Игра теней - Катериничев Петр Владимирович - Страница 59

— Дронов.

— Жируешь, дармоед. — Голос Круза тепл и ласков, как у всякого банковского воротилы. — Чего жуешь?

— Сиговину с приправами в подливке.

— А-а-а… А что такое… Как ты там назвал?..

— Сиговина…

— Ну?..

— Ты — банкир, тебе — виднее. Поди, чудно приготовляли раньше в трактире Тестова. Сейчас в «Савое» не подают?

— Не знаю.

— Зашел бы, отведал.

— Некогда.

— Слушай, Круз, а тебе не приходило в голову, что среди прочих книжек «Москва и москвичи» Гиляровского — натуральный подкоп под советскую власть?

Особливо в тех местах, где он трактиры и ресторации описывает…

— Голодный сидишь?

— Скорее — необихоженный.

— И тебя занесло к дяде Гиляю…

— Много круче. В «Домострой».

— Пора жениться.

— Не на ком. По делу звонишь?

— Ага. Ждем, чего скажет информационно-аналитическая служба банка в твоем лице. По интересующему вопросу. Игра идет, ставки делаются…

— Круз, ты мне еще скажи, что вы не определились! — Хм…

— И не хмыкай. Вопрос — как апельсин очистить: никто не складывает все яйца в одну корзину…

— Мы же не империалистические акулы, у нас столько денег нет.

— Помню. Бедные и трудящиеся. Но… Ставки сделаны, ставки сделаны, ставки сделаны, господа…

— А как же. Давно.

— Так чего от меня хотите? У вас там на руках — статистика, финансы, биржи, торги…

— Не всякие финансы в книжки записаны.

— Оно конечно. Так и я — не дельфийский оракул.

— Пророчеств мы от тебя и не ждем.

— А чего ждете?

— Нетрадиционных подходов.

— То-то. Как говаривал Макиавелли, чтобы постигнуть природу государя, нужно принадлежать к народу. А вы далеки от него. Как декабристы.

— А ты — народ?

— Нет. Я — сын народа…

— А я тогда кто?..

— Иваныч, ты — отец!

— Балаболка. Хорош базлать. Давай работать.

— Пытаюсь. Да все звонки, звонки.

— И прекращай жевать — у всех приличных людей рабочий день давно в разгаре.

— А у меня — рабочий полдень. С напитками и закусками.

— Фигуру побереги.

— Ферзя?

— Пешку.

— Буду.

Завариваю литровую кружку чифиря и усаживаюсь к компьютеру. В Интернет не подключаюсь намеренно: незачем вражьим шпионам знать, какие перлы родятся в моей немонаршей бестолковке. Особенно поутрени и с недосыпу. А то, блин, взяли моду:

Фонд Лореса — то, Фонд Лореса — се… Каждому аспиранту по стипендии, каждой студентке по студенту, каждому студенту — по Интернету. Как говорят в Одессе — не сорите мне на мозги!

Деятельностью всех разведок мира является прежде всего сбор и обработка информации. Ежели страна допускает, то и вмешательство через структуры различных благотворительных, религиозных и иных фондов в формирование мировоззрения ее граждан. Фонд Лореса… на каждый выданный этой организацией грант стипендиат обязан писать заявку с более или менее подробным изложением проблемы, над которой работает… Если бы такой студент или аспирант был один… Информация накапливается, перерабатывается… Это один путь. Второй: стипендиат обязан выполнять заказные исследования. И дело даже не в том, что «наши» мозги будут работать «на дядю» — просто эти самые «мозги» можно загрузить такой бестолочью беспросветной… И они будут работать вхолостую. Ну и третий — самых умных пригласить на стажировочку в Штаты. Даже пожилые профессора едут охотно: там зарплата нашего доктора наук генетика — шестьдесят тысяч баксов в год, ихнего — двести-триста. Прямая экономия. Да и наш как себе рассуждает: поработаю года три, заработаю дочери на квартиру — и вернусь. А через три года ему предложат перезаключить контракт, но жалованье теперь положат тысяч сто пятьдесят…

Подумает, покумекает старик ученый… Да и куда возвращаться? К замерзшим автоклавам? На зряплату в сорок баксов?..

Нет, Америка — великая страна! Оттуда еще никто не возвращался!

Ну и образовательные программы фондов — одно загляденье!

