Не будите спящую ведьму - Радин Сергей - Страница 62

62

— Что-то я не понял, — озадачился Марк Флик. — Они что: накинули этой балде набалдашник — и она сдохла? Сеточкой горлышко перетянули нежной зверушке — и всё?

— И сидят, бессердечные, любуются на дело своих беспощадных рук, — добродушно закончил Винсон.

— Интересно, где они взяли огнестрельное оружие?

— В полицейских участках, скорее всего! — нетерпеливо предположил Дирк. Он приник к "окошку", переполненный счастьем и нескрываемой радостью: город жил! Да ещё какой активной жизнью!.. Рядом стоял Рустам с просветлевшим лицом. Знать бы, о чём он думает. Хотя примерный ход мыслей старожилов Андромеды понятен: сначала как снег на голову явились мы; теперь открытие, что в центре города живут и воюют с нечистью люди. И — крыланы! Открытие из открытий!.. Дирк вдруг нагнул голову. Кажется, только я уловила скользнувшую по его губам ухмылку. И прочитала её: ещё бы узнать о смерти Аугустуса Кейда! Счастью предела не было бы…

— Так. Идём знакомиться, пока они не собрались уйти! — распорядился Брент. — В качестве парламентёров — тройка лейтенанта Тайгера.

— Не согласен, — скептически сказал Имбри. — В данной ситуации будет лучше, если пойдут только женщины. А мы прикроем.

Майор, наверное, смотрел на него с минуту, раздумывая, прежде чем кивнул.48.

— Ни пудры нормальной, ни помады — морда вся в пыли, протереть нечем, — ворчала Бланш, наскоро расчёсывая походной складной расчёской густые волосы. — Эй, Барри, что там слышно? Сидят ещё?

— Сидят, — помедлив, чтоб взглянуть на далёкую стену, успокоил её Барри. И вновь развернулся к нам. Мы — уже не ругались. Да и смысл? Он всё равно бы пялился, чтобы "запомнить, как землянки наносят боевую раскраску".

— У меня есть влажные салфетки — возьмёшь? — предложила я.

Пятеро на стене явно никуда не торопились. Они сидели себе, о чём-то болтая, а крыланы ленивым, объевшимся дозором облетали окрестности. У подножия стены счастливые лисы пожирали останки морфецов. Некоторые из остроухих зверей уже бегали примериваться к "акуле", но пока, видно, не знали, как её начать: мягкое брюхо буквально вдавилось в расщелину между лестницей и каким-то трудноопределимым гигантским обломком здания. Всё доступное зубу сверху, к сожалению, забронировано. Кто-то — кажется, Рустам — высказал предположение, что лисы на Персее изначально являлись падальщиками, как шакалы и гиены на Земле. Возразил Римлянин: мясо-то они подъедают свежее.Десять минут под болтовню о постороннем пролетели быстро.Глядя в основном на меня, Брент попросил:

— Вы уж, пожалуйста, без грубости. Дипломатично.

— Ага, — сказала Бланш и проверила "люгер", хорошо ли вынимается из кобуры на бедре.

— Ещё раз — не забудьте: только вы дойдёте до стены, мы все выходим. Так, на всякий случай.

— Да чего ты беспокоишься, Брент! С этими типами всё нормально. Как там? Ага! Кто против моего врага — тот мой друг. Здесь, на Персее, я думаю, поговорка работает на все сто. Так что… пошли мы.

Мы вышли не оглядываясь. Особого страха не было. Разве что боялись, как бы эти типы при виде нас не сбежали.Парни оказались не робкого десятка. Следовало вообще-то ожидать после краткой схватки с чудовищем и его прихвостнями. Парни даже не встали, а только перестали между собой переговариваться и принялись глазеть на нас.

— Думаешь, справимся? — шепнула я.

— Если ребята крутые, я их окручу в два счёта, — пренебрежительно отозвалась Бланш.

— Девочки, не бойтесь. Мы уже вышли, — прогудел в уши Римлянин.

