Дороги и сны - Панкеева Оксана Петровна - Страница 75

– Да, дорогая кузина, все обстоит именно так. – Кантор ободряюще усмехнулся и погладил кошку, которая словно предчувствовала расставание – ластилась как никогда. – И на те чудеса акробатики, что показывают в упомянутых тобою развлекательных фильмах, ничуть не похоже. В честной драке раскидать семерых противников, нападающих одновременно, нельзя. А нападать по очереди им почему-то приходит в голову только в этих самых фильмах. Поэтому и следует пользоваться оружием дальнего боя и всеми его преимуществами. Не огорчайся, ты еще молода, и у тебя уйма времени, чтобы научиться, если желаешь.

– Угу… – безрадостно вздохнула кузина. Не огорчаться у нее никак не получалось.

– Настя все еще на меня дуется? – поинтересовался Кантор, отвлекая девочку от невеселых мыслей. – Или просто не может пересилить свой фамильный неуправляемый страх?

– Да брось, боялась она тебя с самого начала, но приходила же. А сегодня ей надо сделать тот шмат работы, который она не сделала вчера из-за Костиковых добрых намерений. Вот и сидит, ковыряется. А что, соскучился? – Малявка хитро подмигнула совсем по-взрослому.

– Попрощаться хотел. – Кантор заметил, что детская мордашка кузины огорченно вытянулась. – Я уезжаю домой.

– Когда? – немедленно уточнила подрастающая преемница Шеллара.

– Еще не знаю. Толик может появиться в любой момент. Сегодня ночью я говорил с отцом. Кое-какие обстоятельства изменились… словом, мне надо возвращаться.

Саша быстро стрельнула глазками по кухне.

– Но ты еще не собирался?

– А что мне собирать? Я прибыл сюда в подштанниках и драной рубахе, которые вы с Настей торжественно впихнули в утилизатор. Новую одежду мне привезут. Чакра у меня и так все время с собой, а больше здесь нет ничего моего.

– Жаль… – Малышка, похоже, совершенно искренне сожалела о предстоящей разлуке с родственником, от которого до сих пор видела одни проблемы.

Да ладно. Если тебе так не хватает кого-то, чтобы кормить, заботиться и прибирать последствия дикарских выходок, возьми себе Киру.

– Кошку-то мы пристроим, но я не о том. Я так надеялась, что у вас что-то с Настей склеится… Дядя Макс для нее, правда, староват, а ей бы не помешало близко пообщаться с кем-нибудь из ветви Кирин.

Кантор подавил тоскливый вздох и напомнил себе, что маленькая сводница только выглядит как ребенок, а для юной девицы ее глупые мысли абсолютно нормальны.

– Как раз об этом жалеть не стоит. Чтобы обрести душевное равновесие, Насте нужны стабильные, прочные отношения, а не случайная связь, пусть даже с самым разволшебным любимцем богов. Кстати, ты не знаешь, этот мальчик, который так трогательно пытался спасти ее от меня… насколько там все серьезно?

– Ты про Костика? Да мне-то откуда знать, что у него там с Настей… Ну нравится, а вот насколько…

– Я не о том. – Неловко было спрашивать о таких вещах прямым текстом, но намека кузина не поняла. – Его чувства к Насте прекрасно видны из его поступка. Я интересовался его здоровьем.

– А-а, вот ты о чем! – Кузина вдруг засмеялась, словно дяденька-варвар опять спросил какую-то глупость. – Ты думаешь, бедняжка больной-увечный, навеки прикованный к креслу, и половая жизнь под большим вопросом? Да брось, не в этом дело. К осени будет бегать, как все нормальные люди. Он не больной, Костик-то, просто зимой в аварию попал, а ложиться на восстановление посреди семестра не захотел, чтобы занятия не пропускать. Летом пролечится и будет здоровее тебя. Чтоб с такими деньжищами, как у его папы, да ребенка не вылечить!

– Все ясно. Я не знал, что он из такой знатной семьи. Тогда, конечно, Насте лучше не морочить парню голову, иначе проблемы будут у обоих.

– И опять ты ничего не понял, – обиженно перебила Саша. – Родители у него нормальные, не жлобы, и Настя со своей специальностью прекрасно вписалась бы в семейный бизнес, но она же боится до смерти!

– Да тут-то чего бояться?

– Большие деньги – большие ставки. Иногда ставкой может оказаться и жизнь. Думаешь, Михалыч там для красоты ошивается?

