Оружие Темноты - Сергеева Ольга И. - Страница 62

Мужчины тем временем, очевидно, решили обойтись без ритуального приветствия.

— Почему так долго? — спросил второй — тот, что был в темно-зеленом плаще. Он нетерпеливо шагнул навстречу своему гостю — тому, за кем шла Ида. На мгновение он закрыл от девушки единственный светильник, а его длинная кривая тень пересекла пол, вымощенный мраморными плитками, приблизившись к ней. — Я жду уже целый час!

— Я пришел, как только смог! — ответил первый мужчина, и в его тоне не было и намека на извинения. А Ида, услышав его голос, вздрогнула: она могла бы поклясться, что он был ей знаком! Но как из того невозможного количества людей, с которыми она встречалась за последние пару дней, вспомнить нужного?!..

— Ну что ж, не будем терять время! — второй мужчина, очевидно, решил держать свое раздражение при себе. Во всяком случае, пока. — Надеюсь, вы пришли не с пустыми руками?

— Разумеется, нет! — первый мужчина шагнул к нему, одновременно откидывая с головы капюшон плаща. Свет ксола упал на его лицо, неярко, но четко выделив его из окружающего мрака, словно специально позволяя рассмотреть. Черты лица человека были тонкими, но в то же время их ни в коей мере нельзя было назвать женственными! Скорее они наводили на мысль о мордочке мелкого, но очень опасного хищного зверька из тех, что в случае неудачной охоты не брезгуют и падалью. Нет, человек, которого Ида видела перед собой, не был уродлив в том смысле, какой обычно вкладывают в это слово, но было в его лице что-то донельзя отталкивающее, причем с первого взгляда и уже навсегда! И еще: теперь Ида уже не сомневалась, что он ей знаком! Девушка вспомнила: она видела его в первый день своего прилета на Эспенансо и потом еще несколько раз позже. Он был в свите Оуэна Вейда, почти всегда сопровождая его. Кажется, правящий герцог даже представлял его дочери императора… Ида напряженно перебирала свои воспоминания, отыскивая нужное… Да, Вейд, безусловно, называл ей его имя: барон… Ида на мгновение прикрыла глаза, пытаясь вспомнить, но простое, казалось бы, слово упорно продолжало ускользать от нее! Барон…

Тем временем мужчина, которого она преследовала, и имя которого теперь никак не могла вспомнить, откинул за спину полы своего угольно-серого плаща и осторожно, словно донельзя хрупкую вещь, достал из-под него шкатулку. Ида невольно подалась вперед, пытаясь лучше рассмотреть вещь, которую человек все это время так тщательно оберегал! Еще на мгновение, словно колеблясь, мужчина задержал ее в руках, а потом все же передал человеку, стоящему напротив.

Любопытство Иды, кажется, достигло уже крайней степени, когда она увидела, как второй мужчина принял шкатулку с ничуть не меньшей осторожностью и каким-то даже благоговением! Ему словно не пришло в голову, что гораздо удобнее было бы поставить ее на столик! Вместо этого мужчина пристроил шкатулку на локте согнутой руки и ловко, словно уже много раз раньше проделывал это, отщелкнул небольшой замочек. Человек приподнял крышку… И Ида шагнула вперед из своего убежища, мгновенно забыв об осторожности. Вообще обо всем забыв, потому что в резком свете низко висящего ксола было видно, что шкатулка в руках у мужчины доверху наполнена темно-синими чистейшей воды бриллиантами азрак!

Мужчина запустил руку в шкатулке, перебирая, пересыпая между пальцами камни, а Ида заставила себя отступить назад, вновь прячась за дверью. Теперь она больше не жалела, что, поддавшись внезапному импульсу, решилась проследить за человеком, заглянувшим посреди ночи в окно ее спальни! Вот только она даже приблизительно не могла предположить, свидетелем чего она стала! Ей внезапно вспомнились слова Кайрена о том, что на Эспенансо азрак достать проще, чем пресную воду… но все же не до такой степени! И уж точно не в то время, когда герцог Вейд один за другим шлет императору доклады о том, что месторождения истощены до предела, и хороших бриллиантов почти не удается добыть! Такое количество азрака, как в той шкатулке, что перекочевала от одного мужчины к другому, раньше Ида видела только в императорской сокровищнице! Здесь было целое состояние… Если бы стоимость синих бриллиантов можно было измерить в деньгах!

