Тайный поцелуй - Картленд Барбара - Страница 29

Пытаясь успокоиться, он старался глубоко и ровно дышать. Неожиданно за спиной его прозвучал тихий испуганный голос, полный раскаяния:

— Я что-то... сделала не так?.. Ты сердишься на меня?

Лорд Хейвуд издал странный звук, который можно было бы принять за смех, если бы он не прозвучал с таким отчаянием. Затем повернулся и снова подошел к кровати, сев на ее край лицом к девушке.

Теперь он мог хорошо рассмотреть ее и невольно подумал, что никогда еще не видел такой прелестной, похожей на сказочную фею девушки. Ему на миг показалось, что она плод его воображения, что он просто придумал ее. И вот теперь, благодаря какому-то волшебству, она внезапно превратилась в реальную, живую и в то же время немного сказочную красавицу.

Он увидел, что она взволнованно смотрит на него в ожидании его ответа.

— Такой чудесной девушки никогда еще не было в моих объятиях, — нежно сказал он. — Но, любовь моя, я мужчина, и рядом с тобой, когда ты так волнуешь меня, мне очень трудно помнить о том, что я должен вести себя как джентльмен.

— А я... правда... волную тебя? — покраснев от удовольствия, спросила девушка.

— И даже слишком сильно, для того чтобы продолжать жить так, как мы жили до сих пор, — отозвался он. — Поэтому, любимая, мы должны пожениться в ближайшее время.

Она чуть слышно ахнула, и глаза ее засветились от счастья.

— Ты... действительно хочешь жениться на мне?

— Если только ты поклянешься, что любишь меня так, что никогда не станешь сожалеть об этом или упрекать меня в том, что я воспользовался твоей неопытностью и женился на тебе помимо твоей воли.

— Если ты не женишься на мне, — сказала Лалита, — мне остается только... умереть. Потому что... тогда у меня не останется больше ничего, ради чего стоит жить.

Она крепко сжала пальцами его руку.

— Как я могу... отказаться от тебя? Как я могу отказаться от счастья, которого я до встречи с тобой никогда прежде не знала, от этого чуда — стать твоей женой... это для меня все равно что жить в раю!

— Надеюсь только, что ты всегда будешь так думать! — воскликнул растроганный лорд Хейвуд.

— Я буду очень стараться... чтобы сделать тебя... таким же счастливым, как и я сама.

— Сокровище мое, это именно то, что я и сам хотел сказать тебе, — ответил лорд Хейвуд.

Он видел, каким счастьем осветилось ее лицо, и это же счастье сейчас отражалось в сверкающих, как звезды, глазах, когда она смотрела на него.

Лорд Хейвуд почувствовал, что она тянется к нему, что ее губы зовут его к поцелуям.

Из последних усилий он держал себя в руках.

Обнимая ее, он старался, чтобы его нежные объятия не переросли в бурю страсти, которая бушевала сейчас в его сердце и которая могла смести все его благие намерения.

— Послушай, любимая, — сказал он тихо, — ты должна вернуться к себе в спальню. Завтра я пошлю Картера в Лондон, чтобы взять специальное разрешение на брак, и, как только он вернется, я тут же попрошу местного священника, который знает меня еще с детства, обвенчать нас здесь, в нашей часовне.

Лалита порывистым движением села.

— Это именно то, чего бы мне больше всего хотелось, — радостно сказала она. — Мы украсим всю часовню цветами. Хотя это будет тайное бракосочетание, зато на свете никогда не было и не будет более счастливой невесты и более великолепной свадьбы.

— И ни у одного жениха не было и не будет более очаровательной невесты, — добавил с улыбкой лорд Хейвуд.

— Это будет... просто замечательно! — пробормотала Лалита и добавила, вздохнув от нетерпения: — Как я хотела бы, чтобы быстрее прошла эта ночь и мы могли без промедления отправить Картера в Лондон.

— Ты так же нетерпелива, как и я, — улыбаясь, сказал лорд Хейвуд.

Он поднялся сам и потянул за собой Лалиту, не отрывая взгляда от ее губ.

Теперь, когда она стояла перед ним в полупрозрачной ночной рубашке, он мог с восхищением оценить, как изящна и стройна была ее фигура. Ему пришлось сделать немалое усилие — о чем она, впрочем, даже не подозревала, — чтобы не прижать ее к себе и не осыпать вновь поцелуями.

