Вальс сердец - Картленд Барбара - Страница 27

27

Гизела подумала, что, наверное, Миклош хочет выйти в сад, но он привел ее в гостиную. Свечи не были зажжены, и комната, освещенная лишь загадочным лунным светом, казалась наполненной огромными серебристыми орхидеями.

Гизела стояла как зачарованная, и вдруг ее слуха коснулись тихие, но отчетливые звуки скрипки.

Она сразу узнала ту самую мелодию, которая ознаменовала их первую встречу с Миклошем.

Он обнял ее за талию, и они медленно закружились под звуки вальса.

Гизела позабыла обо всем на свете. Она словно парила в серебристом океане лунного света.

Прижавшись щекой к ее щеке, Миклош тихим голосом пропел ей на ушко:

Я отыскал любовь, она не скрылась,Она в моих объятиях, со мной.Луна в высоком небе появиласьИ говорит, как счастлив я с тобой.

Их губы встретились в сладостном поцелуе, а звуки скрипок превратились в трели райских птиц, поющих в их честь сладкозвучные серенады.

Миклош оторвался от губ Гизелы и пропел заключительные слова:

В моем сердце пенье вальса:Ты со мной, моя любовь!

Он посмотрел ей в глаза:

– Это истинная правда, моя драгоценная. Ты моя, отныне и во веки веков.

Звук его голоса ласкал ей слух; затрепетав, она прошептала:

– Я люблю тебя! О, Миклош… как я тебя люблю!

Музыканты заиграли «Голубой Дунай», и волшебная мелодия заполнила всю гостиную. Миклош заключил Гизелу в объятия.

– Это мелодия моей любви, – сказал он, – музыка, под которую мы будем танцевать с тобой вечно.

Подхватив Гизелу на руки, он бережно понес ее в спальню. Глядя в его бездонные глаза, в которых отражались огоньки свечей, Гизела поняла, как сильна его страсть.

Он опустил Гизелу на кровать и покрыл поцелуями ее лицо, шею и плечи. Тая от наслаждения, Гизела почувствовала, что корсаж больше не стягивает ей грудь.

На мгновение она испытала легкое смущение, но оно сразу исчезло: ведь в любви нет места стеснительности. Любовь – это радость и счастье, которые способны вознести человека на самую вершину блаженства.

Под волшебные звуки музыки Гизела отдалась жарким объятиям Миклоша.

Не переставая ее целовать, Миклош лег рядом, а скрипки нежно пропели:

Ты со мной, моя любовь!