Скрытая камера - Казанцев Кирилл - Страница 69

– Кто там у вас?.. – поинтересовался Борис Игоревич.

– Некто Скопцов. Василий Арсеньевич Скопцов, независимый журналист.

– Я понял, Олег Николаевич. Сейчас спущусь. – В отличие от многих гражданских организаций, в Конторе было не принято выяснять по телефону, с чем пришел посетитель. Достаточно того, что дежурный офицер счел возможным пригласить для участия в беседе специалиста из того отдела, по "профилю" которого шло заявление.

Положив трубку телефона, Борис Игоревич развернулся к персональному компьютеру, стоящему на приставном столе слева от него. Сильные подвижные пальцы, фаланги которых были покрыты короткими и жесткими темными волосками, запорхали над клавиатурой.

"Клиент" подождет... Раз пришел, значит, никуда не денется. А вот сотрудник "хитрой" организации обязан вступать в беседу, будучи во всеоружии. Знать о своем собеседнике больше, чем он сам о себе знает.

Просмотр компьютерных файлов, посвященных посетителю, занял около десяти минут. Полученной из различных как гласных, так и негласных источников информации в отношении независимого журналиста В.А.Скопцова было более чем достаточно. И характер этой информации не мог не вызвать дополнительного интереса со стороны Бориса Игоревича... Со столь пестрой биографией он сталкивался впервые в жизни...

Через пятнадцать минут начальник отдела спустился вниз, в холл. "Дежурный" кабинет, в котором принимали обратившихся в управление граждан, располагался налево от входа, под лестницей, ведущей на второй этаж здания и выше.

В кабинете обстановка была самая спартанская. Никаких излишеств. Письменный стол с одиноким телефонным аппаратом на крышке, несколько стульев... И все.

На одном из стульев сидел сейчас молодой человек. Как на глаз определил Борис Игоревич, что-то близко к тридцати... Высокорослый и худощавый, но не худой... а как бы это сказать?.. В нем не было ничего от доходяги-"ботаника" или дистрофика-недокормыша. Если уж сравнивать с чем-либо, то начальник отдела сравнил бы этого парня с пружиной. В любую минуту готов резко выпрямиться и нанести удар. Из-под обшлагов короткой кожаной куртки выглядывали широкие, даже слишком широкие для такой комплекции запястья... "Сильный парень..." – отметил Борис Игоревич. Именно таким он и представлял себе этого человека после ознакомления с содержащейся в компьютерах управления информацией.

И еще две детали привлекли внимание начальника отдела. Глаза... Умные, суровые, они смотрели на окружающий мир с жестким прищуром... Хороший взгляд...

Вторая деталь – кисти рук. Тыльная сторона была испятнана, как шкура леопарда, темно-коричневыми разводами йода. Несомненно, парень этот либо недавно с кем-то дрался, либо очередной "восточник", специально наращивающий мозоли на ударной поверхности. Скорее второе – у посетителя лицо было совершенно чистым, без следов побоев.

И еще одно... У ног посетителя стояла плотно набитая чем-то сумка. Замок был расстегнут. Конечно, проверялась и на входе прапорщиком-"вратарем", и Курилев, судя по всему, что-то там смотрел, прежде чем вызвать старшего офицера.

– Здравствуйте, – входящий начальник отдела вежливо поздоровался с посетителем. – Я – Борис Игоревич Шелест...

Ни звание, ни должность в таких случаях обычно не назывались. Не принято это было в Конторе. Вполне достаточно того, что дежурный офицер при входе начальника резво вскочил на ноги. Стало быть, пришел достаточно высокопоставленный товарищ.

Кстати, Курилев не только встал, но и вышел из-за стола, уступая свое место старшему по званию и по должности. Тоже своего рода знак – предстоящий разговор вне компетенции дежурного офицера. Интересно...

Шелест занял место за столом. Курилев в это время тихонько покинул кабинет, оставив начальника отдела один на один с посетителем.

– Я слушаю вас, Василий Арсеньевич. – Шелест не стал затягивать прелюдию – сразу перешел к делу. Все же занятой человек.

