Эликсир молодости - Картленд Барбара - Страница 28

Де Жирон, конечно же, поверит. Ему никогда не придет в голову, что она заперта в темнице замка.

Несомненно, с этой стороны нечего было ждать спасения.

— Я должна сдаться, — вздохнула она, но ее строптивая натура тут же воспротивилась подобному решению.

Она начала обдумывать другие варианты, и ее вдруг осенила мысль, что герцог Бернард наверняка предусмотрел возможность того, что в один прекрасный день сам может оказаться узником в темнице своего собственного замка.

В таком случае, если у него были тайные ходы по всему замку, то почему бы им не быть и здесь?

В глазах Трины снова вспыхнул огонь надежды!

Если сначала она ходила по своей темнице бесцельно, то теперь двигалась вдоль стен, внимательно приглядываясь к ним, стараясь замечать на них необычные детали.

Все бойницы располагались на западной стороне, а это значило, что восточная стена была внутренней стеной здания. Северная же стена, располагавшаяся напротив двери, была без каких-либо отверстий. Трина глядела на нее в раздумье. Есть ли здесь какое-нибудь место, где герцог Бернард замаскировал задвижку или рычаг, открывающий доступ в потайные ходы, как в других частях замка?

Однако там всегда были какие-то узоры или лепнина, которая скрывала его хитроумные приспособления. Он часто использовал резьбу на стенной панели или мраморном камине. Иногда это была панель на полу, подобная той, какой они только что воспользовались в музыкальном салоне.

Трина потрогала несколько кирпичей. Они были холодными и немного влажными на ощупь, поэтому у нее промелькнула мысль, что даже если здесь есть скрытый механизм, то он наверняка давно насквозь проржавел.

Однако она продолжала оглядываться вокруг, внимательно исследуя каждую деталь, пытаясь отгадать, где может находиться тайный ход.

Девушка поймала себя на том, что обращается с мольбой к небесам, чтобы они помогли найти выход отсюда. Если бы ей удалось бежать, это означало бы поражение маркиза. Он бы остолбенел, ожидая увидеть ее раскаивающейся и сломленной, когда бы вернулся сюда, а вместо этого нашел бы пустое подземелье.

«Наверное, — подумала она с улыбкой, — тогда он поверил бы не только в эликсир молодости, но и в то, что я являюсь леди Шерингтон и мне на самом деле тридцать шесть лет».

Она продолжала поиски, однако у нее росло чувство беспомощности, которое, наверное, испытывали здесь многие годы назад заточенные в темницу узники. Трина попробовала изучить западную стену, но и эта попытка окончилась неудачей.

«Я должна сдаться», — вновь безнадежно подумала девушка.

Однако что-то внутри нее заставляло Трину сопротивляться, она не могла признать свое поражение до тех пор, пока оставалась хоть малейшая надежда.

Трина снова решительно пересекла подземелье. Когда она коснулась восточной стены, то обнаружила, что в отличие от других она сухая. Это натолкнуло ее на мысль, что если в ней скрыт какой-то механизм, то, по крайней мере, он находится в рабочем состоянии. Кирпичи ничем не отличались один от другого, однако Трина методично шла вдоль стены в поисках трещины или выступа, скрывающих пружину или рычаг.

Девушка почти добралась до конца стены и уже собиралась снова вернуться к северной стене, когда ее нога запуталась в одной из цепей, и она споткнулась. Трина с трудом сохранила равновесие, чтобы не упасть на колени.

— Все бесполезно, — пробормотала она. — Я замерзла, проголодалась, мне будет здесь одной страшно, когда наступит вечер и здесь станет совсем темно.

Чтобы не упасть, девушка ухватилась за цепь в том месте, где она была прикреплена к стене, и вдруг почувствовала, что та немного подалась.

Внезапно ее осенило. Она потянула цепь. Казалось, что цепь по-прежнему остается недвижимой, однако отчаяние и сохраняющаяся в ней слабая надежда на спасение заставляли Трину тянуть ее обеими руками изо всех сил.

Наконец усилия девушки увенчались успехом. Цепь неожиданно подалась в ее сторону, а вместе с ней и кусок стены, в которую она была вмурована.

