Метаморфозы власти - Тоффлер Элвин - Страница 96

НОВАЯ РОЛЬ «ЧАСТНОГО ДЕТЕКТИВА»

И все же гораздо более впечатляющим явлением, когда речь заходит о всевозрастающей «приватизации» разведки, можно считать то, что в значительной степени это относится к происходящему в космосе, а не на Земле. Пять стран — Соединенные Штаты, Франция, Япония, Индия и даже Советский Союз — теперь торгуют данными, собранными благодаря их космическим спутникам[366].

Начало этому процессу было положено в 1972 г., когда НАСА запустила первый искусственный спутник «Ландсат» для гражданских целей. Теперь на орбите работают два таких аппарата — «Ландсат-3» и «Ландсат-4», а вскоре будет запущен и еще один. Находясь на расстоянии 438 миль от земной поверхности, спутники передают данные, которые используются для разработки полезных ископаемых, прогнозирования урожая, развития лесного хозяйства и использования других природных ресурсов.

Информация со спутников поступает в 15 стран мира, каждая из которых, заплатив годовой взнос в размере 600000 долларов, получает непрерывный поток цифровых изображений. Некоторые из них имеют военное значение. Так, министерство обороны США само является покупателем передаваемых со спутников данных. «Ландсаты» также используются японскими военными кругами, проявляющими пристальное внимание к Восточной Сибири. В 1984 г. американский ученый Джон Миллер из университета Аляски с помощью сделанных с «Ландсата» фотографий смог обнаружить проводимые Советским Союзом испытания, где проверялась возможность запуска ядерных ракет с находящихся под арктическим льдом подводных лодок.

21 февраля 1986 г. французы запустили искусственный спутник Земли «SPOT» и стали конкурентами американского «Ландсата». Отныне не только ученые, специалисты, но и широкая публика могла располагать информацией как военного, так и промышленного характера относительно любого места земного шара. Американская и советская монополии в области получения из космоса информации потерпели провал[367].

Несмотря на то что изображения, передаваемые «SPOT» и «Ландсатом», главным образом подходят для военных целей, от этого есть и другая польза. Правительства, не имеющие собственных спутников, выступают покупателями таких коммерчески пригодных военных разведывательных данных.

А что более важно, заказчики могут теперь покупать изображения и другие данные у нескольких поставщиков, объединять их и загружать информацию в компьютер, обрабатывать ее и получать заключения гораздо более ценные, чем если бы использовался только один источник.

Действительно, этой отрасли, занятой обработкой данных, полученных с космических объектов, обеспечено процветание. Это относится и к Институту исследований природной среды в Мичигане, к Саудовскому центру дистанционного контроля в Эр-Рияде и Институту космических исследований в Сан-Паулу. В Атланте есть одна фирма, называемая ERDAS, Inc., которая создает программы для подобных «обработчиков», и их в мире насчитывается две сотни[368].

Быть может, лучшим примером демонополизации разведывательных данных является деятельность расположенной в Стокгольме Сети космической массовой информации ( Space Media Network ), которая покупает данные, передаваемые «SPOT» и «Ландсат». обрабатывает их на своих компьютерах и получает изображения, которые передает в мировую периодическую печать. Оставляя в стороне разведывательный аспект своей деятельности, проспект данной организации описывает ее как сообщения о «любой части мира, на которую наложен запрет или куда ограничен обычный доступ, будь то закрытые границы, важные военные объекты, чрезвычайные ситуации и катастрофы».

Эта организация предавала гласности секретные советские подготовительные работы для «челночной» космической программы в Тюратаме, данные о гигантском советском лазере, который может стать частью противоракетной системы, монтажные площадки для китайских ракет в Саудовской Аравии, строительство пакистанского ядерного объекта в Кагуте и непрерывное наблюдение за Персидским заливом во время военного противостояния в этом регионе[369].

Письмена не на стене, а на небе. Процесс демонополизации космической разведки будет продолжаться по мере появления спутников других стран и дополнительных компьютерных технологий. Над созданием собственного искусственного спутника Земли работают такие страны, как Ирак и Бразилия. Другие, включая Египет и Аргентину, развивают ракетную технику, совместный бразильско-китайский проект Inscom предполагает запуск бразильского спутника ноу-хау с помощью китайской ракеты-носителя[370].

То, что некогда было доступным только сверхдержавам и их разведкам, становится все более доступно меньшим странам и, в той же мере, частным пользователям и мировым средствам массовой информации.

И в этой связи средства массовой информации сами становятся главным конкурентом поставщикам разведывательных данных. Вот что говорил бывший высокопоставленный чиновник американского правительства: «Когда я вступил в должность, то первое время был во власти «мистической секретности», мне все казалось, что если какой-либо документ относится к разряду секретных, в нем содержатся сведения чрезвычайной важности. Однако вскоре я обнаружил, что часто читаю то, с чем уже предварительно ознакомился по публикациям в «Файнэншл тайме». Шпиона способна подкосить и оперативная, мгновенная реакция телевидения». Продолжающаяся приватизация разведки и распространение добытых ею разведывательных данных на множество средств массовой информации будут вынуждать шпионов-профессионалов заниматься реструктуризацией своей деятельности, как это должны были сделать многие корпоративные главы исполнительной власти. К тому же разведывательная деятельность вынуждена приспосабливаться к новой мировой системе производства материальных благ. Но тут шпионаж сталкивается с такими проблемами, которых нет в других отраслях.

ГЛУБИННЫЕ ПРОТИВОРЕЧИЯ

Клиенты, которые пользуются разведывательными сведениями — правительственные чиновники и политические деятели, — уже не страдают от недостатка информации. Они перегружены ею.

Теперь в изобилии множество данных, и именно их чрезмерное количество заставляет думать, что сам по себе сбор информации больше уже не является главной проблемой разведки. Проблема заключается в том, чтобы придать всему собранному смысл и получить результаты, которые помогли бы руководящим лицам принимать решения.

Это вынуждает шпионский бизнес все в большей мере полагаться на экспертные системы и для проведения анализа использовать компьютеры. Но одной только новой техникой тут не обойтись. Необходим абсолютно новый подход к сумме знаний.

Поскольку утечка секретной информации может иметь самые серьезные последствия, включая смерть самих информаторов, разведывательные организации всего мира используют принцип «делимости». Аналитикам, работающим над проблемой, редко дано видеть картину целиком, в их распоряжении оказывается лишь ограниченная доза информации, которую им положено знать, причем зачастую они даже не в состоянии судить о степени достоверности фрагментов. Теоретически процесс организован так, что части информации соединяются воедино и переходят на более высокий уровень по мере продвижения по иерархии.

Но как мы видели прежде, подобный принцип существует в бюрократических корпорациях. И мы уже отмечали, что когда в обществе происходят стремительные перемены и окружающая обстановка усложняется, подобная система предстает слишком медлительной и упускающей из поля зрения большое число факторов. И это не просто голословное утверждение. Сенатор Сэм Нанн, ведущий эксперт по военным вопросам в сенате США, публично осудил разведывательные организации за то, что они не успевали за быстро происходящими событиями в Европе, а это не давало возможности конгрессу принимать практически полезные решения о военном бюджете США. Подобное отставание могло иметь пагубные последствия[371].