Золотая гондола - Картленд Барбара - Страница 59

– И какого же рода услуга требуется от меня? – осведомился сэр Десмонд подозрительным тоном. – Если вы опять собираетесь драться на дуэли и нуждаетесь в секунданте, то тут я вам не помощник.

– Я хочу, чтобы вы обвенчали нас, – сказал сэр Харвей. – И немедленно.

Сэр Десмонд запрокинул голову и рассмеялся.

– Ну и ну, Харвей! Разве это не похоже на вас? Всегда сплошные неожиданности. Вы вели себя точно так же, когда еще были проказливым мальчишкой из Итона. Годы вас не изменили – не правда ли, милорд?

Тут только сэр Харвей и Паолина взглянули на второго из присутствовавших в зале мужчин, который с момента их появления молча стоял у камина. Сэр Харвей, улыбаясь, протянул ему руку.

– Лорд Коучрэйн! – произнес он. – Я не ожидал встретить вас здесь. Могу ли я представить вам, милорд, мисс Мэнсфилд?

– Мисс Мэнсфилд и я уже встречались раньше, – ответил лорд Коучрэйн. – В моем посольстве в Риме, если память мне не изменяет.

Паолина густо покраснела.

– Да, милорд. Вы тогда были очень сердиты из-за того, что мой отец потерял доверенные ему заемные письма.

– Не могу поверить, что я когда-либо мог сердиться на вас, – произнес лорд Коучрэйн с несколько неуклюжей галантностью.

– Знаете, Харвей, все вышло так неожиданно, – отозвался сэр Десмонд. – Лорд Коучрэйн и я говорили о вас всего лишь несколько минут назад. Он спросил меня, не видел ли я вас за последнее время, и я ответил, что ничего о вас не слышал вот уже пять лет или даже более того.

– Я польщен тем, что вы, ваша светлость, помните меня, – обратился сэр Харвей к лорду Коучрэйну.

– Помню вас! – вскричал лорд Коучрэйн. – Черт возьми, я же постоянно разыскивал вас в течение последних полутора лет!

– Разыскивали меня? – удивился сэр Харвей.

– Вот именно. Одному Богу известно, где вы скрывались все это время. Более неуловимого субъекта мне еще никогда не доводилось встречать. Я прибыл сюда с хорошими вестями для вас и не знал, куда и кому их передать.

– С хорошими вестями? – переспросил сэр Харвей. Голос его был резким.

– Да, с хорошими вестями, – отозвался лорд Коучрэйн. – Я уполномочен передать вам распоряжение Его величества вернуться в Англию. Ваш дядя скончался.

– Я благодарю вашу милость за то, что вы сообщили мне об этом, – ответил сэр Харвей официальным тоном.

– Судя по тому, что я мог извлечь из официальных источников, которые обычно о многом умалчивают, – продолжал лорд Коучрэйн, – перед смертью он признался, что поступил с вами недостойно. Так или иначе, Его величество исполнен единственного желания исправить допущенную несправедливость и дарует вам свое полное прощение.

– Король, без сомнения, предложит вам какую-нибудь жутко важную должность при дворе, – вставил сэр Десмонд. – Завидного в этом мало, и если вы последуете моему совету, то предпочтете отказаться.

– Да, разумеется, – отозвался сэр Харвей. – Я собираюсь удалиться в свое поместье и жить там.

Он обернулся в сторону Паолины.

– Вас это устроит, моя дорогая? – осведомился он.

Паолине было трудно отвечать ему. Из всего обмена фразами она могла уяснить лишь то, сколь многое значили для человека, которого она любила, новости, принесенные лордом Коучрэйном. Сэр Харвей говорил достаточно небрежным тоном, но по внезапному подергиванию уголков его губ и блеску в глазах легко можно было догадаться, что он чувствовал сейчас.

Она вдруг представила себе то, что ожидало их впереди, и сияние счастья почти ослепило ее. Не раздумывая, она протянула ему руку, и пальцы его сжали ее так резко, что девушка едва не застонала от боли. И затем глубокое волнение, охватившее ее, и магия его прикосновения заставили ее затрепетать от восторга, который невозможно было выразить словами. Она задрожала всем телом и затем, сообразив, что все в комнате ожидали ее ответа на вопрос сэра Харвея, подняла на него глаза и увидела на его лице выражение, от которого ее сердце забилось так, что, казалось, готово было выскочить из груди.

– Для меня это будет самым большим счастьем, – шепотом ответила она.