм перевернул его байдарку, Линдеманн едва не погиб.

Но Линдеманн после двух плаваний сделал иной вывод: «С тех пор, как существует человечество, всем известно, что пить морскую воду нельзя. Но вот появилось сообщение, утверждающее обратное, при условии, что организм не обезвожен. Пресса подхватила сенсацию, и сообщение нашло горячий отклик у дилетантов. Я скажу так: конечно, морскую воду можно пить, ведь можно и яд принимать в соответствующих дозах. Но рекомендовать пить морскую воду потерпевшим кораблекрушение – по меньшей мере преступление».