История философии. Античная и средневековая философия - Татаркевич Владислав - Страница 38

Как же он понимал бесконечную деятельность души, которая ждет ее после оставления тела? Эту деятельность он наполнял либо рядом попыток и действий, либо неограниченным счастьем. Эсхатология Платона пыталась дать описание судьбы души: описывала страшный суд, смену тел, давала даже топографию мест, где пребывает душа после смерти. Даже в наиболее реалистических диалогах, посвященных теории познания или политике, он прерывал свои рассуждения, чтобы рассмотреть перспективы загробных судеб. Платон был прототипом тех философов, которые знали, что для некоторых теоретических положений, которых они придерживаются, нельзя надеяться на получение достоверного доказательства, но, тем не менее, они не считали возможным исключить эсхатологические проблемы из философии. Пример Платона отразился на судьбе философии, которая пошла иными путями, чем точная наука.

Переходя границу точности, Платон хорошо осознавал, где проходит эта граница. Описывая места, в которых пребывают мертвые, он поясняет: «Для того чтобы все происходило именно так, как я описываю, разумный человек этого, по-видимому, выдержать не сможет», «но необходимо иметь особую смелость, чтобы высказать эти утверждения, и это прекрасная смелость». «Это Каликлес, — так он говорил в другом месте своей эсхатологии, — может принять за женское гадание, и можно было бы не считаться с этими делами, если бы мы могли нечто лучшее и истинное».

Платон был ученым, но не только. Там, где он не мог разрешить проблему научным методом, он использовал поэтическую фантазию и религиозную веру. В его взглядах на душу особенно рельефно сошлись научные и иные воззрения. А установленная Платоном связь этих различных воззрений еще очень долго сохранялась в европейском мышлении. Некоторые его последователи придавали особое внимание орфическим мотивам его психологии, не осознавая того, что понимал Платон под границей между наукой и мифом.

III. Учение о природе. 1. Целесообразность мира. Платон меньше всего занимался материальной природой, поскольку он считал ее самым низким родом бытия, лишенным того совершенства, которое характеризует душу и идею. Но когда в более зрелые годы он сделал природу предметом своих рассуждений, то пришел к выводам, которые для живой природы были достаточно позитивными.

Платон был далек от механистического понимания природы, которое было характерно для философии Демокрита. В.природе он видел не механическое собрание частей и результат действий слепой необходимости, а их органическое единение, которое устроено целесообразно и разумно. Будучи материальной, природа, между тем, имеет идеальные и духовные предпосылки. Изначально видя ее несовершенство, Платон противопоставлял ее совершенной идее, однако со временем он обнаружил в природе нечто созвучное самой совершенной идее. В этом должны были убедить его астрономические открытия, сделанные пифагорейцами при жизни Платона. Если Земля шаровидна, а пути планет — окружности, то это означает, что во Вселенной доминируют наиболее простые и совершенные формы, а гармония является принципом ее строения. Небесные тела вращаются по устойчивым и геометрически правильным путям, следовательно, Вселенной управляют разум и порядок.

Платон полагал, что характеристики природы можно понять лишь в том случае, если допустить, что она создана целесообразно. Цель, — поиск которой считался в базирующемся на причинности мировоззрении предрассудком и которая была, в целом, удалена из науки, — у Платона становится основным принципом объяснения природы. Целесообразность и разумность устройства мира указывали на необходимость верить в существование Бога, который, как Платон писал, разумно устроил мир. Для иллюстрации своего взгляда на природу Платон избрал в «Тимее» религиозную форму описания мироздания — сотворение мира. В этом описании переплелись научные выводы с мифами. Платон изложил в нем цель мира и ее осуществление.

«Демиург», или божественный строитель мира, создал его, основываясь на доброте; совершенство мира было его целью, и поэтому он сотворил его наилучшим. С этой же целью, создавая его, за образец он принял идею, в силу чего идея является центральным фактором в становлении мира. Демиург был творящей силой, его истинной причиной, идея же целесообразна, она явилась образцом мира. Особенности образца воплотились как бы в реальном мире.

Творец создал мир живым, одухотворенным и разумным, поскольку жизнь, дух и разум лучше, чем мертвенность и бездушность; исходя из этого он сделал его единым и цельным, а его части объединил настолько органично, что они совокупны в нем как в живом организме. Он придал ему наиболее совершенную форму из всех возможных — шарообразную, наиболее совершенное движение — движение по кругу. Следовательно, не случайность и не механическая необходимость, а цель мира — его совершенство — объясняет особенности его строения. Время, например, существует для того, чтобы уподобить мир вечности; планеты — поскольку необходимо измерить время; в мире наличествуют только четыре стихии, ибо столько членов имеет совершенная пропорция; растения присутствуют в нем для того, чтобы служить пищей для разумных существ; живые существа целесообразны безотносительно, поскольку целесообразна их организация, их формы, функции их органов. В целом мир представляет собой «видимое живое существо, созданное по образу творца…, является вечным и наилучшим, наипрекраснейшим и наиболее совершенным».

2. Материя. Мир должен был быть создан из чегото: должна существовать материя, из которой он построен. Кроме Демиурга и идеи, действующей и целесообразной причины, была третья причина — материальная. В таком случае, она должна была существовать до мира; мир имеет начало, но материя вечна, так же, как Бог и идея. Значит, мир, точнее говоря, является не сотворенным, а построенным, созданным из уже существовавшего материала.

Материя, будучи по природе своей бесформенной, неограниченной и неопределенной, может, в то же время, принимать различные формы. Она является тем местом, где формы реализуются: это единственное, что можно о ней сказать, поскольку ее неопределенность присуща природе. Когда же Демиург придал материи определенную форму, тогда и появилась Вселенная. Материя является не божественной предпосылкой, поэтому из нее берет начало все то, что во Вселенной считается несовершенством и злом. Значит, не исключив этого, можно констатировать, что мир не полностью целесообразен и не вполне соответствует законам Демиурга.

В целом, это была новая концепция материи. Древние философы, которые занимались исключительно материальным миром, не думали отказывать материи ни в определенности, ни в совершенстве. Почему произошло такое изменение? Потому, что идею и душу Платон включил в природу как ее составляющие. Если эти элементы отбросить, то у материи остается только неопределенность и несовершенство. Если до этого материя понималась как совокупность конкретных материальных тел, то теперь она стала их абстрактным элементом. Это абстрактное представление о материи не осталось особенностью взглядов Платона, напротив, развитое Аристотелем, оно укрепилось в философии на долгие столетия.

У Платона было два вечных компонента бытия, помимо божественного, — идея и материя. Идея есть вечное бытие, материя же, как неоформленная, — вечное небытие. Реальный мир, космос не являются вечными, поскольку они появились после того, как Демиург соединил идею и материю. Само же соединение бытия и небытия является «чемто средним между бытием и небытием», связью идеальных образцов и материи, и, следовательно, совершенства и несовершенства, целесообразности и необходимости.

3. Душа мира. Демиург создал мир наиболее совершенным из всех возможных миров; то же в нем, что менее совершенно, представляет собой результат последовавшего ухудшения мира. Платон отрицал порядок, на основании которого и до него, и после него понималось развитие мира; для Платона совершенство мира было не результатом развития, оно было лишь его началом. Мир не развивается, а движется Назад. Первыми были созданы души как совершенные элементы мира, а затем только тела. Тела, как несовершенные, не могли быть изначально божьим промыслом. Они были созданы после душ и были приспособлены к ним как их орудия. Они являются вторичным элементом мира, души же — его первичным элементом.