– Мне сложно будет объяснить на словах, – ответил Скопцов. – Тут надо смотреть...

– Что именно смотреть?.. – приподнял брови Борис Игоревич.

– Документы, записки, фотографии... Видеозаписи...

– Насколько я понимаю, они у вас с собой?

– Да. – Молодой человек склонился над своей сумкой. Разогнувшись, выложил на стол пачку бумаг. – Это не все. Только некоторые, так сказать, образцы...

– Посмотрим... – Шелест небрежно начал перебирать лежащие перед ним бумаги.

Уже через пару минут он едва сдержался, чтобы сохранить на лице скучающую мину... Только в этих "некоторых образцах" было как минимум одно уголовное дело и две солидные вербовки! Причем все это шло по "профилю" возглавляемого им отдела!

– Ну что же... – Шелест с рассеянным видом отодвинул бумаги на край стола. Но не на тот край, что был ближе к журналисту, а в сторону. – Кое-что в этом, конечно, есть...

Подняв глаза, начальник отдела наткнулся на насмешливый взгляд своего визави. Тот явно знал истинную цену представленных им материалов...

Впрочем, Бориса Игоревича это нисколько не смутило.

– Как к вам попали эти документы? – поинтересовался он.

– Позвонил неизвестный человек на домашний телефон, попросил выйти в подъезд... – Незамутненный взгляд собеседника ясно показывал Шелесту, что тот врет самым наглым образом. – В подъезде, возле моей двери, стояла эта сумка... Просмотрел содержимое и решил обратиться к вам...

– Понятно... – кивнул головой Шелест.

В принципе, он и его коллеги легко могли бы расколоть журналиста. Один укол – и все бы он рассказал... Но только нужно ли это?.. Борис Игоревич еще раз покосился на руки собеседника. Нет, не "восточник". Глядишь, под воздействием наркотиков парень сам на себя наболтает. И что потом с ним делать? Сажать? Как это положено по закону?

– Здесь, – Борис Игоревич кивнул на стоящую сумку, в которой еще много чего оставалось, – все материалы, полученные вами от неизвестного лица?

– Да, – коротко и четко ответил Скопцов. И сейчас Шелест поверил ему.

– Что вы хотите получить за это?.. – Он опять кивнул на сумку.

– Ну уж не орден! – нахально ухмыльнулся журналист.

Борис Игоревич промолчал. Это было хорошее, доброе нахальство.

– У меня две просьбы. – Скопцов стал серьезен.

– Говорите.

– Первая – полная конфиденциальность. Я не хочу, чтобы кто-нибудь задавал мне лишние вопросы. В том числе и следователи. Это возможно?

– Вполне, – согласился Шелест.

Все было понятно без дополнительных объяснений. Парень один или в компании с кем-то взял архив какого-то из городских "авторитетов". И если там, в сумке, содержится еще нечто такое же, как и представленные образцы... на этого малого будет открыт сезон охоты.

А полученное можно будет провести оперативными материалами, "наработанными" отделом Шелеста в результате неустанных бдений и целевых агентурных разработок. Тоже своего рода показатель. И ему самому уже пора получать очередное звание. Полковник – звучит солидно.

И парня, кстати, вполне возможно провести "источником". Тогда он, Шелест, просто обязан будет оградить Скопцова от участия в следственных действиях. На основании "Закона об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации"...

– В свою очередь, – обратился начальник отдела к журналисту, – мне придется обратиться к вам с аналогичной просьбой...

– Ну, это уж никак не в моих интересах! – опять ухмыльнулся Скопцов.

"Интересы интересами, а вот подписку о неразглашении с тебя, мил-человек, брать все равно придется", – подумал Шелест.

– Значит, мы с вами договорились? – спросил Борис Игоревич. Журналист молча кивнул в ответ. – И какая ваша вторая просьба? Может, вы хотите получить денежное вознаграждение? По действующему законодательству вы имеете на это полное право! Разумеется, после того, как истинность представленной вами информации будет проверена и подтверждена.