Кантор досадливо поморщился:

– А с такими вот Брылями связываться оно безопаснее и спокойнее?

– Ты это понимаешь, – грустно махнула рукой малышка. – Я это понимаю. А Настя – нет. Потому я и думала, что ты бы чем-то помог в такой ситуации. У вас, избранных Эрулы, свойство есть такое – после вас женщина уже не может со всякими козлами связываться.

– С чего ты взяла?

– Да старшие родственники рассказывали. Разве неправда?

– Не знаю, из чего исходили твои родственники, но мой личный опыт говорит об обратном, и если Артуро не козел, то я лондрийский гном. Да и в любом случае не вышло бы у нас ничего, раз Настя так меня боится. Нечего мечтать о невозможном и сожалеть о глупых фантазиях, лучше бы о более реальных вещах подумала.

– Например?

– Например, о том, как объяснить этому юноше, что он ошибся, да так, чтобы он поверил. Если это скажет дрожащим голоском бледная от страха Настя, бедняга, чего доброго, решит, что я ее запугал, и наделает каких-нибудь глупостей. Лучше всего было бы нам с тобой вдвоем это сделать, но, боюсь, у меня такой возможности не будет. Сама сможешь?

– Ой, да не вопрос конечно же, – заверила Саша и вдруг добавила без всякой связи с предыдущим: – А все равно жаль, что ты уедешь. Без тебя скучно будет.

– Да полно, неужели у тебя нет друзей?

– Есть, но с тобой все как-то иначе. Во-первых, ты наш и понимаешь все лучше, чем люди. Во-вторых, ты старше настолько, что для тебя не имеет значения разница между моим видом и реальным возрастом. И в-третьих…

Закончить она не успела – из комнаты, где честно пытался спать хозяин дома, донеслись голоса, и Кантор понял, что прощаться придется прямо сейчас.

– В общем, неважно, – подвела итог Саша и выбралась из-за стола. – Но все равно жаль. Ты ведь больше не приедешь. Хоть через Толика там приветы передавай, что ли.

– Обязательно, – пообещал Кантор и тоже поднялся, так как нахальный эльф уже взывал к запропавшему пассажиру и требовал поспешить, ибо его одного ждут!

К удивлению Кантора, Толик явился не один – кроме оливкового разгильдяя в комнате обнаружился принц Мафей, который радостно обменивался приветствиями с Виктором, словно со старым знакомым. Ну конечно, Толик есть Толик – почему бы и не прихватить с собой приятеля, чтобы не было скучно. А то, что приятель без спросу возьмет ориентиры и будет сюда шастать как к себе домой, – это ж такие мелочи!

– Одевайся по-быстрому! – скомандовал эльф, бросая Кантору узелок. – Оружие получишь на месте. Да, и «лютик» с собой прихвати, пригодится. Потом мы его на местный язык перенастроим.

Кантор молча кивнул и направился на кухню, дабы не снимать штаны в присутствии юной девицы. Однако успел заметить, как Мафей вдруг уставился на эту самую девицу с таким подозрительным интересом, словно пытался высмотреть в ней что-то важное и необходимое. Наверное, или магию почуял, или эти ее финты с возрастом засек…

Глава департамента Безопасности брат Чань вызывал у Шеллара противоречивые чувства. С одной стороны, из всех высших иерархов ордена это был чуть ли не единственный вменяемый, компетентный и действительно работающий человек, с которым можно было обсудить любой вопрос при полном взаимопонимании. С другой стороны, именно по той же причине брат Чань представлял реальную опасность. При иных обстоятельствах Шеллар, вероятно, оценил бы возможность сыграть с достойным противником и даже получил бы от этого удовольствие, но сейчас, когда шла не игра, а настоящая битва не на жизнь, а на смерть, предпочел бы не рисковать лишний раз. После смерти мастера Ступеней проницательный хин стал следующим человеком, которого советник серьезно опасался и с которым старался либо не играть, либо, если уклониться не было возможности, играть предельно осторожно. Если всем остальным магические слова «третья ступень» застили глаза и отключали критическое восприятие, то брат Чань был не из тех, кто поддается отупляющему влиянию стереотипов. В любой момент он мог допустить невероятное и тщательно свое допущение проверить, точно так же как это делал сам Шеллар, шокируя непривычных слушателей абсурдными на первый взгляд гипотезами.