Интервью длиною в годы: по материалам офлайн-интервью - Бондаренко Светлана Петровна - Страница 113

Что же касается насилия… Что, собственно, вы понимаете под насилием? Высадка автоматов на Венеру — это насилие? Анатомические исследования живого организма — это насилие? Эксперименты над человеческой психикой (в целях борьбы с психоболезнями) — это насилие? Я могу сказать только одно: само понятие прогресса (любого) абсолютно безразлично к понятиям Добра и Зла. Прогресс всегда приносит с собою и то, и другое — причем независимо от желаний и намерений творцов этого самого прогресса. Прогресс и мораль независимы друг от друга. Не бывает аморального прогресса (хотя, наверное, бывает прогрессивная мораль).

У каждого человека, конечно, свое, субъективное понимание, что такое свобода, ясно лишь, что при всей расплывчатости этого понятия любой человек сразу чувствует, когда ее лишается. А что есть и что значит «свобода» лично для Вас?

Роман. Москва, Россия — 09.06.03

Свобода думать, говорить, читать и писать все, что я считаю необходимым и правильным.

Вы и в самом деле убеждены, что свобода есть цель жизни каждого? Раз те, кто ее не желает, как вы говорите — идиоты? Все многообразие разных жизненных целей — исчерпывается свободой?

IZ. Москва, Россия — 12.05.99

Свобода не есть ЦЕЛЬ жизни человека. Свобода есть непременное УСЛОВИЕ полноценности и осмысленности жизни. Самое высокое наслаждение, доступное человеку, это творческий труд. Несвобода — это (всегда) ограничение свободы творчества. Причем творчества — в самом широком употреблении этого понятия: будь то творчество писателя, изобретателя, слесаря-золотые-руки, бизнесмена, художника, фермера на своей земле, педагога, организатора производства и организатора лечебного процесса в клинике и пр, и пр, и тэ дэ. Тот, кто не желает иметь свободы выбора творческого пути, просто свободы выбирать область применения своих сил, тот, по-моему, достоин непочетного звания «идиот». К сожалению, таких людей очень много. Я не сказал бы, что это вина их, скорее — беда («пр-роклятое феодально-социалистическое воспитание»), но, объективно, все вместе они составляют тот самый «труп гниющего альбатроса», который висит на шее России тяжким грузом и тормозит сегодня переход к постиндустриальному обществу. Поэтому я и вкладываю в термин «идиот» столько никому не нужных эмоций.

Кроме того, где в мире вы видите свободных людей? Любой закон, конституция, государственное устройство есть ограничение свободы личности.

IZ. Москва, Россия — 12.05.99

Сколько угодно. Я лично знаю множество свободных людей (причем далеко не все из них ангелы, но это уже другой вопрос). По моим представлениям процент «внутренне свободных» в любом обществе составляет не менее 15 — вполне приличный процент. Что же касается законов и конституций, то они ограничивают не «свободу», они ограничивают волю, то есть свободу делать что захочется. Границу здесь (согласен) провести иногда трудно, но любому разумному человек ясно, что свобода слова не есть свобода матерного слова. Свобода митингов и демонстраций не есть свобода крушить витрины. Свобода печати не есть свобода призывать к убийствам и насилию. Человек существо широкое, «недурно бы и ограничить», но это уже вопрос не принципа, но юридической техники.

Поэтому, мне кажется, речь может идти лишь об оптимальной дозе свободы — между анархией, правом сильного — и жесткой феодальной структурой, где степень свободы минимальна (полагаю, тут вы согласитесь? Все на наследственном праве, какая тут свобода)… А вы говорите — Феодализм является, по-видимому, наиболее стабильной (и соответствующей человеческой натуре) формацией. Странно. Что же, вы тоже не хотите свободы, раз склоняетесь к феодализму? Но как тогда понять предыдущее столь резкое высказывание…

IZ. Москва, Россия — 12.05.99.

