Огненное крыло - Жакова Ольга - Страница 32

Вдалеке он увидел, словно выгравированные на ночном небе, силуэты летучих мышей. Несмотря на расстояние, было ясно, что вампиров среди них нет. Летучие мыши направлялись к холму.

— Может, это тоже пилигримы, — сказала Луна. Гриффин заметил, что, подлетев к холму, летучие мыши исчезали из виду.

— Что там такого интересного? — спросила Луна.

— Пещера, — пробормотал Гриффин, когда карта Фриды вспыхнула перед его мысленным взором. — Луна, мы не будем там останавливаться.

— Почему?

Ему хотелось быстрее миновать это место, но, пролетая, он бросил беглый взгляд на вход в пещеру. Он был просторный, как пасть огромного, вытащенного на берег морского существа, раскрытая в последнем вздохе.

Вокруг мягко колыхался песок. Потоки таинственного света струились из глубины пещеры. Полдюжины серокрылов промчались ко входу мимо Луны и Гриффина.

— Эй, что там внизу? — крикнула им вслед Луна.

— Путь домой! — возбужденно ответил один из них. — Летите с нами!

— Торопитесь! — крикнул другой, обернувшись. — Говорят, там можно вернуть свою жизнь!

Луна выжидательно повернулась к Гриффину.

— Фрида ничего не говорила об этом, — пробормотал Гриффин. — Древо — единственный путь…

— Да, мы уже видели одно дерево.

— Это был просто кактус. Фрида сказала, чтобы мы не останавливались… — Но его взгляд все время притягивало к нежному свету, струящемуся из входа в пещеру.

— Я хочу туда, — сказала Луна.

— Нельзя, этого на карте нет, — твердо сказал Гриффин.

— Ты просто боишься.

— Правильно.

— Ну, и что плохого может случиться на этот раз? — спросила она с усмешкой. — Ведь я уже умерла.

— Хорошая шутка. Ужасно смешно!

— Неужели тебе нисколечко не любопытно?

— Луна…

— Давай, Гриффин.

Она уже летела вниз ко входу в пещеру. Гриффин мгновение колебался, а затем последовал за ней.

— Мы уже близко, — сказал Шейд.

До этого он едва различал эхо-след Гриффина, но теперь он был совсем четким. Шейд позволил себе почувствовать надежду, несмотря на то что видел эхо-изображение Гота. «Может, это был вовсе не Гот, — твердил он. — Какой-то другой вампир». Но он просто пытался обмануть себя. Там был Гот, Шейд знал это. Обычно мысль о том, что Гот мертв, успокаивала его, но теперь все было наоборот. Оставалось лишь надеяться, что появление Гота здесь и сейчас было простым совпадением, случайным стечением обстоятельств. Шейд сильнее забил крыльями.

Под ним вздымалось и опадало море песка.

— Когда ты найдешь своего сына, — спросила Ява, — как вы вернетесь домой?

Шейд оглядел каменный небосвод Подземного Царства, с трудом осмеливаясь поверить в такой хороший исход дела. Во время полета он беспокойно смотрел вверх, надеясь, что его созвездие появится над горизонтом. И вот оно появилось. Выход. Пройдет несколько часов, и если все пойдет хорошо, он полетит к нему вместе с Гриффином. Подняться наверх и выбраться наружу будет нелегко, но он поможет сыну. Они вместе выберутся отсюда и вернутся в Древесный Приют, прежде чем трещину закроют.

— Через ту же трещину, через которую мы оба попали сюда, — ответил Шейд. — Я знаю, где она… — Он вздрогнул. Он совсем забылся. Только глупец может говорить здесь о Верхнем Мире и о том, как вернуться туда. С беспокойством он взглянул на Мрака, надеясь, что вампир ничего не слышал.

Мрак смотрел прямо на них.

— Я уже знаю, — сказал он. — Я не в первый раз вижу свечение вокруг живых. Не беспокойся: я не буду пытаться следовать за тобой в Верхний Мир. — Вампир посмотрел на Йорика, Яву и Немо. — И если вы это задумали, я могу избавить вас от трудов и разочарований. Это невозможно.

— Откуда ты знаешь? — спросил Шейд.

— Потому что я пытался. Очень давно. Я нашел трещину в небосводе и стал карабкаться вверх. Сколько времени это продолжалось, я не могу сказать. Казалось, это длится вечность — сражение с воющим ветром и тяга Подземного Царства. Но я достиг поверхности. Я вылез наружу и взлетел.

У Шейда от волнения шерсть встала дыбом.

— И что?