— Обычная партия, — словно насмехаясь над мыслями Иды, проговорил тот мужчина, кого она узнала как барона, вновь привлекая к себе внимание второго человека. — Надеюсь, вас все устраивает?

Мужчина в темно-зеленом плаще так поспешно, словно пропускание сквозь пальцы темно-синих бриллиантов было постыдной слабостью, за которой его застали, захлопнул крышку, но по-прежнему не выпустил шкатулку из рук.

— Почему вы спрашиваете? — он посмотрел на барона. — Мы не в первый раз заключаем сделку, — свободной от шкатулки рукой он достал из кармана небольшой плотный мешочек и протянул его барону. — Обычная партия — обычное вознаграждение. Надеюсь, вас тоже все устраивает?

Ида сразу же поняла, что передаваемый в обмен на шкатулку мешочек — это кошелек с деньгами. Причем, он только внешне напоминал то, какими их делали на заре цивилизации — из плотной ткани или кожи, стянутой шнурком. Здесь материалом явно служил гемопластик, а по горловине вместо завязки бежал едва заметный ряд слабо светящихся сиреневых огоньков. Барон протянул руку за кошельком. Второй мужчина положил деньги ему на ладонь и, ни на мгновение не разрывая контакта гемопластика с собственной кожей, сжал пальцами запястье первого мужчины. Точки огоньков на секунду вспыхнули ярко-белым, потом вновь загорелись ровным сиреневым. Мужчина в зеленом плаще сразу же убрал руку, оставив кошелек у барона. Ида как-то раз уже наблюдала подобную процедуру, поэтому теперь прекрасно поняла, что произошло: в гемопластик была встроена система защиты и распознавания свой/чужой. Только тот, кого эта система признавала владельцем кошелька, мог достать из него деньги, не рискуя получить серьезные повреждения кожи. Кратковременная смена цвета индикаторов с сиреневого на белый говорила о том, что владелец только что изменился… И еще одно Ида знала абсолютно точно: подобные охранные системы из-за сочетания портативности и надежности стоили не просто дорого, а очень дорого. Поэтому их использовали, только когда нужно было передать от одного человека другому по-настоящему большую сумму денег! Большую даже по меркам дочери императора и ее окружения! Впрочем, после шкатулки, доверху наполненной азраком, Иду уже вряд ли что-то могло удивить!..

Барон взвесил кошелек в руке. Хотя, судя по задумчивому выражению его лица, скорее этот жест был просто машинальным, и на самом деле мужчина отнюдь не сомневался в должном количестве его содержимого. Если бы сомневался — взялся пересчитывать!

— Разумеется, меня все устраивает, — проговорил он наконец, пряча кошелек себе за пазуху. Его рука на мгновение исчезла под полой плаща на груди, а в следующую секунду показалась вновь. Только теперь в пальцах мужчины вместо денег был зажат кинжал с тонким чуть изогнутым лезвием, матово блеснувшим в слабом свете единственного ксола! Покупатель азрака мгновенно понял, что происходит. Ида видела, как в ужасе расширились его глаза. Мужчина отступил назад, пытаясь спасти собственную жизнь, но он просто не успел. Быть может, ему помешал столик, об который он споткнулся, или тяжелая слишком громоздкая шкатулка, которую он так и не решился выпустить из рук…

Барон стремительно шагнул вслед за своим противником. Или, скорее, своей жертвой!.. Левой, свободной от кинжала рукой, он обхватил человека за шею, словно в дружеском объятии, притягивая его к себе так плотно, что тот не мог даже пошевелиться. Одновременно правая рука барона завершила короткий замах, и лезвие клинка вошло в живот человека, снизу вверх, под ребра! Мужчина глухо застонал, по его лицу мгновенно разлилась сероватая бледность, но барону этого, очевидно, показалось недостаточно. Он выдернул кинжал из его тела, оттолкнув человека от себя, а затем ударил еще раз — в грудь. Ида, словно завороженная, наблюдала разворачивающуюся перед ее глазами сцену. Дочь императора не могла бы сказать, что часто в своей жизни имела возможность наблюдать за драками, но даже она видела то, что было очевидно: движения барона, все до одного, были не просто абсолютно хладнокровными, а точно выверенным и словно бы профессиональным! Он четко рассчитал последний удар так, чтобы лезвие кинжала прошло между ребрами человека!..