Игра теней - Катериничев Петр Владимирович - Страница 99

Выспится. Когда-нибудь.

— Уровень «Стратег» вызывает уровень «Центурион».

— Центурион слушает Стратега.

— У вас готов отчет по «Рубикону-2»?

— Да. И план проведения завершающего этапа.

— Хорошо. Пришлите мне.

— Есть.

— И еще… Что там с «редкой птицей»?

— Ситуация активизировалась. Наши противники себя проявили. Мы отслеживали ситуацию до объекта «Дача». «Додо» выехал оттуда — и исчез. Пока наши поиски безрезультатны.

— А наших противников?

— Т-тоже.

— Уверены или предполагаете?

— Предполагаю. Но — мотивированно.

— Можете изложить ваши мотивировки связно и на бумаге?

— Нет.

— Тогда это не мотивировки, а интуиция. Дронов введен в операцию по вашему настоянию. Ответственность тоже несете вы. Лично вы.

— Я это понимаю.

— До связи. Жду отчет по «Рубикону».

— Есть.

Стратег взял сигару, откусил кончик, сплюнул в камин. Подошел к холодильнику, налил большую рюмку водки. Выпил тремя глотками, смачно разгрыз моченое яблоко… Чем еще так водочку закусишь?..

А хорошие у него все-таки ребята! Государство кончается там, где кончается армия. А армия превращается толпу или «клуб по интересам», если забыты два понятия: «Я приказываю» и «Я несу ответственность». А значит — честь имею.

«Коллективный пазум партии» был хорош только для принятия убийственных решений, за которые не отвечал никто.

Мужчина опустился в кресло, поджег на углях лучину, раскурил сигару…

По-видимому, он становится брюзгой. Старым брюзгой. Не хватает только пледа, старого пса у ноги стола, заваленного страницами воспоминаний… Хм… Что ему не грозит никогда — так это писание мемуаров…

По телу разливалось тепло. Угли в камине светились густо-малиновым. Мужчина спал.

Дела Эрик привык доводить до конца. Даже не сделанные другими. Он просмотрел последнюю информацию по операциям уровней «Советник» и «Урфин».

Единственное, что удалось братцу, — это угробить «соратника по борьбе». М-да…

«Додо» нужно устранять. Еще где-то бродят «Сэйлор» и «Долли», но сейчас не до их поисков. События накатывают слишком стремительно… А «Додо» — устранить. Но так, чтобы это никоим образом нельзя было связать ни с одним из людей или уровней Организации… Нужен «чистый», «береженый» киллер. У Эрика такой есть.

Он подвинул к себе обычный городской телефон. Поставил мембрану, изменяющую голос. Набрал номер:

— Попрошу Константинова.

— Такой здесь не проживает, — ответили на другом конце провода.

— А куда я попал?

— Константиновы переехали.

— Это племянник. Вы не знаете новый адрес?

— Нет. Только телефон.

— Выслушав семь цифр, Эрик повесил трубку.

Киллер человек примитивный, но достаточно сообразительный, чтобы завести контакт-автоответчик… Набрал на званный номер:

— Это племянник. Прошу вас навестить знакомого Дронов Олег Владимирович, запишите адрес… Он заболел. Смертельно. Письмо дядя для него уже отправил.

Джокер повесил трубку. Так, с этим разобрались Киллер работал очень результативно. Через пару часов он выйдет на объект. Вопрос решится в течение одного-двух дней. «Письмо» — гонорар — он переведет на счет киллера утром. В России эти парни, как и проститутки, всегда требуют оплату вперед.

Эрик посмотрел на экраны мониторов, контролирующих коридоры. Все спокойно, никакого движения. Но поскольку уверенности нет…

Пальцы забегали по клавиатуре… Необходимо переменить коды. В четырех комнатах работают… Ну, да это техники… Пешки… Посылать им сигнал о перемене кода он не собирался… Сколько их там?.. Семнадцать?.. Пешками всегда жертвуют, спасая ферзя.

Экран рабочего компьютера высветил систему кодов в Городе. Джокер задумался… «Замок» можно оставить прежним, а вот ключ…

Весело хмыкнув, Эрик стер старый файл и набрал новый…

Выбираю из блока файлов «Город». Пока просто.

Что дальше?.. Янус? Бог входов и выходов?.. Слишком просто… С другой стороны — все гениальное просто… Зажмуриваюсь на секунду… Наудачу: «Янус».

Да! Высвечивается мерцающая надпись: «Миротворец».