— Я исчез, — закончил Мрак. — В мире живых я стал всего лишь эхом, маленьким облачком пара, и не мог вылететь из трещины, справиться с ее притяжением. Как будто у меня не было тела. На мгновение я увидел мир — он сиял точно таким же светом, который окружает тебя, сереброкрыл, — а потом я взорвался. Меня всосало в трещину и потянуло вниз, в Подземное Царство. И тогда я снова обрел форму. Наши мертвые тела не могут существовать в Верхнем Мире. Избавьте себя от муки видеть его только на мгновение.

Шейд ничего не сказал, вспомнив о шипящей трещине около Каменной Крепости. Он представил себе, как Мрак ползет к ее краю, отчаянно стараясь вернуться на поверхность земли. Этот образ внушал жалость, но все-таки Шейд почувствовал облегчение при мысли, что мертвым вампирам не дано вернуться в Верхний Мир. Конечно, если Мрак говорит правду.

Шейд повернулся к Яве. Казалось несправедливым после того, как они помогли ему, покинуть их в этом трудном и опасном путешествии через все Подземное Царство, к Древу, которое, может, существует, а может, и нет.

— Простите меня, — сказал он.

— Не надо, — улыбнулась Ява. — Нам будет грустно видеть, как ты уходишь. Но ты не жалей нас. У нас ведь есть Древо.

Шейд кивнул и на минутку отлетел в сторону, чтобы снова проверить след Гриффина.

Все было по-прежнему, и он уже почти открыл глаза, когда снова увидел эхо-изображение Гота: изображение недавнее и четкое. Гот следовал тем же курсом, что и Гриффин.

Облако сияющего тумана окутывало вход в пещеру, и разглядеть, что происходит внутри, было невозможно.

— Луна, прошу тебя, не делай этого, — попросил Гриффин.

— Только на минуточку, Грифф.

Что-то в этих словах встревожило его еще больше.

— У меня плохое предчувствие, — сказал он ей. — Получается как-то слишком просто. Фрида говорила, что надо не отвлекаться и лететь дальше. Посмотри на этот вход. Пещера может захлопнуться, как челюсти. Ее может засыпать песком и нас вместе с ней. Мы окажемся в ловушке. Навсегда.

— Ну, пожалуйста, — нежно сказала она.

— Ты заставляешь меня согласиться…

— Вот и хорошо.

— Трудно сказать «нет» тому, кто умер. Но все же я скажу…

— Ты чувствуешь себя жестоким, правда? Я бы чувствовала.

— Луна, оттуда никто еще не вышел. Она покачала головой и прислушалась.

— Я не слышу ни криков, ни воплей. Может, им там хорошо.

И как будто в подтверждение ее слов Гриффин услышал какой-то мелодичный напев, смех, шелест возбужденных голосов.

— Вот видишь! — сказала Луна.

— Это действительно опасно.

— Ну ладно, я лечу вниз. Подожди меня здесь, если хочешь.

Она влетела в пещеру, и ее поглотила светящаяся завеса. Гриффин секунду подождал, затем последовал за ней. Ему не хотелось, чтобы Луна отправлялась внутрь одна. И, если честно, он не хотел оставаться один снаружи. Свет окутал его, как теплый туман, и он тут же почувствовал себя спокойнее. Он летел вперед, почти ничего не видя, пока туман не рассеялся. Гриффин очутился в огромной пещере; ее стены и потолок светились мягким, мерцающим светом. Там, пристально уставившись куда-то в пол, висели миллионы летучих мышей.

Гриффин тоже глянул вниз. Это было огромное, мягко пульсирующее озеро звука и света. С его поверхности поднимались тонкие светлые завитки; они сплетались и устремлялись к потолку, словно лучезарные колонны. Висящая в воздухе туманная пелена мелодично звенела.

Гриффин увидел Луну и сильнее замахал крыльями, чтобы догнать ее.

— Что это? — тихо спросил он.

Она только замотала головой. Вместе они облетели пещеру, ища место, где бы устроиться. Это оказалось непросто, но наконец они нашли свободный уголок и повисли рядом Друг с другом. Ему не хотелось долго оставаться здесь. Он оглядел летучих мышей, гроздьями висевших вокруг. Время от времени кто-нибудь из них смеялся или издавал счастливое восклицание, бормотал что-то радостное. Большинство были невероятно спокойны и молчаливы. Они висели совершенно неподвижно и, не отрываясь, смотрели на озеро света. Оно и в самом деле было необыкновенно красиво, но все-таки Гриффин не понимал их чересчур восхищенного внимания.