Нет, ребята-демократы, только чай… От подарков их сурово отвернись… Как говаривали древние: «Бойся данайцев, дары приносящих!»

— Олег, завтракать будешь? — Аля стоит в дверях кухни.

— Уже. А что у нас на завтрак?

— Яйца.

— Круто. А я бы отведал курицу.

— Я ж тебе делала прошлый раз, ты не стал.

— Милая барышня, не путай отечественную высокодиетическую рябу со скользкими «лапками Буша»! Отрава она и в Африке отрава!

— Дрон, ты брюзга. Все едят — и ничего… А Ряба эта рынке — ого-го стоит!

— Даже дороже… Сказку помнишь?

— А чего ее помнить? Тупая, как толстолобик!

— Да ну?

— Конечно! Яйцо деду с бабой курица снесла. Золотое. Они его — бить. Оно — ни в какую. А когда мышка яйцо расколола, они — ну рыдать! Чего, спрашивается?

Что хотели, то и получили! А тут еще курица эта дебильная — утешает: «Не плачь, дед, не плачь баба, снесу я вам другое яичко, не золотое, а простое…» Дронов, это не сказка для детей, а пособие для тихих шизофреников!

— Да? Тогда слушай… «Жили-были дед и баба»…

— «и была у них курочка Ряба». Да знаю я эту сказку, блин!

— Какого цвета курочка?

— Да никакого. Ряба.

— Где жили дед и баба?

— Да нигде. Просто — жили.

— Угу. Жили-были. Существовали от века?..

— Да не знаю я.

— «И снесла им курочка яичко, не простое, а золотое…» Аля, вы в умном интернате основной вопрос философии будили?

— Не-а. У нас профиль другой.

— Философия, детка, считается наукой о наиболее общих законах развития мира, космоса, природы, общества, человека. А основной вопрос философии — что первично: материя или сознание. Материя или Бог. На обыденном уровне основной вопрос философии ставится просто: что было раньше, курица или яйцо? В третьей строчке «тупой» сказки вопрос разрешен в пользу объективного идеализма. Идем дальше?

— Ну…

— Тогда будем танцевать от Рябы. Ряба — птица.

— Ну не рыба же!

— В разных мифопоэтических традициях птица выступает как непременный элемент религиозно-мифологической системы и ритуала, и прежде всего птицы являются символами божественной сущности, неба, духа неба, солнца, свободы, ветра, жизни, плодородия…

— Дронт — тоже символ плодородия?

— Скорее — свободы и ветра.

— Олег… Я давно хотела спросить…

— Ну?

— Почему… Почему ты… Короче: почему ты со мной не спишь?

— Маленькая еще.

— Никакая я не маленькая! Скоро пятнадцать.

— А я — законопослушный. Да и…

— Законе… чего?

— Послушный. Чту.

— А по тебе не скажешь.

— Внешность обманчива. Да и любовь зла. Давай-ка лучше про птиц договорим.

— Это про кур-то? А поговорка: курица — не птица… Народная мудрость…

— А женщина — не человек?..

— Ну, со второй частью предки погорячились.

— Как и с первой. Курица, как и гусь, в космогонических представлениях и соответствующих мифах считается птицей хаоса, но вместе с тем творцом вселенной, снесшим золотое яйцо — солнце. Дальше?

— Давай.

— Что есть яйцо?

— Яйцо.

— Правильно. То есть то, проще чего не бывает. Но во всех космогонических мифах яйцо является символом мироздания. Во многих мифопоэтических традициях существует образ «мирового яйца», из которого возникает вселенная, как персонифицированная творческая сила:

Творец, герой демиург, род людской. Чаще же встречаются мотивы происхождения неба и земли из верхней и нижней половинок мирового яйца, либо солнца — из желтка. Во многих случаях мировое яйцо описывается как золотое; иногда ему присущи и другие атрибуты солнца.. По индийской космогонии, из «мирового золотого яйца» возник творец Праджапати, из него же возникает Брахма… В египетских мифах солнце возникает из яйца, снесенного великой птицей…

— Тогда зачем дед с бабой били яйцо? Стремясь разрушить мироздание? Или — постичь его?..

— Не торопись. Яйцо какое?

— Золотое же. Скушать его нельзя. Когда голодный — не до золота.

— И это так. С другой стороны, золото — и символ солнца, и символ золотого века.