Дороги и сны - Панкеева Оксана Петровна - Страница 86

– Тогда и я тебе сразу скажу, что без разрешения Повелителя они ее не получат.

– Ничего, спросите у него разрешения. Мне нужно будет какое-то время, чтобы связаться со своими руководителями, вам – чтобы узнать мнение Повелителя, а потом назначим встречу… Сколько вам потребуется для консультации?

– Не знаю. – Может быть, это прозвучало излишне резко, но сдержать раздражение Харган не сумел. Тут такое наклевывается, а у него портал не работает! И затевать торговлю технологиями без разрешения нельзя – Повелитель не только хвост, а и голову заодно оторвет, – и о проблеме с порталом рассказывать кому попало нельзя… – Когда я получу разрешение, приду к тебе еще раз, и тогда назначим встречу.

Может, и не стоило телепортироваться прямо из комнаты, не прощаясь, но дожидаться дополнительных вопросов было бы ненамного более умным решением. Нет, действительно, надо будет в следующий раз взять с собой Шеллара, уж тот умеет отвечать на неудобные вопросы…

Хозяин несколько секунд растерянно пялился на серый туман, в котором столь неожиданно исчез нервный посетитель, затем с явным облегчением перевел дух и направился назад в лавку, так и держа в руках позабытый стакан.

У прилавка его уже ожидал следующий покупатель (или потенциальный поставщик, на глаз не скажешь).

– Приветствую. Это ты будешь Крепыш Санчес? – Приземистый мужичок, которого поначалу можно было принять за варвара из Белой Пустыни, обернулся, прищурился…

И Саня Сидоренко понял, что Бог есть, чудеса случаются и фортуна к нему благосклонна. Если бы этот горе-лицедей явился минутой раньше и столкнулся здесь с предыдущим посетителем, неизвестно, уцелели бы после их сердечных приветствий лавка и ее владелец или обратились в мелкую пыль.

– Ты продать или купить? – спросил он, делая вид, будто не узнал знаменитого переселенца.

– Где-то с месяц назад, – деловито начал тот, – наемники местного сеньора принесли тебе на продажу боевой трофей – разноцветный кристалл, упрятанный в прозрачную коробочку…

Существование Бога и благосклонность высших сил немедленно подверглись сомнению.

Можно, конечно, пообещать и вашим, и нашим, а потом одного (или обоих, по обстоятельствам) кинуть. Но не обойдется ли такая чрезмерная хитрость дороже, чем честный отказ? Нажить врага в лице рогатого наместника – смерти подобно, но все же при желании и такого врага можно сразить в не особенно честном бою. Но иметь во врагах этого смешливого коротышку – опаснее во сто крат, потому что от него избавиться невозможно. Нет, убить, конечно, можно и его, но ненадолго – он опять вернется, и опять явится по твою шкуру, и будет так являться бесконечно, и дураку ясно, чем это все кончится, если учесть, что у него жизней много, а у тебя одна-единственная, первая и последняя…

– Его здесь уже нет, – ответил Саня, стараясь избегать прямой лжи, так как не знал, умеет ли собеседник ее распознавать. – Ушел на следующий же день.

– Куда?

– Мне-то господа не отчитались. Уплатили и были таковы.

– Опишешь? – В пальцах лжеварвара как по волшебству возникла золотая монета.

Саня с радостью отказался бы, сославшись на хрупкую человеческую память – невелика ценность, из-за такой мелочи подставляться, – но отказываться напрямую значило идти на конфликт, а врать не рискнул. Если и вправду распознает ложь – будет еще хуже.

– Трое высоких, крепких ребят, – честно принялся вспоминать он. – В кожаных куртках. Вооружены. На разбойников похожи. Не мистралийцы, иностранцы какие-то. Один русый, другой лысый, третий в шляпе. Особых примет не было – ни шрамов, ни заметных увечий, ни украшений, которые запомнились бы.

– И куда ушли?

– Они вообще через дверь не выходили. Телепортом ушли.

– Так не работают телепорты-то.

– Это у кого как. Тут до тебя еще один приходил, тот же самый камушек искал, так он прямо на моих глазах – фр-р-р! – и исчез.

– Погоди, если они из одной компании, то чего это они врозь камушек-то ищут?