Когда я говорю о феодализме, как общественной формации, наиболее соответствующей человеческой натуре, а потому и наиболее стабильной, то вовсе не имею в виду похвалу феодализму. Я просто (с грустью) констатирую некий объективный факт. Как если бы я сказал, что хаос есть наиболее стабильное состояние любой замкнутой системы. Это просто другая формулировка Второго закона термодинамики, но никак не похвала ему. Я, лично, предпочитаю жизнь, самый антиэнтропийный из всех процессов. В мире полным-полно неприятных, но притом вполне непреложных истин. Например, я убежден, что знаменитые Десять заповедей явно не предназначены для Хомо сапиенс. Это грустно, ибо гарантирует нам всем века и века общемировой безнравственности, но от факта не уйдешь: не заложены эти заповеди в наш геном, а значит, безволосая обезьяна, вставшая на ноги, всегда будет склонна убивать, воровать, прелюбосовершать, — каждый раз, когда обнаружится трещина в ее воспитании.

«…потому что Арата тогда был молод, не умел ненавидеть и считал, что одной лишь свободы достаточно, чтобы уподобить человека богу…» А что же, черт возьми, нужно, чтобы уподобить даже не человека богу, а хотя бы раба — человеку. Не могу не спросить Вас — одного из тех, кто заставил задуматься меня на эту тему, — как Вы сами отвечали на этот вопрос тогда, и как — сейчас?

Дмитрий. Саратов, Россия — 26.09.04

И тогда, и сейчас я считал, что свобода — условие необходимое, но отнюдь не достаточное. Кроме свободы, нужно еще знание, понимание, творчество, вообще — Воспитание в самом высоком смысле этого слова. Свободный раб не обязательно становится человеком — он может стать и зверем тоже. «Известны прен-цен-денты».

Как соотносится Ваша вера в фундаментальное значение свободы (в т. ч. свободы выбора своих принципов) для становления Человека и Ваше же допущение использования любых средств (в т. ч. Башен) для принудительного формирования «правильной» моральной установки?

Юра Емелин. Санкт-Петербург, Россия — 10.04.01

Воспитание — это ВСЕГДА принуждение. Вы можете привести хоть один пример НЕпринудительного формирования правильной моральной установки? Если новорожденного младенца только кормить и одевать, отказавшись от ПРИНУДИТЕЛЬНОГО его воспитания, вырастет эгоистическое, злобное животное, абсолютно не годное для жизни в человеческом обществе. Простите, но даже на горшок ходить человеческое существо приходится учить В ПРИНУДИТЕЛЬНОМ порядке — само, добровольно, оно это делать не станет.

Ваше отношение к вечному вопросу о цели и средствах? Как Вы считаете сейчас и всегда ли Вы так считали?

Александр Клименко. Ровно, Украина — 26.03.00

Всегда, сколько себя помню, считал, что цель НЕ оправдывает средства. Она, скорее, диктует их.

Элита всегда формирует сама для себя новую систему ценностей, весьма отличную от массовой. Эта ценностная система неизбежно входит в противоречие с массовыми стандартами, и, как правило, проигрывает (например, порядочность бессильна перед прагматизмом). Приходится жить по двойным стандартам либо ходить в чудаках-неудачниках.

А. Нешмонин. Торонто, Канада — 22.07.99

Приходится. Что ж, это тоже такой модус вивенди (он же модус операнди). Это не хорошо и не плохо, это — ТАК. И всегда было ТАК. И всегда будет. Надо просто ясно понимать, что настоящая жизнь возможна только внутри своей референтной группы. Вне гой группы жизнь твоя — всегда жизнь изгоя или шута.

Такими, какие мы есть, нас делают «друзья, родители, школа, работа, конкретные перипетии… и т. д., и т. п.» А что делает нас нравственными?

Bibliofil. London, UK — 01.06.00

Или БЕЗнравствснными. Ответ: друзья, родители, школа и т. д.

Согласны ли вы с тем, что Человек — мера всех вещей, и что в наше время самое главное — любить человека?

Батурин Илья. Благовещенск, Россия — 22.04.00

Это — очевидно. И — как и все очевидное — дьявольски трудно реализуемо. К сожалению.

Что делать с теми, кто — ну никак не может, ну не умеет работать-делать-думать лучше, кто близок тебе «дэ юрэ», но крайне далек «дэ факто»? Ты-то ведь «элита», а они кто? Чернь? «Чумазые не могут»? Хотелось бы услышать какие-то Ваши мысли об этической стороне вопроса.