Суеверие - Амброуз Дэвид - Страница 57

Сэм смотрел на нее, пока она говорила. Ее волнение, такое живое и трогательное, только подчеркивало избалованность и испорченность этой женщины, не знающей отказа ни в чем, — но даже человек, чье сердце ожесточили невзгоды, не смог бы этим возмутиться. Казалось, она живет какой-то очарованной жизнью. Боль, нищета и подлость никогда бы ее не коснулись. Она пережила бы их. Она была рождена, чтобы всегда быть счастливой, — как некоторые с рождения обречены никогда не знать счастья.

— Вы не припомните поточнее, как впервые наткнулись на упоминание об Адаме Виатте? — спросил Сэм.

Помрачнев, Джоанна ответила:

— Боюсь, сейчас не смогу. По-моему, это была случайная ссылка по истории долины Гудзона, где я родилась, — она вновь восторженно заулыбалась. — Удивительная вещь — оказалось, что он был предком Ральфа по материнской линии. На самом деле именно Адам нас познакомил — в прямом смысле.

Говоря это, она протянула руку к руке Ральфа.

Сэм заметил, что они коснулись друг друга с изящной непосредственностью и без всякого чувства неловкости. Они и впрямь, подумал он, выглядят как двое влюбленных.

— Мои родители по-прежнему живут там, и я часто ездила их навестить. Ральф арендовал домик поблизости, но мы не были знакомы до тех пор, пока однажды утром мы оба возвращались с верховой прогулки и встретились буквально на могиле Адама, на местном небольшом кладбище. Я собирала материал, а Ральфу любопытно было взглянуть, где похоронен этот его печально известный предок...

— Простите, — перебил Сэм. — Это была ваша первая встреча? Не будет дерзостью с моей стороны спросить, как давно это случилось?

Ральф улыбнулся и с неприкрытым обожанием посмотрел на жену.

— Ровно двенадцать месяцев и три дня назад, — сказал он. — А могу я в свою очередь поинтересоваться, почему вы спрашиваете?

Казабон успокоился и больше не относился с подозрением к Сэму и его вопросам — теперь ему было просто любопытно.

— Я... Я только хотел прикинуть... — неловко сказал Сэм. — Уточнить дату... — он произвел в уме быстрые вычисления — убедиться, что в это самое время они вызывали своего «духа». Так и есть. Сегодняшнее число — то же самое по отношению к ним. Так или иначе встреча между этой Джоанной Кросс и Ральфом Казабоном состоялась раньше встречи его Джоанны и Ральфа Казабона ровно на год.

— Одним словом, — сказала Джоанна, — такое стечение обстоятельств, что мы оба оказались в одно и то же время на крошечном кладбище и искали одну и ту же могилу показалось нам столь необычным, что... — она сделала жест, подразумевающий, что дальнейшее ясно. — В общем, это была неизбежность.

— Итак, вы написали книгу... — напомнил Сэм.

— Я написала книгу, а пра-пра — и еще несколько «пра» — внук моего персонажа проверял за мной грамматические ошибки и присматривал, чтобы я пугалась его семьи не больше, чем следует. — Она легонько сжала руку Ральфа.

— А раньше вы уже что-нибудь издавали? — спросил Сэм.

— О небо, нет! Я работала в брокерской конторе — смертельная скука и ни минутки свободной. Я всегда мечтала стать писательницей, но мне не хватало уверенности, чтобы начать. А теперь я хочу сделать на этом карьеру. У меня есть еще несколько биографических задумок, а потом, возможно, я возьмусь за роман.

— Ну, а теперь, доктор Таун, — сказал Ральф, — вы должны объяснить нам, что за всем этим стоит. Вы работаете над чем-то, что имеет отношение к самому Адаму? Или он привлек вас как некий феномен психики? Это бы меня не удивило, он был довольно темной личностью и, по всем признакам, имел обыкновение баловаться черной магией.

— Э-э... Да, некоторым образом это связано с моей работой.

— Как увлекательно! Расскажите, — воскликнула Джоанна тоном маленькой девочки, которой не терпится услышать от подружки последнюю сплетню.

Сэм деликатно уклонился:

— Боюсь, прямо сейчас для меня затруднительно вдаваться в подробности. Но я с удовольствием расскажу вам обо всем, как только смогу.

Джоанна, казалось, была немного разочарована, но ничего не сказала.

