Расправить крылья (СИ) - Ружанская Наталья - Страница 53

Пещера начала расплываться — сон заканчивался, Элли с трудом заставила себя задать последний вопрос:

— Как твое имя?

— Хаат…

Открыв глаза ангел бездумно смотрела в серый потолок, а после усмехнулась одеревеневшими губами: "Ты ошибаешься, я отлично усвоила урок и вырезала его алмазным резцом на памяти. Жаль только, что последствия этого урока еще долго будут кровоточить"…

Девушка помахала крыльями и вновь обхватила ими озябшее тело, а после опустилась прямо на земляной пол.

Крылья, одновременно такие реальные и при желании эфемерные, невидимые… они мерцали в полумраке камеры, даря покой и успокаивая. Почему-то вспомнился безмерный восторг Айви, благоговение Майкла и… нежная улыбка любимого. Поморщившись, выдрала из крыла маховое перо. То что надо.

Перо опустилось острым кончиком на земляной пол, оставило первую неуверенную линию.

…Значит Хаат…

Ломаные линии, квадратики с именами и событиями, стрелочки, треугольники сюр-ирреальной картины ширились, уже укрывая почти все земляное покрытие.

Отец всегда говорил, что важно найти логическое обоснование. Что не важны симптомы, а главное причина. Лечить симптомы может любой дурак, а вот обнаружить и убрать причину… Ниарел Элдорский дураком не был. Он был гениальнейшим целителем.

Линии пересекались, квадраты налезали один на другой. Конрад, Айрэл, Кассандра, Шанти, Келли… Темные-светлые, события, разговоры, воспоминания — все слаживалось в одну большую мозаику.

И в этой мозаике почти все стрелочки сходились на центре — кривом эллипсе, в котором красовалось имя новой красноглазой знакомицы. Девушка устало растерла гудящие виски и прикрыла воспаленные глаза, прислоняясь к стене. Устранить причину, да?

"Теперь дело за малым… — она тихонько, чуть нервно рассмеялась и поудобнее устроилась в пуховом облаке крыльев. — Да, всего-то обмануть трех высших… всего-то. Что ж посмотрим, великие и бессмертные, чему я у вас научилась. Сыграем по моим правилам"?

Сквозь неплотно закрытые жалюзи пробивался солнечный свет, а стекла чуть дрожали от гудков проезжающего транспорта. Шанти сонно шевельнулась, прижимаясь к теплому мужскому телу.

"Что — мужскому"?!

Девушка открыла глаза, злобно зашипев от резкой головной боли и ме-едленно повернула голову вправо. Рядышком, разметавшись светлой шевелюрой по подушке спал новый знакомец с ангельской внешностью. Облокотившись на подушку девушка усмехнулась и легла обратно, обнимая мужчину за шею: "А почему бы и нет"? Почему бы не устроить себе маленький отпуск — неужели не заслужила? А все остальное пусть катиться в Бездну".

За Элли пришли на рассвете следующего дня. Удивляться переносу собрания на целые сутки было глупо — ясно, что Старейшины не хотели давать повода темному Повелителю успеть сделать хоть что-то.

Послушно поднявшись с холодного пола, среброкрылая пошла за стражниками, которые плотно окружили ее и пристально следили за каждым движением, держа ладони на мечах. Ирония, львы боятся мыши…

Морозно-ледяной рассвет, с багряными узорами еще не поднявшегося из-за горизонта солнца, рисовал на стекле неба причудливые картины. Утренняя прохлада пробиралась под одежду, босые ноги зябко отдергивались от ледяных мраморных плит. Поежившись, девушка запахнулась в крылья, вызвав новую волну неприязни и настороженности у стражников.

Хорошо хоть не на закат перенесли, впрочем, это было бы удивительнее всего. Увидеть последний восход перед смертью, это законное право любого крылатого. Что-что, а соблюдение традиций, какими бы устаревшими они не были, в Граде было железным. Множество, просто несметное число нерушимых правил о том, как рождаться, жить и умирать. Девушка едва заметно улыбнулась уголками губ — и это просто замечательно! Потому что умирать она не собиралась. И пусть здесь многое зависело от того, насколько честен с ней был Конрад, ну а если же — нет… Значит и смысла нет жить дальше.