Следующая строчка свободна. Можно писать все, что заблагорассудится…

Царь… Цезарь… Тишайший… Что еще?

Стоп! Все не просто, а очень просто!

Как там у Макиавелли?.. «Государь не должен иметь ни других помыслов, ни других забот, ни другого дела кроме войны, военных установлении и военной науки, — война есть единственная обязанность, которую он не может возложить на другого».

Римляне выразили это же короче: «Хочешь мира — готовься к войне».

Так… Не спешить… Прокачать еще раз… Да!

Набираю затаив дыхание… Чувствую, как рядом замер Тор…

Секунда, вторая…

Щелчок автоматического замка.

— Й-а-а-а!

Внезапно надпись мигает… и исчезает. Появляется заставка — Изумрудный город. Кто-то меняет код-пароль!

— Вон отсюда! Живо!

Распахиваем дверь и успеваем закрыть до того, как заставка исчезает…

Щелчок. А «Миротворец» ждет ответного кодового слова. Судя по всему, уже не дождется. Никогда.

Эрик рассматривает себя в зеркало. «Усталые, но довольные мы возвращались из похода». Так, кажется; писали в школьных сочинениях.

Присаживается к компьютеру, на котором делал «куклу». Снимает заставку, рассматривает изображение. Получилось хорошо. Даже очень. Вот если только движения… Эрику нравилось не просто работать, ему нравилось доводить работу до совершенства.

Гашу из «тишака» камеру слежения. Поворачиваюсь к Тору:

— Далеко?

— Два поворота. Налево и налево.

— Бегом!

Поворот. Выстрел. Камера разбита. Коридор. поворот. Выстрел. Шум? Слегка.

Словно сапогом наступили на бутылку. Если я правильно мыслю…

Выскакиваю из-за поворота. Два здоровенных увальня. Похожие на гривенники одной чеканки. Руки у обоих за пазухами пиджаков. Поздно. Кольт дважды подмигивает в руке.

Дверь. Не заперта. Киваю Тору. Приготовились Пошли!

Тор рвет дверь наружу, я делаю шаг, стволом вперед Сидящий за компьютером человек настолько увлечен что не замечает нас… А я — смотрю на происходящее на экране… «Дорогие россияне…» Тор тоже видит изображение, произносит тихо:

— Е-мое…

Человек оборачивается…

В последний раз, когда я его видел, на нем были блестящие штанцы в обтяжку и без карманов да зауженный в плечах пиджачок… Искусник интерьеров! Маг и чародей дизайна и главный инженер мятущихся душ новых русских, изнывающих от желания посорить деньгами…

Его удивление не меньше моего. Возможно, для него это и потрясение! Киваю на экран позади, заполненный изображением:

— В куклы играем, да?..

Мужчина жеманно пожал плечиками:

— Выполняю заказ. Я же еще и имиджмейкер. По-моему, получилось хорошо…

— Чей заказ?

— Ну-у-у… Этого я сказать не могу. Давал подписку. А платят о-о-чень хорошо. Знаешь, почему выбрали меня? — Имиджмейкер кокетливо играет глазами, проводит по губам кончиком язычка:

— Ни один мужчина не может увидеть другого так, чтобы понять, выразить его ду-у-у-шу… А я — могу. Ты меня понимаешь?

Очень хочется дать этому людоведу и душелюбу хорошую затрещину… Но принцип — детей и женщин не бить никогда — дороже. А все одно берет досада. Я ожидал здесь увидеть птицу покрупнее… Ну да лучше курица, чем ничего… А «сестренку» нужно «колоть» теперь же, не откладывая… Кто нанял, когда… В запасе у меня прекрасный аргумент: этот красавчик увидит белый свет, только если уйдет с нами. Если у него и есть на этот счет заблуждения — я готов их развеять.

— Ребя-я-я-та, вы только посмотрите, какая прелесть! — Мужчинка быстро провел пальцами по клавиатуре компьютера, на нем появилось изображение нескольких обнаженных танцующих красоток и красавцев, и вдруг — высокий звериный вой. Огромная волчья пасть — во весь экран…

Движения я не заметил: просто приложился мордой в стол. Сзади послышался короткий всхлип, я успел развернуться: Тор, хрипя, медленно сползает по стене, горло пробито тонким длинным ножом, изо рта — пена… Едва успеваю уклониться от удара ногой в голову, но тут же пропускаю короткий резкий — в живот. Польза от «жилетки» — без нее я бы просто свалился на пол как дохлая, перерубленная пополам обезьяна!