На грани потопа - Касслер Клайв - Страница 96

Джулия покосилась на спидометр. Стрелка уже зашкалила за семьдесят миль в час и, похоже, не собиралась останавливаться на достигнутом.

— Почему в твоем автомобиле нет ремней безопасности? — спросила она.

— Семьдесят лет назад они не пользовались популярностью, — сухо ответил Питт.

— Зачем ты так быстро едешь?

— Не знаю лучшего способа привлечь к себе внимание, чем превысить скорость в центре города, управляя автомобилем весом в четыре тонны.

— Тогда будем надеяться, что у него исправные тормоза, — обреченно вздохнула девушка и откинулась на спинку пассажирского кресла, покорившись неизбежности.

— Тормоза отличные, — откликнулся Питт, — только не такие чувствительные, как в современных моделях. Но если как следует надавить, встанет как вкопанный!

Держа в руках врученный ей кольт, Джулия пока не спешила следовать указаниям Дирка и даже курок не взвела. Мысль о том, что из него, возможно, придется отстреливаться от наемных убийц в самом центре столицы, казалась ей дикой и несуразной. Кроме того, она до сих пор не могла поверить, что не единожды проверенные телохранители оказались предателями.

— Нет, у меня определенно дежа вю! — простонал Питт, огибая Маунт-Вернон-сквер на таком крутом вираже, что покрышки протестующе завизжали, а народ на площади начал оборачиваться. — Ты не поверишь, но в этом году мне уже вторично приходится петлять по вашингтонским улицам на коллекционном антикварном автомобиле в обществе прекрасной женщины, улепетывая от плохих парней, возжаждавших положить конец моей многообещающей карьере.

— Выходит, ты и раньше попадал в подобные переделки?

— Неоднократно. Но в прошлый раз я сидел за рулем спортивной полугоночной модели, которая втрое легче и вдвое быстрее этого мастодонта.

«Дюзенберг» оранжевым сполохом пронесся по Нью-Джерси-авеню, вывернул на Первую улицу, наддал еще и помчался по прямой в направлении Капитолия. Непрерывные басовитые гудки клаксона заставляли попадавшиеся на пути машины испуганно шарахаться в стороны. Питт вцепился в баранку мертвой хваткой — стоило ему хоть на мгновение потерять контроль, и неуправляемую махину могло на скорости вынести на тротуар, где даже в столь поздний час было полно пешеходов.

Микроавтобусы не отставали. Верткие и быстрые, они уверенно настигали неповоротливого автоклассика, повиснув у него на хвосте, как преследующие лисицу гончие. На автостраде Питт смог бы потягаться с ними на равных и даже дать фору, но в городских условиях преимущество было не на его стороне. Он на ходу переключил скорость со второй на третью. Коробка передач возмущенно взвыла, но могучий двигатель послушно отреагировал, увеличив обороты. По счастью, поток машин впереди заметно поредел, позволив Питту выжать акселератор до отказа. Оставив за спиной здание Капитолия и памятник Гарфильду, он выскочил на Мэриленд-авеню за несколько кварталов до Музея воздухоплавания и космонавтики.

Очевидно, терпение киллеров иссякло, потому что сквозь рев мотора послышался характерный треск автоматной очереди, и боковое зеркальце на глазах Питта разлетелось вдребезги. Стрелок тут же скорректировал прицел, и следующая пришлась уже в заднее ветровое стекло, рассыпавшееся мелкими осколками по сиденьям и крышке багажника. Питт поспешно сполз футом ниже; левой рукой он продолжал крутить баранку, а правой ухватил Джулию за плечо, стянул ее вниз и бесцеремонно втиснул в промежуток между бардачком и креслом пассажира.

— Вот и дождались! — процедил он сквозь зубы. — Вводная часть закончена, приступаем к прениям сторон. Начинай отстреливаться, а я постараюсь поменьше вилять, чтобы не сбивать тебе прицел. Только осторожно: выстрел — и сразу спряталась.

— Я не смогу стрелять, — решительно отказалась Джулия. — Вокруг полно людей и машин. Ни за что себе не прощу, если случайно попаду в невинного ребенка!