– А кто его знает, может, и не из одной. А может, у них там свои какие-то интриги в их компании. Мне до этого нет дела. В общем, все, что мог, я тебе сказал и больше ничем помочь не могу.

– А ты подумай все-таки. Посиди, пошевели мозгами. Конвент Архимагистров в долгу не останется. Кстати, если тебе станет докучать та самая компания – ну там приходить, обвинять во лжи, угрожать, требовать то, чего нет, – бросай все лишнее и двигай на север. Там тебя примут, обогреют, убытки возместят и чуть ли не расцелуют за единственную услугу – возможность залезть в твою память и взглянуть на покупателей.

– Спасибо за предложение, – серьезно отозвался бывший агент Сидоренко. – Его стоит обдумать. Где я могу вас найти, если решусь?

– Да где всегда – в Зеленых горах. Мы оттуда никуда не денемся.

– Договорились.

Когда опасный посетитель исчез так же, как и предыдущий, не оставив по себе даже серого тумана, охранник Николай отлип от косяка, коий, по обыкновению, подпирал плечом, и пробасил:

– Чего ты перед ним язык распустил? Не проще было шлепнуть, и вся недолга? Наверняка же шпион.

– Кто б сомневался, – вздохнул Саня. – Конечно, шпион, это ж приятель и коллега деда Макса. Хотел бы я знать, как он вообще на меня вышел. Только понимаешь, Коля, врать этому дядьке опасно, а шлепнуть его невозможно в принципе.

– Бессмертный он, что ли?

– Вот именно. Потому у тебя в инструкциях и сказано: никакой самодеятельности и все только по моему приказу. Я здесь работал и знаю, что можно, а что нельзя, поэтому я решаю, кого надо шлепнуть, а кого вежливо и аккуратно спровадить. А ты – не знаешь, поэтому стоишь и ждешь моего сигнала.

– А той образине ты чего сказал?

– Коль, насчет той образины у меня свои инструкции есть. Что хозяева велели, то и сказал. И потрудись в нее тоже не стрелять без команды, это очень перспективный клиент, и с ним будут договариваться… – Он красноречиво направил палец в потолок, намекая на важность договаривающихся персон. – Но если вдруг понадобится, учти, что у клиента танковая броня по всей башке, да и корпус – сам себе бронежилет. Припаси что-нибудь помощнее, чтобы не обломаться.

За следующие два дня Кантор успел убедиться, что напрасно подозревал папу в недостойном и неподобающем, – путешествие по безлюдным и бесплодным пустошам Каппы меньше всего походило на увеселительную прогулку. Разбойники им встретились всего раз, утром второго дня, но нападать не стали – коротенькая пулеметная очередь и профилактический огненный шар убедили их, что потенциальная добыча хорошо вооружена и вообще может оказаться не добычей, а карательной группой из ближайшего Оазиса. Зато всевозможные диковинные животные, населяющие эти неприветливые места, попадались на каждом шагу, и если относительно безобидные родичи сусликов сами разбегались от одного звука мотора, то всевозможные хищники, напротив, стремились проверить – а нельзя ли это шустрое и рычащее нечто употребить в пищу?

Особенно удивило Кантора, что все эти опасные твари – летающие, ползучие, бегающие вприпрыжку, катящиеся клубком, выскакивающие прямо из-под земли перед самыми колесами – совершенно не пугались ни выстрелов, ни разнообразных заклинаний. Они продолжали тупо атаковать до тех пор, пока от них не оставались одни ошметки. Нормальные животные, даже очень голодные, все же чуют опасность – боятся огня, например, не нападают на более крупных и сильных хищников, а если уж угораздило не рассчитать силы – быстро этот момент просекают и торопятся спастись бегством. Эти же то ли голодные были, то ли тупые…

Снедаемый любопытством, Кантор задал этот вопрос местной девушке, которая, хоть и не принимала участия в схватках, охотно их комментировала, рассказывая соратникам, какое именно существо они только что прихлопнули, где оно обитает и чем питается.

– Они всегда себя так ведут, – удивилась Ллит, не замечая в таком поведении животных ничего странного.

Зато просвещенный юноша Мафей тут же откликнулся с переднего сиденья: