Тринадцать полнолуний - Рок Эра - Страница 76

76

— Мужайтесь, мой мальчик. Увы, но как бы мы не старались, неизбежное всё-таки случилось. Но он ушёл счастливым, поверьте мне, я это знаю наверняка. Вы сделали всё, что было в ваших силах. Теперь нам нужно молиться за его упокоение и взывать к господу, чтобы принял его душу в свои объятья.

— Я был готов к этому, но всё равно это мучительно больно. Ноет душа, хотя разум осознаёт, — горестно ответил ему Генри.

— Я понимаю вас, мой друг. Мне, волею судьбы, не пришлось хоронить близких и родных, но смертей я повидал не мало. Они все отличались одна от другой, но их объединяет печаль и горесть родных. Я распоряжусь о траурных ритуалах, а вы займитесь оповещением друзей вашего отца, — похлопал его по плечу доктор.

— Спасибо вам, дядя Юлиан. Спасибо за всё, за то, что вы есть в моей жизни и всегда находите добрые слова. Спасибо.

Генри обнял своего старого друга. Юлиан тоже обнял его, похлопал по спине и вышел на улицу. Генри вошёл в кабинет отца и, сев за его стол, собрался писать траурные открытки-приглашения. Открыв ящик секретера, он, разбирая бумаги, наткнулся на небольшой листок, сложенный вчетверо, слегка затёртый по краям. Развернув его, он вздрогнул, узнав почерк матери. Это были стихи.

«Этот солнечный свет больно бьёт по глазам,Лучше сумрак и тьма, в них покой и прохлада,Все похвальные почести им я воздам,Только света небесного больше не надоОкунусь в темноту, обрету там покой,Где от шума людского надёжно укрытьеНа себя самого зло махну я рукойМне не надо уже больше новых открытийЯ закрою глаза, смерть-блаженство самоРаспахнёт мне свои ледяные объятьяЯ уйду в мир иной, на покой, всё равноОттолкнувшись душой от святого распятья»

«Боже мой, это писала она! Но как давно? Сколько прошло времени? Как давно она решилась на это? Моя бедная мамочка! Вот опять эта незабытая боль напомнила о себе» у Генри перехватило дыхание. Вновь и вновь перечитывая написанное, он представил мать, склонившуюся над столом, когда она, в отчаянии, но уже успокоенная от принятого, твёрдого решения, писала эти строки. Стук в дверь и дворецкий сообщил, что родовой семейный склеп готов к приёму нового постояльца.

К концу этого дня Генри чувствовал себя опустошённым и страшно уставшим. Он лёг в кровать и думал, сон придёт мгновенно, но это было не так. Лишь только его голова коснулась подушки, сон, ещё мгновенье назад призывно манящий в свои объятья, как рукой сняло. Он лежал и смотрел на пламя свечи. «Я остался один, отец и мать обрели вечный покой. Они прожили так мало на мой взгляд. Хороший человек или плохой — два критерия в жизни. К какому числу они относили себя? Что они думали на пороге вечности? Что терзало, а может быть, успокаивало их? Я никогда не смогу узнать, какие мысли родились в их угасающем сознании. Жаль» думал Генри. В распахнутое окно влетел мотылёк.

Он долго кружил возле пламени то опрометчиво близко приближаясь, то отдаляясь на безопасное расстояние. К нему присоединился ещё один, но он был гораздо сдержаннее. Он очень аккуратно порхал вокруг первого, словно пытался на своём языке угомонить его и предостеречь от опасности. Но первый, словно не слышал, не понимал своего собрата и продолжал играть с огнём. Но, вдруг, одно неловкое движение, слишком резкий взмах тонких, прозрачных крылышек к огню и опалённое, погибшее от своей безрассудности насекомое упало на стол. Второй, покружив немного над мёртвым тельцем, вылетел в окно. «Вот так и мы в этой жизни летим на пламя, в котором сгорает наша жизнь. Мы то, осторожно, не допуская ошибок, кружим рядом, бережно продлевая свой отпущенный срок, то, допустив просчёт и совершая ошибку за ошибкой, тем самым слишком близко приближаемся к опасному, но манящему свету. И вот он принимает нас в свои горячие объятья, после которых приходит конец. Размышлять можно бесконечно, но надо отдыхать, поспать.

Ну, что же ты, великий бог Морфей, лишил меня истомы, неги сонной, приди и крыльями волшебными навей покой моей душе измученно и утомлённой».

Но прошло ещё время, а уснуть так и не удалось. Генри встал и спустился вниз, в гостиную и сел в кресло отца возле тихо потрескивающего горящими поленьями камина. Закрыл глаза и попытался задремать, но вместо сна он почувствовал уже знакомое ощущение, которое приходило к нему два раза до этого. Он увидел себя со стороны, сидящим в кресле. Теперь он знал, что это третий выход астрального тела. Подумав о Юлиане, он мгновенно оказался в доме доктора и застал того уже поджидавшим. Юлиан, а вернее его астрал, стоял возле стола.