— Не могли бы вы одолжить мне экземпляр вашей книги? — чуть поколебавшись спросил Сэм. — Я с радостью купил бы ее, но, поскольку книга еще не вышла...

— Берите в подарок, — не задумываясь сказала Джоанна и показала на полку: — Как видите, у меня их полно.

— Это очень любезно с вашей стороны, благодарю вас. — Сэм поднялся с дивана. — Мне пора. Прошу прощения, что побеспокоил вас.

— Только одно, — Казабон нахмурился, как человек, который вспомнил, что смущало его все это время. — Когда вы пришли сюда, то сказали что-то о смерти двух человек. Что именно вы имели в виду?

Вопрос застал Сэма врасплох. Он слишком усердно старался выкинуть из головы эту проблему.

— Простите, — ответил Сэм, стараясь говорить как можно убедительнее, — но я был введен в заблуждение. Поскольку ваша супруга — явно не та Джоанна Кросс, которую я искал, все что я говорил, уже не имеет значения. Я понимаю, что это звучит туманно, но сейчас я не в состоянии сообщить вам больше. На самом деле, я сам не знаю больше того, что уже вам сказал.

— Что ж, все это очень таинственно, — проговорил Ральф. Впрочем, он не казался особо встревоженным. — Однако я должен взять с вас слово, что вы расскажете нам обо всем, когда сможете. У вас, наверное, есть визитная карточка? Чтобы мы могли с вами связаться, если в том возникнет необходимость.

— Да, где-то была... — Сэм выудил из кармана бумажник и достал одну из визиток, что Пэгги напечатала ему пару лет назад. Им редко находилось применение. На обороте он написал номер своего домашнего телефона. Ральф с благодарностью взял карточку и положил на каминную полку.

— Только обязательно сообщите мне, что вы думаете о моей книге, доктор Таун, — сказала Джоанна. — Я буду рада узнать мнение ученого.

— Обещаю вам позвонить.

— И если вам покажется, что я упустила что-то, говоря об Адаме, тоже скажите мне, хорошо? Еще не поздно добавить несколько примечаний.

— Да-да, конечно, — пробормотал Сэм. Он посмотрел по очереди на Ральфа и на Джоанну. — Надеюсь, вы оба не суеверны.

— Суеверны? Что вы подразумеваете? — спросила Джоанна.

— О, вы знаете — история повторяется. Я подразумеваю, что Адам, который является предком вашего мужа...

— А!.. — Она рассмеялась, словно он пошутил, и игриво взъерошила волосы Ральфа. — Нет, в этом смысле я не суеверна. И мой муж тоже.

Они проводили Сэма до двери и смотрели ему вслед, пока он не исчез в темноте.

— Странный человек, — сказал Ральф, когда они с Джоанной вернулись в дом.

— Мне показалось, он довольно приятный.

— Приятный, согласен — но все-таки странный. Впрочем, я надеюсь, что однажды мы выясним, в чем тут дело.

— Может, Адам начал являться кому-нибудь — звеня цепями и издавая глухие стоны. Этого я о нем дописывать не стану: он и так уже много всего натворил.

Зазвонил телефон. Ральф вернулся в гостиную и снял трубку.

— Алло? А, Боб... — Он жестом показал Джоанне, что это ее отец. — Как дела? Позвать Джоанну? Она рядом...

Он замолчал, и лицо его омрачилось. Джоанна, понимая, что случилась какая-то неприятность, быстро подошла ближе.

— Что там?

Ральф жестом попросил ее помолчать, а сам слушал.

— Ты шутишь? Когда это было?

Он выслушал ответ, потом сказал:

— Это невероятно! Только что к нам приходил человек, который искал ее. Без сомнения, это та самая женщина.

Терпение Джоанны, и без того не особенно сильное, достигло предела. Она протянула руку, ожидая, что Ральф передаст ей трубку, но вместо этого он сказал:

— Нет, конечно, я понимаю. Я ей скажу. Хорошо. Пока, Боб.

Он положил трубку и повернулся к Джоанне:

— В это невозможно поверить!

— Что? Что?

— К твоим родителям постучалась какая-то женщина и заявила, что она — это ты. Наверняка это та самая. Которую ищет Сэм Таун.

— Она еще там?

— Нет, она ушла. Очевидно, твоя мать была одна; она заперла дверь и вызвала полицию. Впрочем, я ее не виню. Твой отец вернулся вовремя, чтобы успеть увидеть ту женщину, но она все-таки ускользнула.