Огненное крыло - Жакова Ольга - Страница 39

Йорик обернулся к нему:

— Ты полагаешь, мой водяной друг, что в следующем мире тоже будешь есть?

— Не сомневайся, малыш! Что может быть приятнее, чем хорошо поесть? И не подделку, как здесь, а настоящую рыбу. Форель, лосося, окуня!

— Интересно, — сказал Иорик со снисходительной усмешкой. — Вдохновляющее представление о загробной жизни!

— А что тогда, по-твоему, будет после? — поинтересовался Немо. — Уж поведай нам!

— По-моему, очевидно, — ответил Йорик. — Я хочу, чтобы все было как прежде. Я века провел с этим искалеченным крылом и болью. Я знаю, вы насмехаетесь над моими страданиями: «Опять этот Йорик со своим крылом — ой-ой-ой!» Все, чего я хочу, так это чтобы боль перестала терзать меня. Я вполне счастливо могу провести вечность без еды, но только без боли.

— Все ясно, — сказал Немо, без насмешки, с подлинным уважением. — Будем надеяться, что в следующем мире ты будешь здоров.

— Я прошу только немного справедливости, — продолжал Йорик. — А здесь ее нет и в помине! Вот пример: Немо в Верхнем Мире съели. Разжевали. Переварили. Неприятно, я согласен. Но здесь, в Подземном Царстве, он получил свое тело целым и невредимым. А ведь от него должна была остаться просто кучка костей и хрящей!

— Должен же я как-то выглядеть! — запротестовал Немо.

— Отлично. А я всего-навсего врезался в дерево и умер от удара — и посмотрите на меня! Посмотрите на мое крыло, на мое плечо! А бедная Луна, ей еще хуже. Ужасные ожоги и невыносимая боль — это всякому видно! И где здесь справедливость? Где логика?

Немо покачал головой:

— Верное замечание, малыш. К счастью, мы скоро выберемся из этого отвратительного места. — Он повернулся к Мраку. — Интересно, а что ты об этом думаешь? Каким ты представляешь новый мир? Надеешься, что там тебя ожидает множество сочных летучих мышей?

— Возможно для разных летучих мышей есть разные места, — сказал Мрак с легкой улыбкой. По крайней мере, Гриффин решил, что это была улыбка — он все-таки заметил темную вспышку зубов.

— Это, пожалуй, слишком, если на тебя будут охотиться даже в новом мире, — пробормотал Иорик.

— А вы? — спросила Луна Яву. — Вы, наверное, думаете, что там будут орхидеи?

— Может быть. Но я надеюсь, это будет нечто совершенно иное.

— Правда? — с любопытством спросил Гриффин.

— Разве вам не кажется скучным получить снова то же самое?

— Нет! — твердо сказала Луна. — Я хочу, чтобы все было в точности, как в Древесном Приюте. Я не могу представить ничего лучше этого!

— Просто ты еще молода и мало видела, — улыбнулась Ява. — А я счастливо прожила полную жизнь, и теперь мне любопытно посмотреть на другое лицо мира, которых, я надеюсь, у него много.

Гриффин заметил, что Мрак кивнул.

— Да, и я хочу того же.

— И это будет нечто чудесное, — продолжала Ява с такой безмятежностью, что настроение у Гриффина поднялось. Но вдруг он заметил, что Луна замолчала, неподвижно глядя прямо перед собой. Она дрожала.

— Что с тобой? — тихо спросил он, придвигаясь к ней.

— Представления о новом мире такие разные, — шепотом ответила она, в то время как остальные продолжали беседу. — Не знаю, хочу ли я чего-то другого. Я ведь даже не поняла, что значит быть мертвой здесь. Ты не знаешь, каково это, Гриффин.

— Я понимаю.

— Я не хочу этого.

— Ты всегда проходила через все благополучно, — сказал Гриффин. — Совы, молнии, сильный ветер. Ты никогда ничего не боялась.

— А теперь боюсь, — призналась она.

Ему не нравилось, что она боится. Он считал Луну бесстрашной, это помогало ему заглушить собственный страх. Он почти ощущал ее беспокойство и испытал укол разочарование Как он сможет выдержать все это, полагаясь только на свои силы?

— Что там такое? — спросил Иорик, всматриваясь вдаль.

Гриффин подскочил на спине Явы. Далеко впереди он различил смутную серую стену, вздымающуюся так высоко, что она растворялась в темноте неба, заслоняя звезды. Но ее основание было совсем не твердым, не похожим на камень, потому что оно двигалось туда-сюда, то расплываясь, то сливаясь в единое целое. Он принюхался: тот же запах, что он учуял раньше, только более сильный. Теперь он заметил, что воздух тоже изменился. Больше не казалось, что под веки забился песок.

— Это дождь, — с изумлением сказал Немо. — Послушайте!

Раскрыв уши, Гриффин услышал стук капель и поверх него какой-то низкий, нарастающий гул.

— По звуку похоже на ливень! — радостно воскликнул Немо.

— На карте этого не было, — с раздражением вставил Иорик.

— Он прошел здесь совсем недавно, — сказал Немо. — Смотрите, земля внизу еще мокрая.

Вода! Не раздумывая, Гриффин спрыгнул со спины Явы, едва не угодив под ее левое крыло, и устремился к земле.

Немо был прав. Почва, обычно сухая и растрескавшаяся, была мягкой и размытой в грязь, кое-где в лужах поблескивала вода.

— Гриффин! — услышал он возглас Луны. — Подожди!

Но он не мог ждать. Он жаждал глотнуть воды, ощутить, как она течет по пересохшему горлу. Он заскользил над землей, глядя, как вода с шумом уходит в иссохшую почву. На его глазах лужи превратились в грязь, а грязь — снова в безжизненную сухую землю. Гриффин летел дальше, только наполовину сознавая, что Луна следит за ним и что другие пилигримы прикрывают его сверху. Заметив другой водоем, Гриффин помчался к нему и неуклюже приземлился. На этот раз он успел и, опустив мордочку в воду, стал пить. Это было на самом деле! Он чувствовал, как язык смягчился; он глотал воду так жадно, что даже не чувствовал ее вкуса. Когда лужа иссякла, впитавшись в землю, Гриффин, задыхаясь, поднял голову. Он облизал губы и только тогда почувствовал вкус воды. Она была совсем не такая, как в его ручье. Она была соленая, и ему еще больше захотелось нить. Он взлетел в воздух, вода тяжело колыхалась в его желудке.

— Хорошо? — спросила Луна.

Гриффин кивнул. Может быть, ему больше никогда не удастся напиться вволю. Соленая вода все-таки лучше, чем ничего.

— Извините, — сказал он остальным. — Мне это действительно было нужно.

Вместе они направились к темной пелене дождя. Его низкий гул нарастал, воздух вокруг содрогался. Туман капельками оседал на шерсти Гриффина. Внезапно они оказались в дожде. Гриффин ликовал, когда капли ударяли в его шерсть — это так напоминало живой мир! Открыв рот, он петлял между дождевыми каплями, ловил их языком и пил прямо в воздухе. Луна смеялась, — и впервые Гриффин забыл, где они находятся.

Дождь становился сильнее и превратился в сплошную серую стену. Теперь он падал не отдельными каплями, а сплошными струями, которые едва не сбивали Гриффина вниз. Пилигримы медленно продвигались вперед сквозь ливень.

— Мне это не нравится, — крикнул Немо. — Посмотрите вперед!

Не больше чем в пятидесяти взмахах крыльев они увидели обрушивающийся с неба колоссальный водопад, шириной, наверное, тысячи взмахов крыльев. Вода искрилась в звездном свете. Все остановились и закружились на месте.

— Откуда она падает? — спросила Ява.

— Дыра! — закричал Гриффин. — Дыра в небе! Вода приходит из Верхнего Мира!

Из глубины огромного озера или океана вода просачивалась сквозь почву и камень вниз и вниз и наконец пробилась сквозь трещину в каменном небе Подземного Царства. Одна мысль об этом пробудила в Гриффине отчаянное желание — взлететь к самому небу, отыскать эту трещину, как-нибудь протиснуться в нее и плыть наверх. Конечно, он никогда бы этого не сделал. Тем более без воздуха и сопротивляясь колоссальной массе всей этой воды.

Гриффин ощущал запах водопада. Он никогда не думал, что вода тоже пахнет, но в этом мире, лишенном запахов, убедился — поток нес в себе аромат почвы, через которую просочился, камней, которые обтекал, запах рыбы, соли, водорослей. Кто знает, откуда пришла эта вода? Может быть, часть этой воды протекала когда-то по ручью возле Древесного Приюта.

— Надо облететь водопад стороной, — сказал Иорик.

— А если мы потеряем направление? — забеспокоилась Ява.