— Ну, юноша, если вы будете добиваться этого только в моменты душевных страданий, боюсь, возле вас будет пустота и никого рядом. Я не смогу заменить тебе родителей, но постараюсь быть тебе хорошим другом и наставником, а это, говорят, не мало. Пришло время научить вас приходить в это состояние без эмоциональных травм. Я расскажу вам, как это делать, находясь в сознании, в реальности.

В первую очередь вы должны научиться расслаблять своё тело. Если не получится сразу целиком, то сначала будете давать приказание каждому, отдельному участку. Начинать надо с мозга, его правого и левого полушарий. Усиленно давайте приказ, чтобы они оставили, стёрли все мешающие мысли и предались внутреннему созерцанию. Мышцы лица, груди, рук, спины, живота и нижних конечностей должны быть полностью расслаблены, практически неощущаемыми. Потом это действо назовут… Вот те на, запамятовал! Ох, годы, мои годы. Вот-вот-вот. Сейчас вспомнил, «аутотренинг». Придя в состояние полной отрешённости от внешнего мира, вы отключите сознание, контролирующее внешние факторы. Тем самым вы сможете открыть дверь в блокированное, в обычном состоянии, подсознание. В нём-то и заложен огромный, колоссальный объём информации, который нужно прочитать и запомнить.

— А откуда этот объём появляется в нас и что в нём спрятано?

— Люди лишь на четверть от полшага подошли к разгадке этой тайны. Я знаю только одно, все рождаются с ним, но не все могут его открыть и осмыслить. Помните тот океан и голубую пирамиду, которую мы с вами видели?

— Да-да, конечно помню, — быстро ответил Генри и не обманывал, он действительно хорошо помнил это видение, хотя и был маленьким мальчиком.

— Вот именно оттуда всё и начинается. В каждом из нас есть частичка этого информационно-энергетического океана. Я не устаю каждый день петь хвалебные, песни создателю и его труду. Вы знаете, сколько весит человеческий зародыш? Всего 0,004 гр.!!! Представляете, в зародыше уже заложено всё, от мозга, ручек-ножек, маленьких волосинок, покрывающих тело до способности организма бороться с болезнями самостоятельно. Вы только вдумайтесь в это совершеннейшее чудо природы! Мы имеем это благодаря совместной работе Вселенского разума и природы-матери. Вселенский разум делиться с нами своей крошечной частичкой мудрости, а природа создаёт для неё биологический сосуд.

— А что есть душа? Ведь мы так часто говорим о ней, о том, как она болит, страдает, мучается или наоборот, ликует от счастья и любви. Она то сжимается в маленький комочек от страха или обиды, то распускается подобно бутону цветка, поёт и рвётся наружу, чтобы поделиться своей радостью со всеми.

— Вы абсолютно правы. Есть, есть что-то такое в нашем организме, что не подходить под все физиологические определения. Всё что вы сказали знакомо каждому. Я думаю, это энергетический сгусток, который соткан из множества тончайших нитей, связывающих нас с бесконечностью Вселенной. Это невидимая, но весьма ощутимая субстанция. Это вопрос вопросов и диспуты о нём были, есть и будут, пока живёт человечество. Множество учёных ломают копья в этом сражении «за» и «против» её существования. Пока ещё, в нашем времени никому не удалось создать точнейший технический прибор, который смог бы не только увидеть, но и взвесить её. Но люди будут работать над этим и, в конце концов, добьются определённых результатов. Они сделают приблизительные выводы, что после смерти человека, он становиться легче на 21 грамм. Что это? Объём последнего выдоха или столько весит душа? Как и когда найдут ответ — срок неизвестен, но то, что это произойдёт не вызывает сомнения. Если конечно не вмешается провидение и не закроет ещё большей завесой это своё таинство. Сколько бы человечество не кичилось своей цивилизованностью и грамотностью, всё равно страхи и предрассудки, владевшие умами людей в древности, господствуют над нами и по сей день. Чему нельзя дать объяснения, то автоматически относиться к сверхестественному явлению, не принадлежащему к окружающему миру. А так ли это? Я думаю, что окружающая нас природа — вот главный инициатор всех тайн. У неё в рукаве всегда найдётся очередной секрет, когда мы разгадаем предидущий. Сдаётся мне, у неё этих секретов, как песчинок на морском берегу. Но мы отвлеклись, давайте сначала добьёмся тех результатов, которые нам необходимы на данном этапе, а позже, вернёмся и к этим вопросам. Так вот, на чём мы остановились?