Вместо ответа Питт вывернул руль, одновременно нажав на тормоза. Заднюю часть «дюзенберга» занесло и развернуло перпендикулярно трассе. Не дожидаясь полной остановки, Питт снова нажал на газ. Огромные колеса без труда перевалили через высокий бордюр, и автомобиль тяжело выкатился на ухоженную травку парковой зоны, окружающей Капитолийский холм, — любимого места отдыха жителей столицы. Семнадцатидюймовые покрышки глубоко врезались в мягкую почву, оставляя за собой темные полосы вывороченного дерна.

Джулия среагировала как любая нормальная американка, которую с раннего детства воспитывали в духе трепетного отношения к природе.

— По газонам ездить нельзя! — возмущенно завопила она. — Это запрещено!

— Ничего, я уплачу штраф, — успокоил ее Питт и с усмешкой добавил: — Если останемся в живых.

Его хитроумный маневр оказался полной неожиданностью для преследователей и возымел именно тот эффект, на который он рассчитывал. Водитель первого микроавтобуса в точности повторил все действия Питта, но, когда попытался вслед за ним форсировать ограждение, это привело лишь к тому, что у него лопнули все четыре колеса. Резина конца девяностых не выдержала конкуренции с продукцией тридцатых годов.

Водитель второго сумел сделать правильные выводы и преодолел препятствие без ущерба. При этом он потерял довольно много времени, зато находившиеся в вышедшей из строя машине наемники получили возможность перебраться к нему в салон. Погоня возобновилась. Под изумленными взорами сотен поклонников джаза, расходившихся после только что закончившегося концерта сводного оркестра Корпуса морской пехоты на открытом воздухе, петляя по аллеям и лужайкам, неслись на бешеной скорости два автомобиля: впереди оранжевый монстр, будто вынырнувший из гангстерских фильмов о временах «сухого закона», а за ним, как приклеенный, черный микроавтобус «форд». Невиданное зрелище словно завораживало толпы очевидцев. Повинуясь неодолимому стадному инстинкту, все больше и больше людей внезапно меняли маршрут, устремляясь кто бегом, кто шагом вслед за обеими машинами, неуклонно приближающимися к зданию Национальной галереи искусства. Никто из зевак не понимал, что происходит, но каждый был исполнен решимости досмотреть до конца и дождаться развязки.

Промелькнул по правую руку и скрылся из виду архитектурный комплекс галереи, остался позади Музей воздухоплавания и космонавтики, а «дюзенберг» все продолжал мчаться по траве, на полной скорости перепрыгивая через бордюры пересекающих зеленый массив трасс. Седьмую улицу он проскочил на красный сигнал светофора, вызвав панику и столпотворение на перекрестке, но оторваться по-прежнему не получалось. Следовало отдать должное уровню подготовки подручных Шэня: за баранкой микроавтобуса сидел настоящий виртуоз. Питту до сих пор удавалось не подпускать его на ближнюю дистанцию лишь благодаря ценной конструктивной особенности своего автомобиля: в отличие от современных моделей, на высокой скорости многотонный красавец слушался руля гораздо охотнее, чем на малой или средней. Более того, на полном газу у водителя возникало устойчивое ощущение стабильности и безопасности; достаточно было едва заметного поворота руля, чтобы блестящий колосс мгновенно изменил направление". Пересекая Четырнадцатую улицу, Питт с облегчением перевел дух — та была пустынна и безлюдна по обе стороны от развязки. Необходимо было выяснить, далеко ли погоня, но обернуться он не мог, а все зеркала заднего обзора сильно пострадали от предыдущего обстрела.

— Глянь, пожалуйста, где там наш эскорт? — попросил он Джулию. — Только сильно не высовывайся, а то еще зацепят ненароком.

Девушка осторожно заползла на подушку сиденья и выставила голову над спинкой на уровне глаз, крепко сжимая в правой руке снятый с предохранителя кольт со взведенным курком.

— Они, должно быть, немного отстали на том перекрестке, — сообщила девушка, — но уже догоняют. В кабине двое. Лица расплываются, но я их вижу.

— Вот и залепи им по маслине в лоб, — предложил Питт.

— Я же сказала, что не стану стрелять в городе! — рассердилась Джулия. — На улицах полно прохожих, и я не могу рисковать.