Если учесть, что охотники продолжали сидеть на стене, не подпрыгнув завидя кроме двух женщин целый взвод вооружённых мужчин, то надо признать: ребята не просто крутые — крутейшие.Здешнее солнце подслеповато щурилось из-за перистых облаков. Видимость замечательная! Мы с интересом и некоторой опаской рассмотрели лисов, когда обходили их. Зверушки, наверное, неплохо покушали, поскольку к нашему появлению отнеслись спокойно, без гурманского интереса.К стене пришлось идти между тушей "акулы" и лисьей стаей… Чудовищная башка, величиной с батискаф на два места, невольно приковала наше внимание. Эти сидят — и пусть сидят. Явно никуда не собираются никуда исчезать. А башка… Ну, она, конечно, тоже никуда не сбежит. Но ведь любопытно!

— Ата, что там с сеткой? — жадно поинтересовался Дирк, а где-то в далеком пространстве о чём-то недовольно заговорил майор и замолк после дружно и жарко высказанного: "Да ты что, Брент! Интересно же!"

Я медленно обошла страшенную голову, шлёпнула по руке Бланш, потянувшуюся потрогать мёртвого зверя. Среди достаточно монолитного рисунка, образованного чешуёй, чёрные, будто от запёкшейся крови, ромбы сети выглядели чужеродно. Я поднесла ладонь к чешуе, не прикасаясь к ней. Миг сосредоточенности — и мертвенно-холодная волна заколыхалась между моей живой и остывающей плотью. Вот оно что…Лисы — мудрые звери. Ещё только подходя к ним, мы заметили, как некоторые из них отбегают от кровавого пира к "акуле". Но ни один не подошёл к голове.

— Это яд. Не знаю, какой именно, но разъедающий мгновенно. Сетка вошла в голову "акулы", и, думаю, она сейчас опускается к земле, пока не прорежет голову донизу.

— Уверена, что яд — не кислота?

— Уверена. На бесконтактный поиск чувствуется живое — не мёртвое.

Бланш молча отступила от монстра.Между тем люди на стене не спеша поднимались и так же неспешно, держась за верёвки "паутины", спускались к нам. Первым шёл крупный седоволосый мужчина — тот самый сноубордист с ультразвуковым манком, который болтался на серебристой цепочке, выглядывавшей из-под манжеты его лёгкой серой куртки. Куртку сноубордист накинул поверх комбинезона защитной расцветки в серо-мраморных тонах. Пожелай он исчезнуть в крошеве Звёздной площади — сделает это легко… За сноубордистом шёл крепкий паренёк в прикиде той же расцветки — гарпунёр-сеточник. Эти двое, спокойные, оба в чёрных очках на пол-лица, сильно отличались от последних троих — насторожённых, недоверчиво вглядывающихся в маленькую армию за нашими с Бланш спинами. Если с первыми двумя я ещё сомневалась, причислять ли их к военному племени, то про троих сообразила сразу — гражданские. И оделись они хоть и близко к маскировочным комбинезонам, но всего лишь в спортивные костюмы.Сноубордист остановился перед нами, шутливо изобразил полупоклон и произнёс чуть насмешливо и светски:

— Добрый день, милые дамы!

— Привет, мальчики! — легко откликнулась Бланш. Легко-то легко, но я ощущала её пружинное напряжение: случись что — драться она готова.

Я же уже просчитала по меньшей мере три варианта, как можно уничтожить всех пятерых без потерь с нашей стороны, плюс прочувствовала странное сочетание страха и надежды от гражданских. И где-то стороной родилась уверенность, что с ними со всеми можно договориться.Поэтому, подыгрывая седому сноубордисту, я присела в шутливом реверансе, одной рукой "придержав край бального платья", а другую протянув для поцелуя.Мои предположения сноубордист оправдал. С той же насмешливой улыбкой он приложился к моим пальцам.

— Матвей Иорданец к вашим услугам, леди.

— Ата Уиверн.

— Бланш Кремер.

— Позвольте представить вам наших спутников, дамы.