Вместо этого он потянул ее за собой через свою спальню к двери в смежную комнату, где спала Лалита. Они вместо вошли туда.

Все шторы были задернуты, но лорд Хейвуд зажег свечу на столике возле кровати. Пока он это делал, Лалита скользнула под покрывало.

В комнате явственно ощущался нежный аромат роз. Это пахли цветы в вазе, которую Лалита поставила на столик между окнами. Такой же точно запах исходил и от ее волос, когда он целовал ее, вспомнил лорд Хейвуд.

Он подумал, что, со своей невинностью и чистотой, она сама походила на цветок белой розы на кустах, что росли в изобилии в розарии сада. С внезапно нахлынувшей на него нежностью лорд Хейвуд вспомнил, что это были любимые цветы его матери.

Сев возле нее на край кровати и не отрывая от нее своего восхищенного взгляда, он думал о том, что другой такой же прекрасной и в то же время чистой и невинной женщины нет на свете. Если бы он не встретил Лалиту, то считал бы, что такого чуда вообще не существует на земле.

Она предстала перед ним как воплощение самой юности и красоты. И он знал, что должен защищать ее от всего мира и даже от себя самого.

— Я люблю тебя, сокровище мое, — сказал он своим глубоким, проникновенным голосом, — и, когда мы поженимся, я смогу доказать тебе, как страстно я хочу, чтобы ты принадлежала мне. Но мы должны подождать, пока бог не соединит нас и не благословит наш брак.

Он говорил тихо и нежно и в то же время очень серьезно. Лалита поняла, что он старается объяснить ей что-то очень для него важное.

Увидев, что она несколько сбита с толку, лорд Хейвуд улыбнулся и добавил:

— Я хочу, чтобы ты поняла, моя любимая, что не должна приходить ко мне в спальню, как ты сделала это сегодня ночью, до тех пор, пока я не надену на твой палец обручальное кольцо.

Лалита беспечно улыбнулась.

— Наверное, это было не совсем правильно... и даже, наверное, неприлично, — сказала она, — но только я не жалею об этом. Если бы я не при шла сегодня к тебе... возможно, ты так никогда бы и не сказал, что... любишь меня.

В этом не было никакого сомнения, и лорд Хейвуд мог лишь по достоинству оценить ее чуткость в отношении его чувств.

— Рано или поздно, но это все равно бы произошло. Гроза, без сомнения, предоставила нам для этого прекрасный случай, но я уже давно мечтал поцеловать тебя, — признался он. — Сегодняшняя ночь просто ускорила наше объяснение.

— Ты... давно хотел... поцеловать меня?

— Ты так прелестна, моя любимая, что от этих мыслей мне было очень трудно удержаться.

— Тогда, пожалуйста... поцелуй меня еще раз. С этими словами она протянула к нему руки.

Лорд Хейвуд нагнулся к ней, быстро притянул ее к себе, крепко обнял и прижался губами к ее губам.

Поцелуй длился всего мгновение, а затем он быстро выпустил ее из объятий и поднялся на ноги.

— Теперь спи, любовь моя, — сказал он решительно. — А завтра, как только ты проснешься, мы начнем все готовить к нашей свадьбе. И до того, как священник обвенчает нас, я намерен вести себя так, чтобы не разочаровать твою матушку, если бы она была жива.

— Я уверена, что твоя мама знает, как... мы счастливы... и радуется за нас, — прошептала Налита, тронутая его словами. — Я знаю, что она...

хотела бы, чтобы я заботилась о тебе и... любила тебя.

— И также, чтобы я заботился о тебе.

Он наклонился и еще раз поцеловал ее так нежно, что у Лалиты защемило сердце. А затем он задул свечу.

— Спокойной ночи, моя восхитительная будущая женушка, — сказал он. — Надеюсь, что ты будешь думать обо мне.

— О ком же я еще могу думать? — нежно проворковала Лалита.

Она услышала, как закрылась дверь между их комнатами, и едва подавила в себе желание побежать вслед за ним и еще раз сказать, как сильно она его любит.

Но она знала, что он бы этого не одобрил, и решила, что будет вести себя так, как он этого ждет от нее.