Каменная панель медленно выдвигалась, и в конце концов образовалось отверстие в три фута высотой и два шириной.

— Тайный ход! — воскликнула Трина, боясь поверить в удачу. — Именно это мне и надо. Теперь маркиз будет выглядеть круглым идиотом.

Девушка опустилась на колени и осторожно двинулась внутрь отверстия.

Трина ожидала, что очутится в полной темноте, однако, к ее удивлению, на некотором расстоянии впереди себя увидела слабый свет.

Она полностью отдавала себе отчет в том, что любой тайный ход, которым не пользовались долгое время, может представлять собой опасность не только потому, что может обвалиться в любую минуту, но еще и потому, что воздух в нем может быть ядовит.

Трина подумала, что скорее предпочтет подвергнуть себя опасности, чем сдастся маркизу, как она только что собиралась сделать.

Поэтому девушка продолжала медленно ползти вперед, беспокоясь, хватит ли ей воздуха, и повторяя про себя, что в случае какой-нибудь опасности она всегда сможет вернуться назад.

Ход оказался шире, чем Трина предполагала. Когда она очутилась внутри, то оказалось, что там вполне достаточно места, чтобы идти пригнувшись, хотя высота хода и не превышала трех футов.

Она продолжала осторожно двигаться вперед по проходу. Пол, по которому она шла, оставался сухим, а впереди все время мерцал свет. До него было всего каких-то двенадцать футов. Но Трине казалось, что он находится далеко-далеко. Кроме того, девушка боялась потерять сознание в спертом, затхлом воздухе подземного хода.

Внезапно она очутилась в помещении круглой формы, свет в которое проникал с высоты из узкой бойницы под самой крышей.

Первое, что почувствовала Трина, было разочарование. Это был не проход, который вывел бы ее на свободу, как она надеялась, а тупик, из которого наверняка не было другого выхода. Внимание девушки привлекла груда камней, возвышавшаяся в центре помещения. Она не понимала, для чего они там лежат, и в ней проснулось естественное любопытство.

Когда она подошла поближе и пригляделась, то увидела, что это совсем не камни, как сначала подумала Трина, а какой-то плотный материал темного цвета, который за долгие годы истлел и превратился в прах.

Трина дотронулась пальцем до ткани и почувствовала, что под ней скрывается что-то твердое. Она подумала, что это, наверное, все те же камни или земля. Однако вдруг сквозь рассыпавшуюся в ее руке ткань что-то сверкнуло в луче света, падавшего сверху.

Девушка пригляделась повнимательнее, стерла пыль с блеснувшего предмета и увидела, что это круглое блюдо темного цвета, сделанное из материала, который за века не утратил способность сиять во мраке подземелья.

В ее памяти неожиданно всплыли слова, которые она когда-то читала своей матери в хрониках о графе Бернарде. В тот момент они не привлекли ее внимания.

«…был направлен велением свыше укрыть свое оружие, свое богатство и своих женщин от глаз тех, кто на все это покушался!»

Трина поразилась собственной догадке и стала лихорадочно разгребать пыль обеими руками.

Прошло совсем немного времени, и она осознала важность того, что нашла.

Ее платье стало серым от пыли, щеки и руки были испачканы. Однако ее глаза сияли как звезды. Нехотя Трина покинула круглую комнату и отправилась назад.

Только когда она вновь вернулась по проходу в темницу, до нее в полной мере дошла вся важность этого открытия. Почувствовав внезапную слабость. Трина опустилась прямо на пол у потайного хода, с трудом переводя дыхание. При этом ее губы едва слышно произносили слова благодарственной молитвы: «Спасибо тебе. Господи! Спасибо тебе! Теперь мама сможет выйти замуж за герцога и насладиться счастьем и любовью впервые в жизни. Теперь для этого нет препятствий». Трина была готова расплакаться от переполнявших ее чувств.

Потом она поднялась на ноги и, подойдя к двери темницы, стала лихорадочно дергать за веревку колокола.

Она горела нетерпением и, когда маркиз не появился тотчас, подумала, что тот, наверное, все же изменил свои намерения и решил держать ее здесь до тех пор, пока она не станет кроткой и уступчивой, как он того хочет.