Центральный зал Совета Старейшин гудел растревоженным ульем, хотя и был наполовину пуст. Все флаги и знамена приспущены — пусть Повелитель еще и жив, но дань традиции всеобщего горя никто не отменял. Самые сильные ангелы — от Архангелов до Престолов еще с ночи стояли в круговой обороне вокруг дворца, поддерживая кольцевую блокировку от любой телепортационной магии. А на собрании присутствовали лишь сами Старейшины в золотых одеждах вершителей правосудия, перепоясанные черными поясами в знак скорби, летописцы и несколько десятков стражей вдоль стен. Место Председателя заняла Наэла, вторым судьей была Ингрид, с неестественно прямой спиной и полным презрения взглядом.

И вот первые лучи солнца скользнули по залу, заиграли солнечными зайчиками в зеркалах и люстрах. Солнечный свет вспыхнул отражением в десятках глаз и впитался в распахнутые в благоговейном молчании крылья. Рассвет.

Единственный гулкий, будто похоронный колокол удар гонга возвестил о начале слушания.

Сам совет девушке не запомнился. Вновь одни и те же вопросы: "Заключала ли она договор с темным Повелителем"? "Какой"? "Она была его любовницей"? "Уговаривал ли он предать Свет"? "Действительно ли собиралась выйти замуж за темного"? "Это ты отравила Айрэла"? "Ты знаешь, как исцелить Повелителя"?..

И вновь то же недоверие и беспрестанное убеждение согласиться на "Зеркало памяти"… В ответ — односложные и неизменно вежливые: "Да. Нет", всякий раз вызывавшие бурю негодования.

Наконец, вопросы закончились. Последнее слово. Элли медленно подняла голову и вновь сразу же опустила взгляд.

"Снова тратить слова и убеждать кого-то, что она не предатель? У них свидетель, мотивация… впрочем, попытка"… Едва открыв рот, она так и не смогла произнести ни звука — раздался тихий резкий щелчок, будто кто-то одним движением сломал сухую ветку. Руке вдруг стало свободно и легко; с металлическим стуком браслет-змейка соскользнула с запястья, упала на пол, перекатилась и рассыпалась серой пылью. Ровно три месяца. Как по часам.

Элли медленно подняла руку — там, где был браслет, осталась белая полоска невыгоревшей кожи. Медленно-медленно по венам растекалась… свобода, магия, сила. Просто невероятно сладкое чувство! Неприкрытое наслаждение так явно отпечаталась на ее лице, что по залу прошлась волна шепота. Мельком взглянув на лица окружающих: осуждающие вперемешку с неприкрытой жалостью, она поняла — все уже решено.

"Значит, бессмысленно. И… пора начинать первую часть представления".

— Вы ведь уже все решили, так?

— Элиза… — Наэла говорила медленно, отводя взгляд от кучки пепла, оставшейся от рабского браслета и с трудом подбирая слова. — Как мне не хочется это признавать, но ты единственный кто имел… мотив под влиянием темного Повелителя, хоть мне и тяжело в это поверить… и возможность. А единственное наказание за подобное — смерть. Девочка, да ты же сама не даешь ни себе, ни нам, ни единого шанса тебя оправдать…

— Я не про это, — отмахнулась Элли, а брови Наэлы поползли вверх. — Раз вы все решили, то я требую последнее желание!

Разъяренная Ингрид до этого молча следившая за диалогом, вскочила с места, впиваясь ногтями в ладони.

— Какое у тебя может быть последнее желание?!

— Может. — Спокойно отозвалась Элли. — Любой имеет право на последнее желание. Даже я. Вы не имеете права отказывать.

— Ты знаешь правила: не просить пощады, не просить отсрочки или замены наказания? — Уточнила провидица.

— Да.

— Хорошо. Так, чего ты хочешь, дитя? — Наэла подняла руку, прерывая возмущенный шепот зала и крики разъяренной Ингрид.

— Я хочу увидеть Конрада. Просто увидеть.

— Шлюха!

— Зачем?

— Я не обязана объяснять.

— Значит это все-таки правда, ты пыталась убить Айрэла… А я не верила…

— Если вы не верили, то почему позволяете меня убить?

Оракул отвернулась и после недолго молчания спросила:

— Ты ведь понимаешь, что по-настоящему никто тебе не даст с ним встретиться? Тем более, что велика вероятность того, что узнав решение Совета, Конрад попытается отбить свою… любовницу.